Ричард Длинные Руки - штатгалтер - Гай Юлий Орловский

С западной стороны неба разрастается грязно-серое облако, неприятное и тревожное с виду. У меня почему-то начали учащаться удары сердца, облако странно мерцающее и постоянно меняющее форму, словно это нечто живое и очень опасное.

Оно приближалось, разрастаясь на полнеба, почудился шелест множества крыльев, и как молния вспыхнуло в мозгу: саранча! Одна из казней египетских, там говорилось о такой напасти… однако сейчас уже вижу, что это не летящие кузнечики, а множество мелких отвратительных бесов, что, как и саранча, сильны только вот так, в стае.

Я крикнул растерянно:

– Азазель, я не знаю, как ее рубить мечом!

Он крикнул издевательски:

– А ты ее молотом, молотом!..

Шеренга копейщиков расступилась, вперед вышли три священника, разом вскинули руки. Перед ними встала мерцающая прозрачная стена от земли и до небес.

Стая, если бы и хотела свернуть, уже не могла изменить полет всей огромной массы. По всей призрачной стене, созданной молитвами, часто-часто вспыхнули мелкие огоньки, похожие на искорки. Я смотрел и не верил своим глазам, когда огромная стая, похожая на передвигающуюся в воздухе гору, таяла и таяла, но бесы-насекомые, тупо выполняя приказ, двигались в том же направлении на холм, врезались в стену из святых молитв, и гибли, оставляя крохотные и тут же рассеивающиеся дымки.

– Прекрасно, – выдохнул Азазель. – Кто бы поверил, но я уже вообще-то люблю церковь! Особенно боевых священников.

Нехаштерон крикнул:

– Боевых священников не бывает!

– А боевые маги?

– То маги, – ответил Нехаштерон резонно.

– А ты откуда знаешь?

– Противника надо знать…

Азазель широко осклабился.

– Сейчас мы на одной с ними стороне, что удивительно.

Нехаштерон указал на группу людей в темных плащах до земли и скрывающих лица под опущенными капюшонами, что неподвижно, не привлекая к себе внимания, расположились за спинами копейщиков и арбалетчиков.

– Удивительнее то, что и маги на стороне сэра Ричарда. Вот передеремся после победы!

– Тихо, – сказал Азазель с напряжением в голосе, – я кое-что чувствую.

– Я тоже, – сказал Нехаштерон. – Сэр Ричард, скомандуйте воинам собраться на этой стороне холма. Сюда приближается целая армия. С этой стороны.

– Где? – спросил я. – Не вижу!

– Завеса исчезнет, – пояснил Азазель, – когда вытащат оружие из ножен. Такой закон мага Аврелиуна.

Завеса не исчезла, а неторопливо и красочно распахнулась, как огромный театральный занавес. В щель, торопясь и толкая друг друга, вывалилась целая толпа орущих и визжащих существ.

Мне бы дрогнуть, но я вздохнул с облегчением: люди, настоящие люди, пусть и злобные отморозки, нанятые для самого гнусного преступления против человечества, на этот раз в самом деле против человечества!

Азазель и Нехаштерон одновременно обнажили мечи, у Нехаштерона такой же старинный, то есть короче моего, форма примитивная, так ничего эти перворожденные и не усвоили за тысячу лет…

Я гордо обнажил меч Вельзевула, властелин ада все-таки следит за развитием технологий, его меч истинно рыцарский: длинный, полуторный, выкован настолько изящно, что почти ювелирно, по лезвию посредине руны, а как их еще назвать, рукоять крестообразная, с удобной насечкой, чтобы ладонь не скользила даже вспотев, а в навершии грозно и победно горит крупный рубин, как символ самого ада.

Барон Келляве, молодец, моментально сориентировался, две трети его войска тут же сосредоточились на той стороне холма, что обращена лицом к Штайнфурту.

Туда ударили напавшие, закипела битва, я видел, как барон передвигается по холму, благо тот очень пологий, следит сверху за сражением и время от времени взмахом руки посылает туда новых людей, снимая с участка, что смотрит на город Воссу.

Азазель крикнул встревоженно:

– Не отвлекают ли внимание?

– Очень похоже, – ответил я. – Ты с Нехаштероном стой с этой стороны…

Он спросил с подозрением:

– Почему мы? Ты слабее!

– Потому что это моя битва, – отрезал я. – И приказывать вообще-то должен был бы я, будь понаглее. Следите за новыми противниками! Это так, они нас проверяют боем.