Школа Добра и Зла. В поисках славы - Соман Чайнани

– Тсс! – шикнула на нее Софи. – У нас с Агатой секретный разговор, не для чужих ушей…

– Да вы так кричите, что вас хочешь не хочешь, а услышишь, – усмехнулась Николь.

– Ты маленькая вредная поганка…

– Может быть, прекратите эту грызню? – вмешалась Агата.

Они, все трое, были прикованы к цепи рядом друг с другом, а Богден, Уильям, Хорт, Дот, Анадиль и Эстер, прикованные к той же цепи, находились несколько впереди. Пленных сопровождали четверо пиратов-подростков. Одетые в черную кожу, помахивая обнаженными саблями, они ехали верхом – двое впереди всей группы и двое в хвосте. Пираты вели своих пленников по мощенным желтым и красным кирпичом улицам Жан-Жоли, раскаленным от жаркого летнего солнца. Чтобы посмотреть на них, из окон домов высовывались местные жители – Агата заметила у многих из них синяки под глазами и царапины на щеках.

– Жан-Жоли – это же королевство всегдашников, почему они не идут нам на помощь? – прошептала Софи, спотыкаясь о длинный, до земли, подол своего модного, украшенного рюшами и оборками голубого платья. – Разве всегдашники не должны выручать всегдашников, попавших в лапы сил Зла?

– Ты к силам Добра отношения не имеешь, – проворчала Агата, которой пот заливал глаза. – Слушай, перестань на меня натыкаться! Ты что, не могла надеть что-нибудь более подходящее для похода?

– Что-нибудь вроде твоего тряпья а-ля пацанка? Ты выглядишь сбежавшим с работы мельником. Мне же ближе Венди из «Питера Пэна», только я не такая беспомощная и глупая, как она. Между прочим, я приказала Бубешвару укоротить подол, но этот дурак сбежал от меня вместе со своей суженой…

Софи снова споткнулась о свое платье, и ехавший рядом с ними верхом на лошади голый до пояса мальчишка-пират чувствительно приложил ее вожжами. Мальчишке было не больше шестнадцати – тощий, с обгоревшим на солнце облупившимся лицом и сломанным в двух местах носом.

– Симпотные цыпочки учатся в вашей школке. И много у вас там таких? Жаль, что меня туда не взяли, – хмыкнул он, пожирая Софи взглядом. – В ту ночь, когда у нас в школу забирали, ваш директор меня забраковал. – Он нагнулся ближе к Софи и добавил: – Между прочим, старина Уэсли – это я. А тебя как кличут, ласточка? Дружить со мной будешь? Спорю, ты пахнешь как теплый вишневый пирог.

– Тебе никогда не подобраться ко мне настолько близко, чтобы узнать об этом. Впрочем, как и к любой другой, полагаю, – резко осадила его Софи.

Уэсли покраснел, обиделся и пригрозил, показав свои гнилые зубы:

– Ну погоди, посмотрим, что ты запоешь, когда до тебя Змей доберется.

С этими словами он натянул поводья и поехал вперед догонять своих приятелей-пиратов.

Агата увидела, как запылал розовым огнем указательный палец Софи, и сказала:

– Успокойся, Софи.

– Немытые головорезы! – фыркнула Софи. – Хоть я и давно не была в деле…

– Они ведут нас к Змею. Это самое главное, – сказала Агата.

По правде говоря, их первоначальный план был другим – напасть на пиратов и освободить группу Беатрисы, где бы она ни находилась. Исходя из сообщений о том, что пираты захватили порты Жан-Жоли, Агата ожидала их нападения сразу же, как только «Игрэйна» войдет в гавань. Так оно и произошло, толпы пиратов подплыли на лодках и бросились на абордаж. Агата представляла себе пиратов уродливыми, неповоротливыми пожилыми мужиками с запущенными бородами и нечесаными седыми волосами, провонявшими ромом и табаком. Ничего подобного. «Игрэйну» атаковали проворные, юркие, как ящерицы, подростки в черной коже и высоких армейских башмаках с серебряными накладками на мысках. Впрочем, проведя двое суток плавания от Авалона до Жан-Жоли в беспрерывных совещаниях, экипаж Агаты был готов ко всему. Когда похожие на стаю диких котов юные пираты посыпались на палубу «Игрэйны», Софи пустила в дело свой жуткий ведьмовской вопль, заставив часть пиратов в ужасе застыть на месте, а вырвавшийся на свободу демон Эстер принялся деловито спихивать их за борт «Игрэйны» назад в воду. Крысы Анадиль набрасывались на врагов и пытались прокусить им горло. Дот поливала головы нападавших горячим дымящимся шоколадом. Хорт могрифицировал в своего волка-оборотня и расшвыривал парней в черном с такой легкостью, что те улетали куда-то за горизонт. Уильям и Богден сражались тем оружием, которое еще оставалось в оружейной комнате (оружие, с которым они высадились на Авалон, украл бобер). Николь… Николь, палец у которой пока еще не светился, обходилась подручными средствами, лупила пиратов по голове снятым со своей ноги башмаком.

Наблюдавшая за ходом боя Агата на секундочку отвлеклась и не заметила подкравшегося к ней сзади пирата с красными татуировками на щеках и вокруг глаз. Этот юный кретин приставил к ее шее нож и принялся сличать ее лицо с портретом, напечатанным на мятом грязном листке пергамента, который он вытащил из кармана.

– Змей говорил, что ты сюда притюхаешь, – хмыкнул прыщавый мальчишка, дохнув на Агату тухлятиной. – Но сказал, что даст золотишка, только если мы притащим тебя к нему живой. Наверное, сам хочет тебя пришить, своими руками. Теперь во всех сказках напишут, что тебя поймал Тиаго из Неведомого леса, я то есть. И золотишка за тебя отвалят тоже мне. – Он окинул взглядом друзей Агаты и презрительно сплюнул на палубу. – Слюнтяи желторотые! Думали, что, если протирали штаны, сидя в своей фу-ты ну-ты школе, так лучше нас стали? Посмотрим, какими станете, когда будете вопить от боли. Славы ищете?!

На прыщавого пирата нацелился демон Эстер, собрался броситься на него и волк-оборотень Хорт, но…

…Но Агата остановила их. И не потому, что испугалась. Она была совершенно уверена, что и одна отлично справится с этим гаденышом: парализующее заклинание, потом сильный удар коленом в пах. Однако после отплытия с Авалона у них в первый раз появилась возможность увидеть Змея. Они должны выяснить, кто же он, этот ужасный злодей.

Но брести по раскаленным улицам прикованной к цепи – удовольствие ниже среднего, и Агата, тяжело переставляя ноги, думала о том, что если бы ее сейчас вдруг увидел Тедрос, то прыгнул бы на первый попавшийся корабль, приказал поднять паруса и отправился сюда, в Жан-Жоли. Впрочем, он и раньше примчался бы ее спасать, когда Агата была еще на Авалоне. Потому-то она ему и не писала. Вот и просиживала без дела курьерская ворона Агаты в клетке на борту «Игрэйны».

«Глупо было выходить на поиски Змея самой, – сказал Агате ее внутренний голос. – Тедрос не сможет стать настоящим королем, не пройдя сквозь огонь».

«Я его королева, – возразила себе самой Агата. – Защищать его – моя обязанность».

«От всего на свете ты его защитить все равно не сможешь».

– Боже правый, – сказала Софи, отвлекая Агату от увлекательной беседы со своим внутренним голосом. – Эти чудовища успели все загадить!