Человек-Т, или Приключения экипажа «Пахаря» - Алексей Евтушенко

– Ну, – спросил Доктор, – и как самочувствие?

– Ой-ей, – сказал Оружейник, держась обеими руками за голову.

– Угадай с трёх раз, – мрачно предложил Штурман.

Механик молча курил, прихлёбывая из фляги.

– Что там у тебя? – спросил Капитан.

– Вода родниковая обыкновенная. Обеззараженная.

– Дай-ка…

Капитан напился и передал флягу по кругу.

– Вот что значит – намешали, – назидательно заметил Доктор. – Пили бы только «Милый Джон» и не имели бы сейчас проблем и трудностей.

– Это да, – согласился Капитан. – Но лучше иметь проблемы, чем нарушить чужие и свои законы гостеприимства. Гойты-то, прямо скажем, от нас не отставали, а может, даже, были временами и впереди.

– Точно, – сказал Штурман. – Теперь мы с гойтами не разлей вода.

Механик засмеялся и тут же сморщился от боли в голове.

– Ты бы, Доктор, придумал что-нибудь, – сказал он. – Нельзя же так жить. А похмеляться мне ещё прадед не велел.

– Ни о какой опохмелке не может быть и речи, – сурово заметил Капитан. – Если кто меня неправильно понял, то я могу объяснить ещё раз. Индивидуально.

– Сейчас, – сказал Доктор. – Сейчас что-нибудь придумаем. Внутривенно. И всё как рукой снимет. Ну, или почти все.

– А… может, лучше какую-нибудь микстурку? – робко спросил Оружейник.

– Микстурка тебе не поможет, – сказал Доктор. – Сказано внутривенно, значит внутривенно. Любишь кататься…

– У меня на уколы идиосинкразия, – признался Оружейник.

– Это у меня на тебя, похмельного, идиосинкразия, – сказал Доктор. – Да и на трезвого иногда бывает. Не мешай думать, а то ошибусь в рецепте.

– Интересно, как там гойты? – спросил Механик. – Что-то я концовку, признаться, смутно помню.

– Надо Умника спросить, – догадался Капитан. – Умник!

– Я здесь, – появился в дверях робот. – С добрым утром.

– Ты уверен?

– В чём?

– Что оно доброе?

– Для меня утро всегда доброе, – индифферентно сообщил Умник.

– Действительно… Скажи, а где наши хозяева?

– И Вишня, – добавил Механик. – И Охотник.

– Гойты вчера отправились к себе, на корабль, – доложил Умник. – А госпожа Чрезвычайный посол сказала, что хочет воспользоваться случаем и побыть в своём естественном виде. Тут как раз неподалёку есть удобная полянка. Охотник тоже там. Сидит на траве и смотрит на госпожу Чрезвычайного посла. Я бы даже сказал э-э… созерцает. Весь в себе.

– Ага, – сказал Капитан с глубокомысленным видом. – А как гойты вчера себя э-э… чувствовали? То есть, я хочу спросить, все ли вчера было в порядке?

– Всё было вполне прилично, – сказала Вишня, входя в хижину. – Если вы это имеете в виду.

– Доброе утро! – нестройным хором поприветствовал лируллийку экипаж, с трудом поднимаясь на ноги.

– Доброе, – улыбнулась Вишня. – Как вы себя чувствуете?

– Ёлки, – сказал Оружейник. – У всех сегодня один и тот же вопрос.

– Пока не очень, – сказал Доктор и пошёл к выходу. – Но я сейчас вернусь с лекарством.

– Скажите, Вишня, – полюбопытствовал Капитан. – А лируллийцам знакомо похмелье?

– Конечно, – засмеялась Вишня. – Как и всем разумным, употребляющим алкоголь. – Хотя иногда тех, кто его употребляет, назвать разумными довольно трудно. Но оно, как мне кажется, у нас не столь тяжёлое, как у вас, гуманоидов. При прочих равных условиях.

– Это почему? – поинтересовался Оружейник.

– Земля лечит, – пояснила Вишня. – Точнее почва, земные соки. Похмелье мы испытываем, если забываем после употребления алкоголя врасти в землю. Желательно плодородную.

– Везёт некоторым, – вздохнул Оружейник. – Я тоже хочу врасти в почву. Соков земных попить, то, сё…

– Не ной, – сказал Механик. – У всех свои недостатки и достоинства.

– Да, – сказала Вишня. – Мы те, кто мы есть. И это прекрасно.

Вернулся Доктор с аптечкой, вкатил всем, кроме пришедшего до него за минуту Охотника, по уколу, и уже через десять минут экипаж «Пахаря» был готов к завтраку и дальнейшим активным действиям.

А действия не заставили себя особо ждать.