Мефодий Буслаев. Билет на Лысую Гору - Дмитрий Емец

– Без сомнения, лисонька! Моя память невмещает таких сложных фамилий, как Чимоданов, Мошкин и Вихрова! Я забыл ихнемедленно, как услышал! – предупредительно откликнулся ее спутник.

– Давайте знакомиться! Меня зовут ДалилаПетровна! – продолжала женщина. – А это мой муж Герострат Андреич… Неправда ли, пупсик, тебя так зовут? Он у меня, знаете ли, грек. В свободноевремя ходит с зажигалочкой и ищет, чего бы такое поджечь. Храм Артемиды или чтодругое. За неимением великого поджигает занавесочки и всякие ненужные бумажки.Хи-хи, ежик?

– Хи-хи, лисонька! – басом отвечалГерострат Андреич. – Не обращайте внимания, крысяточки! Это мы с лисонькойтак шутим! Да, лисонька?

– Конечно, ежик! – заверила ДалилаПетровна и восторженной наседкой заметалась вокруг гостей, улыбаясь, мельтеша ибыстро касаясь их, точно сроду не видела ничего более прекрасного. – Ах,какие головки! Какие чудные умные головки! Сколько всего в этихголовках! – кудахтала она.

– Лисонька! Прекрати, ты увлеклась! Ещерано! – укоризненно произнес Герострат Андреич.

Далила Петровна покраснела.

– Да, попугайчик! Прости, язабыла! – спохватилась она. – А теперь, дорогие мои, ходите помагвазинчику, сколько вздумается, и выбирайте, выбирайте, выбирайте! Мы будемпросто счастливы! Мы уже счастливы! Не так ли, суслик?

– Да, лисонька!

Герострат Андреич и Далила Петровна обменялисьвзглядами, такими сладкими, просто приторными, что едва ни приклеились друг кдругу.

– Мы не можем ничего купить! У нас нетденег. Мы просто зашли посмотреть, – переглянувшись с Натой, виноватосказал Мошкин.

Герострат Андреич и Далила Петровна искреннеудивились.

– Какие деньги, лисонька? Ты говорила имчто-то про деньги?

– Нет, зайчик!.. Как я могла?

– А я разве говорил, лисонька?

– И ты не говорил, дельфинчик! Они простоне в курсе!

Герострат Андреич доброжелательно похлопалПетруччо по плечу и подтолкнул его к стеллажу.

– Никаких денег, ребята! Забирайте все,если унесете! Взамен хоть плюньте на пол – и то считается! – сказал он,сияя.

– Что, правда, что ли? Как-тостранно! – усомнился Чимоданов.

Герострат Андреич грозно надвинулся на него.

– О Тартар! Неужели я похож на лжеца? Моябедная прабабушка перевернется в гробу и придет разбираться!.. Ты же не хочешь,чтобы она пришла, нет?

– Э-э, нет. Не хочу! – пятясь,подтвердил Петруччо.

Герострат Андреич моментально успокоился иснова похлопал его по плечу.

– Это правильно, что не хочешь. Я воттоже не хочу! – сказал он шепотом. – Вы ведь недавно на Лысой Горе,не так ли?

– Да, с утра, – признал Чимоданов,решив, что телепаты и так это знают.

Герострат Андреич оставил его и повернулся кМошкину. Он никого не обделял вниманием.

– И как вам здесь? – спросил он,лучезарно улыбаясь.

– Очень х-хорошо, – вежливозаикнулся Евгеша.

Хозяин довольно закивал.

– Уютнее, чем в вашей Москве, не так ли?Огромный город, бестолковый, шумный! Имел счастье как-то бывать там.

– П-правда? А где выостанавливались? – вежливо спросил Евгеша.

Герострат Андреич замялся, вспоминая. За негопоспешила ответить любящая жена.

– Где останавливался? Ты же говорил, чтонигде не останавливался! Вас отвезли прямо на Лобное место. Не правда ли,котик?

– Да, лисонька! Именно на Лобное место! Авид, вид оттуда какой! – в полном восторге воскликнул Герострат Андреич,за рукав буксируя Мошкина к стеллажам. – Да берите вы, берите! Нестесняйтесь! Для москвичей все бесплатно!

Заметив, что Евгеша мнется, хозяин принялсянасильно навьючивать его чем попало, хватая предметы с полок. Его восторгбыстро переходил в эйфорию. У Евгеши уже не хватало рук, чтобы все удерживать,и он ошалело прижимал к себе все эти сосуды, чайнички, кинжалы, фотографии…

– Только не подходите к тому дальнемустеллажу. Там есть одна кость. Ее нельзя брать – падаешь и сразу умираешь. Дажене успеваешь выйти наружу! Не правда ли, бурундучок? – проворковала ДалилаПетровна. Она навьючивала Нату антиквариатом столь же старательно, сколь еесупруг навьючивал Евгешу.

– Да, лисонька! – подтвердилГерострат Андреич.

Чимоданов внимательно наблюдал за ним. Сампорядочный плут, он смутно ощущал столь же прожженого плута в ГеростратеАндреиче. Насвистывая, Петруччо осторожно сунул руку в карман, где у него лежалкусок пластилина. Привычные пальцы вылепили человечка. Чимоданов поднес его кгубам, подул, пытаясь оживить, однако пластилиновая фигурка даже нешевельнулась.

Рядом белым участливым пятном замаячило лицоДалилы Петровны.

– Что ты делаешь? – спросила онавкрадчиво.

– Я? Ничего.

– Ничего? А ну позволь-ка!

Далила Петровна мягко разжала его ладонь и,заметив пластилин, ухмыльнулась. Впервые Чимоданов увидел так близко ее зубы.Они были мелкие и пильчатые.

– В нашем магвазинчике чужая магия недействует! К остальным это, кстати, тоже относится. Никакой водной магии. Никакоговизуального зомбирования! – сказала она насмешливо.

– Лисонька! – укоризненно воскликнулГерострат Андреич. – Ну я же просил: мягче! Не так сразу! Постепенноподготавливай!

Подарки дождем посыпались из рук Мошкина.

– Подними! – строго, с какими-тоновыми нотками, приказал Герострат Андреич.

– Нет! – тихо сказал Евгеша.

– А я говорю: да. Из нашего магвазинанельзя выйти без покупки!

– Не подниму! – глядя в пол,повторил Мошкин.

Герострат Андреич взял себя в руки ипоклонился.

– Лично мы никого насильно незадерживаем. Мы же их не задерживаем? Да, моя лисонька? – спросилГерострат Андреич, в отличие от жены демонстрировавший убогое знание флоры ифауны.

– Да, мой попугайчик! Попробуйте,ребятки! Если вы сумеете уйти, мы будем только рады! – отвечала ДалилаПетровна, в знак своего миролюбия отступая на шаг назад.