Чаролом - Блейк Чарлтон

– Госпожа хранительница, я явился по вашему… приглашению.

– Да, благодарю за то, что пришёл, достопочтенный морской бог. Я бы хотела побеседовать о твоём сыне.

– Я не подозревал, что стал отцом. Это правда мой сын?

Вместо ответа Франческа просто указала на озеро. Бог-акула взглянул туда и увидел небольшой плавучий павильон, где сидела Кенна, подобрав белую мантию и болтая голыми ногами в воде. Друидка смотрела в сторону балкона. Неподалёку по-собачьи плавал её брат вместе с Лоло. Юный бог со смехом плеснул в Тэма водой, тот притворился испуганным. Лоло расхохотался и принялся плескать в друида обеими руками.

– Это мой? Ты уверена? – Холокаи переступил с ноги на ногу, но выражение его лица не изменилось.

Франческа распознала невысказанный вопрос.

– Сейчас он веселится в озёрной воде, но едва я погрузила его в морскую, он мигом отрастил плавники и зубы. Не желаешь взглянуть? – она подняла руку.

Кенна внизу махнула рукой в ответ и дотронулась до деревянной доски. В том месте, где её палец коснулся дерева, вспыхнуло синее сияние. Небольшая часть павильона откололась и поплыла прочь. Импровизированный плотик раскидал вокруг себя стебли кувшинок, а затем вырастил бутон, раскрывшийся в прекрасный цветок лотоса.

Лоло с вытаращенными глазами уставился на друидское чудо и, размахивая пухлыми ручонками, поплыл к нему. Неуклюже попытался взобраться на плотик. Тэму пришлось подсадить малыша. Когда Лоло вскарабкался на стебель лотоса, солнце осветило его спину, ясно обозначив шрамы от укуса. Они остались от акульих зубов, проросших в матке несчастной женщины. Холокаи резко вдохнул.

– Его мать служила в Доме Подушек, – пояснила Франческа.

– Но это было всего несколько дней назад!

– Такое случается с полубогами. Одни рождаются старыми и молодеют, другие появляются младенцами с разумом взрослого. Что касается Лоло…

– Лоло? Ты прозвала моего сына чокнутым?

– Это имя дали ему дети в сиротском приюте, куда он угодил после того, как ты его бросил.

– Я его не бросал. Я даже не знал о его существовании! Не знал… – глаза бога сузились, лицо стало задумчивым. – Вот почему в последние дни перед встречей Леандры с контрабандистом моя сила возросла. Я-то думал, что мою паству внезапно одолела набожность, а на самом деле… На самом деле я исполнил то, о чём меня молил мой народ: дал им сына.

Франческа не понимала, о чём он говорит, но это было неважно.

– Внутриутробное развитие Лоло проходило необычайно быстро, – строгим тоном заметила она, чтобы вернуть внимание Холокаи. – Природа ребёнка дополнила матку его матери акульими зубами, которые и порезали ему спину. Сама она истекла кровью после того, как родила. В глубине души он об этом догадывается и испуган до смерти.

– Это же не его вина, – рот Холокаи перекосился от боли.

– Не его, твоя.

Бог-акула угрюмо взглянул на неё, но промолчал.

– Каждый день Лоло вырастает на два года. Ты уже пропустил шесть первых лет его жизни. Важнейших лет. Слава Богу Богов, что кто-то из Плавучего Города позаботился о малыше и поместил в сиротский приют.

– Наверное, один из священников, которому заплатила моя паства, чтобы высматривал моих возможных детей, – проворчал Холокаи. – Похоже, он не рассчитывал, что события будут развиваться с подобной скоростью. Однако ему придётся держать передо мной ответ за то, что не поторопился отправить мне сообщение.

– Ты делал это и с другими женщинами?

Бог-акула перевёл взгляд на Лоло и промолчал.

– Омерзительно, – прошипела Франческа. – Ты собирался сотворить подобное и с моей дочерью.

Холокаи помотал головой.

– Она сказала, что ей не грозит стать матерью.

– Но ты же знал, что другим-то грозит?

– Прежде такого не случалось, – он раздул ноздри. – Либо не происходило зачатия, либо беременность замирала сама по себе.

– И ты скрывал от Леа женщин, чьи тела оказывались нашпигованы акульими зубами?

– Таковы уж мои атрибуты. Ничем не могу помочь.

– Да, с этим не поспоришь. Но почему Тримурил не остановила твоих верующих, молящихся о столь отвратительных вещах?

Он промолчал.

– То есть, судя по твоему описанию, твоя паства молилась о сыне-полубоге больше, чем о чём-либо ещё?

Холокаи вновь только зыркнул на неё.

– Нет, на сей раз молчанкой не отделаешься. Прежде чем мы продолжим беседу о будущем Лоло, ответь, он для тебя важнее Леандры?

– Она знает, что у меня нет выбора.

– Но она ещё не знает, что у тебя есть сын. И мы будем держать её в неведении до тех пор, пока я не буду полностью убеждена, что тебе действительно можно доверить Лоло.

– У тебя нет на него прав.

– Этот ребёнок знает меня целый год своей жизни. Мы с моими товарищами стали ему семьёй в большей степени, чем кто бы то ни было. Всевышний Создатель, через пять дней он станет молодым богом-акулой. У тебя есть хоть малейшее понятие о том, сколько у него возникнет проблем?

– Всё равно у тебя нет никаких прав!

– У меня есть право защищать свою дочь.

– Она и сама с успехом может себя защитить, – Холокаи прищурился.

– В таком случае, ты отправишь сына на свой остров как можно скорее.

Бог-акула передёрнул плечами и засопел, словно обдумывая что-то.

– Будет проще для всех, включая тебя и твоего сына, если ты осознаешь, что уже в моей власти. Ты – бог-воин и знаешь, когда битва проиграна. Ты у меня в руках.

Молчание.

– Соглашайся, или я отошлю тебя к дочери, а Лоло заберу себе.

– Да, я у тебя в руках.

– Прекрасно. Ещё мне надо знать, что Леандра скрывала сегодня в тронном зале.

– А что она скрывала?

– Не старайся казаться тупее, чем есть, так как я уже считаю, что захоти ты пускать слюни, тебе потребуются инструкции. Леа должна сегодня вернуться в город. Она спровоцировала приступ болезни, лишь бы Тримурил не узнала её тайну. И вряд ли это из-за нападений на мелких богов.

– Нет, не из-за них.

– Тогда в чём дело?

– Прежде чем я скажу, мне необходимо понять, во что я ввязываюсь. Необходима информация.

– Какая?

– Что случилось четырнадцать лет назад в Порте Милосердия? Почему Леа так тебя ненавидит?

– Справедливо. Ты должен знать, чтобы ненароком не ухудшить наши с Леа отношения. Но сначала ответь, почему ей нужно вернуться в Шандралу именно сегодня? Она знает, кто стоит за нападениями на мелких богов? Империя? Культ Неразделённой Общины? Какая-то банда преступников?