Прикладная некромантия. Записки между страниц - Купава Огинская

— Не семей позорить меня при студентах!

— Огден, да чего ты злишься? Я всего лишь хотел разрядить атмосферу, чтобы…

Для чего он все это делал, я так и не узнала. Дверь закрылась.

— Итак, куда пойдем? — оптимистично спросил Асвер.

— Понятия не имею, куда направишься ты, лично я вернусь в комнату, — чопорно ответила ему, полюбовалась на вытянувшуюся физиономию и, развернувшись, поспешила в сторону женского общежития.

Стоило бы мне вспомнить, что зломордый на подобную наглость реагирует всегда одинаково.

Подгребли меня на прежнее место за шиворот.

— Сень, а ты не забыла, что я теперь твой муж? — спросил он сумрачно. И уже не в первый раз.

— Как тут об этом забудешь, когда ты постоянно напоминаешь, — проворчала я, пытаясь отцепить от себя чужие пальцы, — пусти. Мне так неудобно.

— Даже не подумаю; — отозвался он и задал еще один неприятный вопрос: — И где кольцо? Почему ты его не носишь?

— Ношу, — заверила его я, скромно уточнив, — с собой.

— Я не слепой. — Перехватив мою руку, на которой красовались темные линии божьего благословения и совершенно отсутствовало колечко, он грозно спросил: — Где?

Это был момент моего триумфа. Потому что колечко действительно было со мной и требование зломордого я выполняла в точности. Никто же не виноват, что, надевая мне его на палец, Асвер строго велел «носить его постоянно». Ну, я и носила. В кармашке.

С самым счастливым видом под испытующим взглядом я медленно извлекла тонкий, серебряный ободок на свет. Как и всякий уважающий себя некромант, Асвер предпочитал именно этот драгоценный металл всем прочим.

— Вот! — На ладошке мягко поблескивало то самое колечко. Серебро и три камушка, вплавленные в блестящую поверхность.

— Почему не на пальце? — кто-то начинал беситься.

— Потому что! — гордо ответила я, глядя на то, как он медленно закипает. Занимательное зрелище.

Недозакипев, Асвер коротко выдохнул и закрыл глаза, продолжая и ручку мою сжимать, и шиворот не выпустив из захвата.

— Асвер, а это ты опять успокоиться пытаешься? — спросила я, решив не сдерживать любопытство.

— Какая ты сообразительная, — процедил он. Мы еще немного постояли, зломордый, кажется, немного отошел, подуспокоился, и началось самоуправство.

Меня развернули и, все так же удерживая за шиворот, потащили в сторону общежития.

— Хочешь в комнату — будет тебе в комнату, — пообещал он мрачно.

Ушли недалеко. Мы как раз пересекали коридор, ведущий к лестнице, когда навстречу нам вырулил местами поджаренный и глубоко несчастный Итерс.

Боевик увидел нас первый, сделался еще несчастнее и попытался сбежать, спасая жизнь и нервные клетки. Не успел.

— Итерс! — Такой радости от себя я не ожидала. Асвер, видимо, тоже. Иначе вряд ли выпустил бы меня из рук.

Освободилась я на удивление легко. Одернула кофточку и поспешила к замершему боевику. Вжав голову в плечи, он ждал неизбежного.

— А чего ты здесь делаешь? Да еще такой хорошо прожаренный? — Дружелюбие мое напрягло его только больше.

— Отрабатываю прогулы у капитана, — напряженно ответил Итерс, пытаясь ненавязчиво прикрыть легкий, но обширный ожег на лице и шее.

— Сурово он с тобой, — сочувственно протянула я, прислушиваясь к шагам позади.

Передернув плечами, боевик кивнул, с тоской глядя мне за спину. Асвером любовался, стало быть. И такой он был несчастный, такой потерянный, что мне его жалко стало.

— А хочешь я тебе мазь дам? От ожогов, — он не ответил, продолжая смотреть на зломордого, и, кажется, даже меня не слышал, — хорошая.

— Думаю, ему лучше будет сходить в лазарет, — заметил Асвер, пристроившись за моей спиной. Лица его я не видела, но Итерс побледнел и поспешно закивал, пятясь.

— Пожалуй, да. Я как раз туда направлялся. Пойду я, — пробормотал он, пятясь от нас дальше по коридору.

Задерживать его я не стала, пытаясь сформулировать свое подозрение в относительно вежливый вопрос. У меня это даже получилось.

— Асвер, а чего происходит-то, а? Когда ты его успел напугать? — спросила, глядя в спину улепетывающему боевику.

— За кого ты меня принимаешь? — ненатурально удивился он, только сильнее разжигая мое подозрение. — Я ничего не делал. Мы просто с ним поговорили. Я объяснил ему, что лазить в окна к чужим девушкам — некрасиво.

Развернувшись лицом к подозрительно честному Асверу, я ждала чистосердечного признания. Зломордый признаваться не спешил:

— Что?

— То есть ты хочешь сказать, что он тебя теперь до полусмерти боится поэтому? — Асвер кивнул, я не поверила и уточнила: — Ты его бил?

— И пальцем не тронул! — возмутился он, но под моим взглядом замялся и задумчиво предположил: — Может, это из-за того, что мы на кладбище разговаривали?

— Итерс согласился встретиться с тобой на кладбище?!

— Я этого не говорил, — заметил Асвер, кажется, уже жалея, что решил быть со мной честным, — мои умертвия не спрашивали его согласия.

А я вспомнила, как в морге на отработке наказания этот сильно талантливый, но не сильно умный поднял оживленцев с приказом притащить ему меня. Мне тогда повезло. Никто меня никуда не потащил. Сама, своими ножками к зломордому прибежала. Итерсу в этом плане не повезло.

— У меня просто слов нет, — прошептала я, глядя на Асвера.

Крутанувшись на пятках, поспешила в общежитие, пользуясь моментом и очень надеясь, что Асвер не успеет опомниться и до комнаты я доберусь самостоятельно.

Добралась. Сопящий за спиной некромант не пытался больше меня хватать и куда-то тащить, послушно спеша следом. И это было первым хорошим событием за последние дни. Просто потому что в комнату я ввалилась первой и оказалась достаточно быстрой, чтобы захлопнуть дверь прямо перед носом у Асвера. И даже замок закрыть умудрилась.

— Ведьма, открой немедленно! — потребовал зломордый, вдарив хорошенечко по безответной деревяшке.

— Ты же понимаешь, что это бесполезно? — осторожно уточнила я, на всякий случай отступив на шаг от двери.

— Я хочу верить в твое благоразумие, — напряженно раздалось с той стороны.

— Не хочу тебя разочаровывать, но чего нет, того и не надо, — радостно оповестила его я. — Так что можешь смело прекращать надеяться и возвращаться к себе.

— Сень, ты осознаешь, что я до тебя все равно доберусь?

— К тому времени ты уже успокоишься и мне все равно ничего не будет, — уверенно заявила я. И ведь правда верила в свои слова. Судя по воцарившейся в коридоре тишине, верила не зря. Вдарив еще раз по двери, Асвер неразборчиво ругнулся, но требовать ничего больше не стал.