Ловец Душ - Марина Ефиминюк

– Времена меняются, – пожал он плечами, – теперь мы с бейджанцами дружим. – Он замолчал, невесело усмехнулся. – Я умираю…

Я моментально затихла от такого признания.

– Меня уже не спасти. Так вот, – продолжил он после паузы, – какая-то дрянь сжирает меня изнутри! Меня не вылечили травы, не помог и твой Арсений.

Я вылупилась на Романа, как на чудище лесное.

– Свои дела я передаю самому достойному на окской земле – Микаилу Кафарову. Сначала думал – тебе… оказалось, не судьба. Не смотри так, я с самого начала обо всем знал. О Ловце, о перевороте. Я просто держал нейтралитет.

– Хорош нейтралитет, – с трудом выговорила я незнакомое слово, – ты ведь ему рассказал, что я все-таки нашла заклинание. Они ведь на всякий случай объявили меня в розыск – что, как жива? Я появилась у тебя, и Арсений тут же узнал о моем неожиданном воскрешении и о Ловце узнал. Я права?

Старик усмехнулся:

– Ты все правильно говоришь, девочка.

– Просто еще одна большая игра, а я всего лишь пешка. Разменная монетка. Грош.

Наступила тяжелая пауза, мы с Романом буравили друг друга взглядами: я – яростным, он – спокойным, изучающим. Тишину прерывало лишь мычание связанного Дениса да редкий скрип сапог окруживших нас головорезов. Именно в эту минуту отворилась дверь в таверну и на пороге появился Микаил, одетый в длинную волчью шубу. В открытый проход улетало тепло, а вовнутрь тянуло ледяным холодом. Бейджанец застыл всего на мгновение, а потом стремительно приблизился ко мне. От резкой пощечины у меня заныла челюсть и загорелась щека, от боли потемнело в глазах.

– За Зипа, – прошипел Микаил.

– С каких пор большие люди сами разбираются со своими мелкими проблемами? – Я недобро глянула в его бледное вытянутое лицо, обрамленное седеющей копной длинных волос. Страх прошел, и его место заняла всепоглощающая наглость человека, которому уже нечего терять, потому что за душой ничего не имеется.

– Ты пэрэстала быть мэлкой проблэмой! – прошипел он, от злости и волнения южный акцент стал особенно заметен. – Я окажу тэбэ чэсть, – кивнул он. – Я убью тэбя сам!

Он протянул руку, один из бандитов услужливо вложил арбалет в открытую ладонь. От вида опасного оружия меня затрясло. Денис, вытаращив глаза, замычал еще громче. Микаил приставил арбалет к моей груди. С ужасом я воззрилась на серебристый болт, аккуратно уложенный в идеально круглую выемку.

– Подожди минуту, Микаил! – Роман мягко отвел руку, сжимающую оружие, я непроизвольно перевела дыхание. – Не горячись. Я хочу спросить у Наташи одну вещь. – Он помолчал. – Ответь, девочка, теперь, когда ты дозналась до правды, ты получила успокоение? Ты почувствовала себя отмщенной, когда изуродовала Арсения? Ответь.

Я сглотнула, не понимая, к чему он клонит. Остались ли у меня дела на этой земле? Сто тысяч мелких незавершенных дел! Я не выкрала своего Астиафанта, я не узнала, кто такой Савков, я не успела убежать в Серпуховичи, я так и не попыталась отыскать своего потерянного демона… Я…

…ничего не приобрела…

…не нашла друзей…

…не влюбилась…

…не завела семью…

…не родила ребенка…

И прошептала едва слышно:

– Я почувствую себя отмщенной, только когда увижу твой гниющий труп!

– Ты всегда была дурой! – хмыкнул старик. – Никогда не видела дальше своего носа, никогда ни о ком не заботилась. Я знал тогда, что спасаю чудовище, – он замолчал. – Она твоя, Микаил.

Бейджанец скривил губы, еще сильнее побледнел, а в следующее мгновение молниеносно развернулся и выстрелил в спину трепыхающегося Дениса. Внутри меня что-то оборвалось, голова вмиг загудела, время как будто остановилось. Давидыв не шевелился, на спине, пропитывая рубаху, проявлялось красное пятно. Микаил медленно, словно застрявшая в киселе муха, стал поворачиваться ко мне, прилаживая новый болт. Из последних сил я вскочила со стула, вырвалась из удерживающих меня сильных рук, оттолкнула бейджанца и кинулась к умирающему Давидыву. Из моего горла вырвался звериный рык, перемешанный с паническим «НЕТ!». Я даже не поняла, почему падаю на пол, не осознала, что подкосило ноги. Тяжелый кругляш пчелиным жалом вонзился в грудь, другой укусил ногу, третий застрял в руке. С удивлением я почувствовала странную, разливающуюся по всему телу боль и краем угасающего сознания услышала отдаляющиеся крики и звук разбитого стекла… Потом наступила липкая страшная темнота.