Человек-Т, или Приключения экипажа «Пахаря» - Алексей Евтушенко

– Я тоже не чувствую опасности от этого света, – сказала Вишня. – А мои органы восприятия электромагнитных волн гораздо чувствительнее человеческих. Не в обиду вам будет замечено.

– Какие уж тут обиды, – вздохнул Капитан. – Не по нашим зубам это яблочко, так я понимаю.

– Эй, смотрите, что мы с Умником нашли! – крикнул Оружейник, появляясь из-за шара. – Прямо на виду под ногами валялись!

И он протянул Капитану на открытой ладони четыре, уже слегка потемневшие, латунные гильзы.

– Загадка на загадке, – промолвил Доктор, когда все забрались в «Мураш», и Механик тронул машину с места. – Гильзы эти…. Впрочем, гильзы как раз понятны. Кто-то, вероятно, проверял шар. На прочность, так сказать. Я прямо так и вижу. Стоит и лупит из автоматического карабина прямо перед собой. Четыре раза подряд.

– Нет, – отрицательно покачал головой Оружейник. – Может, этот кто-то, и прямо перед собой лупил, но лупил он не по шару.

– Почему ты так думаешь? – внимательно посмотрел на Оружейника Капитан.

– По расположению гильз. Слишком близко они лежали. Практически под самым шаром. Понимаете? Если стрелявший целился в шар, то он был или пьян или не соображал, что делает. Потому что для этого ему нужно было бы чуть ли не лечь. И стрелять почти в упор и вверх прямо перед собой. Это же бред полный! А рикошет? При таком положении очень велики шансы, что рикошетом в тебя же и попадёт. Кстати о рикошете. Пуль я не нашёл. И Умник тоже не нашёл. Хоть искали мы, поверьте, очень тщательно.

– Браво, Оружейник! – воскликнул Доктор. – О пулях я как-то не подумал… Действительно, господа. Если стреляли по шару из автоматического карабина, то, спрашивается, где пули? Шар-то, как сказал нам Штурман, состоит из очень твёрдого материала!

– Есть два варианта, – важно сказал Штурман. – Вернее, три. Первый: пули остались в телах неведомых врагов. Второй: стреляли не по шару, а куда-то вверх, по цели на кромке котлована. Тогда эти пули где-то там наверху и валяются. И третий: пули подобрали и унесли с собой. Чтобы замести, так сказать, следы. Конечно, можно придумать ещё несколько, но эти мне кажутся наиболее логичными.

– Ага, – не оборачиваясь заметил Механик. – Пули, значит, унесли, а гильзы оставили.

– Ладно, – легко согласился Штурман. – Тогда оставляем только два.

Тем временем «Мураш» преодолел подъем и выбрался на ровное место.

– Вижу какую-то очередную дыру, – сообщил Механик. – То ли вход, то ли выход. Впереди. Расстояние тысяча двести метров. Оттуда как раз, по-моему, поднимается свод этого подземного царства.

– Давай туда, – скомандовал Капитан. – Будем надеяться, что дыра эта ведёт наружу. Не знаю, как вам, а мне порядком надоели эти подземные скитания.

– Да мы тут всего ничего! – воскликнул Оружейник. – И вообще мало что узнали…

– А что и как ты собираешься узнать? – с иронией осведомился Доктор. – Капитан прав, надо наружу поскорее выбираться, людей искать. Ворота они построили и стреляли здесь тоже они.

Дыра, замеченная Механиком, оказалась при ближайшем рассмотрении въездом в тоннель, который, к всеобщей радости, вёл не вниз, а вверх.

– Угол подъёма маловат, – посетовал Механик, трогая с места, – но не будем хотеть слишком многого.

Ещё через километр тоннель закончился такими же воротами, которые они открыли словами из сказки на выезде из подземного озера. Только на этот раз в стальных тяжёлых створках зияла безобразного вида громадная дыра с оплавленными краями. Достаточных размеров, чтобы в неё проехал вездеход.

– Ух ты! – воскликнул Механик, останавливая вездеход. – Кто-то, видать, не захотел мозгом шевелить. Чем это, интересно? Лазером?

– Не похоже, – авторитетно заявил Оружейник. – Тут не вырезали, а прожигали. Сразу и насквозь. Сталь просто испарилась… Плазменная пушка так может. Наша, например, что на «Мураше» установлена.

– Не нравится мне это, – сказала Вишня. – Сначала гильзы, теперь дверь кем-то разрушенная… Мы, лируллийцы, не любим войны. И стрельбы по любым целям тоже не любим.

– То-то ваши патрульные крейсеры вооружены по самое никуда, – усмехнулся Капитан.

– Потому и вооружены, что не любим, – объяснила Вишня.

– Эх, госпожа Вишня, да кто ж её, войну проклятую, любит и кто её зовёт… – примирительно коснулся руки лируллийки Капитан. – Только она, увы, чаще всего без всякого спроса приходит. Сама. Ну, Механик, что встал? Вперёд.

И они двинулись вперёд.