Школа Добра и Зла. В поисках славы - Соман Чайнани

А когда полет закончился, она упала лицом вниз на пушистое, мягкое и сладковатое на вкус облако.

Агата вновь открыла глаза и вытянулась, чтобы посмотреть на лиловое ночное небо, усыпанное тысячами серебристых пятиконечных звездочек, – казалось, что ожил, став бескрайним и объемным, тот детский рисунок, который она заметила на плаще в библиотеке.

«Селестиум» – так когда-то назвал это место Тедрос. Уголок, куда приходят волшебники, чтобы поразмышлять.

Агата поднялась на колени и действительно увидела перед собой волшебника. Он сидел, скрестив ноги, и задумчиво смотрел на нее. На волшебнике была лиловая шелковая мантия, видавшая виды конусообразная шляпа, очки в роговой оправе и отделанные мягким мехом фиолетовые шлепанцы.

– Мерлин, – улыбнулась Агата.

– Прости, что оторвал тебя от занятий, дорогая моя девочка, но в данный момент у нас есть более важные дела. – Волшебник прихлебнул из кружки горячего, покрытого пышной шапкой взбитых сливок какао. – Но прежде всего скажи мне вот что – тебе добавить в какао взбитые сливки? Хотя заранее предвижу, что выбивать третью кружку какао подряд из старой шляпы будет довольно сложно. В последнее время она настаивает на хотя бы небольшой оплате труда и месяце отпуска…

– Третью кружку? – удивленно переспросила Агата. – Но здесь же только мы вдвоем, вы и я.

– О-хо-хо, редко же вы можете теперь видеться с глазу на глаз, верно? – загадочно прищурился Мерлин и слегка подвинулся в сторону, открывая Агате сидящего за ним Тедроса.

Тедрос на Агату не смотрел, держал в руке свою кружку с какао, над которой поднималась шапка взбитых сливок, посыпанных радужными блестками, и болтал свесившимися через край облака ногами. Тедрос был в пижамных шортах и белой майке, на влажных волосах криво сидела золотая королевская корона.

– Нам с Агатой нужно работать, Мерлин, – сказал Тедрос, по-прежнему глядя вдаль. – Тебя здесь полгода не было, поэтому ты, наверное, не в курсе, но мы с ней в ответе за все королевство. – Он выплеснул дымящееся какао из своей кружки за край облака и продолжил: – Наша казна пуста. У нас нет рыцарей. Мама и Ланс пропали. Во всех Лесах неспокойно, зреет смута. У нас нет сейчас времени распивать с волшебниками какао.

– Раньше ты делился какао с Агатой, а теперь тратишь его впустую? – проворчал Мерлин.

– Между прочим, я вовсе не просил никакого какао, – сердито ответил Тедрос, поправляя съехавшую корону. – Я уже слишком стар, чтобы меня можно было подкупить конфеткой.

– Но не слишком же стар, чтобы оставить свою любимую принцессу без сладкого? – хитро усмехнулся Мерлин.

– Я только что пообедала, – отметила Агата, старясь угодить обеим сторонам.

– Где какао для девушки?! – строго прикрикнул волшебник на свою шляпу.

– Слушай, Мерлин, ты же не можешь держать меня здесь всю ночь, – нетерпеливо сказал Тедрос. – В Селестиуме слишком разреженный воздух.

– Я могу держать тебя здесь хоть до тех пор, пока ты не поседеешь, как я, – нравоучительным тоном ответил Мерлин. – Для этого я просто могу превратить тебя в золотую рыбку, поместить в аквариум – и плавай себе на здоровье. А Агата сможет тебя кормить. Сухими дафниями. Если, конечно, не станет вышвыривать их по твоему примеру с облака. – Волшебник сердито тряхнул свою шляпу: – Ну, долго мне еще тебя ждать?!

Шляпа плюнула в Мерлина горячим какао, а он в отместку сел на нее.

– Ну, а теперь давайте начнем, – хмыкнул волшебник.

– Что начнем? – спросила Агата.

– Мне это не нужно, Мерлин, – простонал Тедрос.

– Что тебе не нужно? – спросила Агата.

– Тебе это нужно гораздо больше, чем ежедневное топтание возле меча и бесконечные тренировки, чтобы накачать мускулы, – ответил Тедросу волшебник, прочнее усаживаясь на своей шляпе.

– Ты теперь ничего обо мне не знаешь, – огрызнулся Тедрос. – Ты исчез тогда, когда больше всего был мне нужен. Я уже привык к этому, ты все время так со мной поступаешь. Тебя не было шесть месяцев, и за все это время ты даже не удосужился написать мне ни строчки. А потом проходит полгода, и – здравствуйте пожалуйста! – ты вдруг появляешься с таким видом, будто можешь помочь мне, хотя на самом деле ровным счетом ничего не знаешь о том, что случилось со мной за эти месяцы. Лучше уходи в ту нору, где прятался.

– Потому что ты справляешься с веселенькой королевской работой и без меня? – поинтересовался волшебник.

– Я думаю, мой отец был прав, когда прогнал тебя из замка, – огрызнулся Тедрос.

– Да ты с каждым днем все больше и больше становишься на него похожим, – заметил Мерлин.

– Прекратите! Вы прямо как молодые петухи, причем оба! – громко прикрикнула на них Агата, и голос ее далеко-далеко разнесся в звездной ночи. – Давайте лучше попробуем понять, что нам всем делать дальше. И зачем мы вообще здесь очутились.

Старый волшебник и юный король смутились и опустили глаза.

Молчание нарушила шляпа, на которой сидел Мерлин. Она важно проговорила, насмехаясь:

– Супружеская терапия!

6
Тедрос. Две теории

Где-то в глубине души Тедрос знал, что это случится. Он понимал, что не сможет и дальше относиться к Агате как к дальней родственнице, продолжая при этом сражаться со своими собственными демонами, загоняя их все глубже и глубже внутрь. Всем известно, что ничем хорошим такие вещи не заканчиваются.

На протяжении всех последних шести месяцев Тедрос отчаянно пытался убедить себя, что у него просто нет возможности действовать иначе, что лучший, и даже единственный, способ двигаться вперед – это предоставить Агате заниматься приятными хлопотами о предстоящей свадьбе, а самому стараться убедить всех в том, что Камелот при новом короле непременно вернет себе былую славу. Но Тедрос не мог до бесконечности лгать самому себе. И убедить в том, что вскоре наступит счастливое будущее, не мог никого – об этом лучше всяких слов говорили взгляды, которыми провожали своего полузаконного короля охранявшие замок гвардейцы.

Они смотрели на Тедроса с сожалением и недоверием, то и дело бросая взгляд на то место, где над балконом Синей башни торчал застрявший в камне Экскалибур. Да и хлопоты Агаты вряд ли можно было назвать приятными, если вспомнить, что она занималась подготовкой своей свадьбы с женихом, который всячески старался ее избегать.

Кто-то должен был вмешаться в эту ситуацию. Кто-то должен был помочь Тедросу спастись от себя самого. И вот это случилось – однако Тедрос оказался совершенно не готов к такому вмешательству.

Хуже всего было то, что когда-то Тедросу самому довелось испытать то, что переживала сейчас Агата. Он не понаслышке знал, каково это – оказаться забытым и всеми покинутым.