Чудачка - Юлия Фирсанова

— И получил ответ, — с легким намеком на неудовольствие констатировал очень знакомый Наде голос, после чего посетовал: — Ты слишком громко кричишь мое имя, беспокойный дух.

Из переплета туманов и теней выступил прекрасный юноша в алом, золотом и малахитовом. На поясе у него висел меч, длинный и истинно черный, как та тьма, плясавшая под ногами на дороге вместо тени.

— Простите, — искренне извинилась Надя. — Я вообще не хотела кричать, но регулировать интенсивность того, что мне сейчас заменяет голос, не получается. Тренировки не было.

— Забавная девочка, — легкая насмешка сменила раздражение в звучном и глубоком, не чета скрежету и хрипу ловчего, голосе Злата.

Перед юношей, пока тот беседовал с Надеждой, тут же выступил из тумана и распростерся ниц некто в серо-красном. Не то в одежде, не то в странной плоти, свисающей складками и клоками. Сплетение его нитей и запахов было столь чуждым, что не вызывало ни страха, ни отвращения. Чудачке-Плетущей показалось невозможным испугаться настолько иного просто потому, что не существовало близких страшных ассоциаций. Вот клещ Межуровнья тот был чем-то похож на земных паразитов, а этот ни чуточки ни на что знакомое страшное или противное не походил.

— Повелитель, — в причудливой смеси благоговения и страха — точных пропорций не отмерил бы и сам Творец — проскрежетала валяющаяся в знак глубочайшего почтения и смирения тушка.

— Что тебе обещано оплатой в сделке? — лениво уточнил Злат, только что царственно ногу на голову демона не опустил для создания полноты картины: «владыка и его верный раб».

— Три артефакта, дабы преумножить силу рода, мой Повелитель, — с готовностью доложил демон.

— С тобой расплатились?

— Нет, повелитель. Был отдан лишь один из трех.

— Условия сделки не исполнены! — взвыл заказчик, вылезая со своими претензиями.

— Глупец, когда это демоны блюли условия сделок? — расхохотался Дракон Бездны, и туман у его ног изогнулся головой гигантского черного ящера. Отсмеявшись, Злат позвал: — Двадцать и Одна, Связист, вы заберете нарушителя по жалобе в Суд Джокеров или я могу распорядиться им по своему усмотрению?

— Вот чего ты, Злат, бедолагам Силам нервы треплешь, разве им на границе с Бездной место? Сюда, как на работу, только я таскаюсь, — проворчал из ниоткуда сочный мужской бас. — Понятное дело, заберу этого козла. Вот ведь тварь, а еще жрецом прозывался. С демоном спутался, артефакты из храма упер, против Служителей Сил злоумышлял. Все доказано, учтено, исчислено.

— А демон? Я невиновен! Он! Это все он делал! — заверещал жрец, вздергиваемый в воздух незримыми путами.

— Демон следовал сути своей, исполняя сделку. С него и спроса — хрен да ни хрена. Если где порядки свои нарушил, так его лишь лорд Бездны карать властен, — нравоучительно пояснил Связист и исчез вместе с пытавшейся изобрести оправдания жертвой.

Надя даже не успела спросить: «А как же я?» Но, наверное, очень громко подумала, потому что Силы напоследок бросили:

— Только ты, это, демоняка, девочку обратно верни. Негоже Служительницу туда-сюда перешвыривать как посылку.

И еще одну, слышную лишь Надежде, почти уважительную мысль послал Связист девушке:

— Молодец, правильно сделала, что позвала, а не стала сама трепыхаться и нити дергать! Межуровнье — коварная штука, а уж для вашего брата Плетущих и подавно! В туманах потеряться и себя потерять — плевое дело.

Надежда лишь мысленно пожала плечами. Ей даже в голову не пришло трогать странные серые нити этого непостижимого места, точно так же, как и делать что-то с нитями тех, кто в нем пребывал. Она инстинктивно чувствовала, что ни сплетаться, ни рваться по ее слову здешние нити не станут, лишь едва-едва откликаться будут. А трогать или рвать неприятные, странные нити этих двоих… Ну, наверное, можно было попробовать. Только зачем? Если те, кто ее сюда доставили, умрут, она легко рисковала остаться в туманном холоде навсегда.

Стоило ощущению присутствия Связиста исчезнуть, как серо-красный неуверенным скрежетом уточнил у Злата насчет распоряжения о возвращении Надежды:

— Повелитель? Мне исполнять?

— А что, хочешь ее себе оставить? — удивился тот, снова скрывая под маской прекрасного юноши чудовищную мощь и силу, проявлявшуюся лишь пляской тьмы и туманов на грани сознания.

— Съесть не могу, душу не выпить, метка жжется… нет, не хочу, — обстоятельно проскрежетал доводы против оставления девицы Надежды в своей судьбе демон.

— Тогда возвращай, — пожал плечами Повелитель Путей и Перекрестков, явственно развлекаясь за счет подданного. О чем откровенно свидетельствовали золотые нити и аромат гвоздики.

— А артефакт?

— Ну… можешь Силам артефакт, что тебе как залог перед выполнением работы дали, тоже вернуть, — снисходительно согласился Злат.

Демон взвыл с горестной покорностью.

— Но можешь и не отдавать, — продолжил Повелитель уже под Надино откровенное хихиканье. — Поскольку сделка состоялась по законам Межуровнья. И если Двадцать и Одна возжелают вернуть свою собственность, то могут зайти сюда и вежливо попросить.

Демон выдохнул с облегчением и признательностью.

— Но девочку верни. За ней точно придут. И несъедобная она, опять же, — прибавил Злат и все-таки расхохотался. Почему-то его звонкий смех напугал демона куда больше любых угроз, он неловко вскочил, запутался то ли в ногах, то ли в щупальцах, то ли в одежде, но нелепыми движениями сделал главное: вытолкнул пленницу из призрачного холодного ничто в материальный мир — вернул ее точно туда, откуда взял — на лестницу в пятиэтажке.