Маг моего сердца - Марина Дробкова

– Я маг-аналитик, не забывай. Я знаю точно. Во мне ребенок – твоя дочь Тина.

– Ты уже и назвала ее? – он никак не мог прийти в себя.

– Имя пришло само. Оно ей подойдет, вот увидишь.

Даймонд опустил взгляд.

– Если увижу…

– Увидишь! – твердо говорю я. – Ты отец моего ребенка, и ты мне нужен живым. Этель тебя оправдала. Три против трех, заседание было утром: вода второй день как черная.

Даймонд помрачнел.

– Все погибло, – проговорил он. – Я так любил этот мир, как я мог…

Я взяла его голову в ладони:

– Бедный мой, ты ничего не знаешь. Сейчас я все тебе расскажу. Во-первых, ты ни в чем не виноват…

Выслушав мой длинный рассказ, Даймонд обнял меня и крепко прижал к себе.

– Моя храбрая девочка, – сказал он голосом, какого я никогда у него не слышала. Как будто совсем близко подступали слезы. – Ты все это время сражалась одна. А я сидел здесь и только малодушно мечтал о смерти.

– Не только сидел, – возразила я. – Ты еще сотворил мне ребенка, креадор!

– Да уж… Только это я и могу, – усмехнулся Даймонд. – Но Ральф… надо же, не ожидал. И новый жезл специально для меня приготовил… Вложил тебе в собственные руки.

Он вздохнул.

– Конечно, я буду жить, Бренна! Я хочу жить, я вас не оставлю! Лучше до конца дней страдать от угрызений совести, чем бросить тебя и…

– Погоди. Сейчас самое главное. Есть шанс, что мы спасем мир. Дейзи дала хороший совет.

– Шутишь? – Даймонд воззрился на меня круглыми глазами.

– Нисколько. Но сначала расскажи мне: для чего тебе понадобилось странное место в горах, где находится гейзер, но нет ни растений, ни животных. Ты там осуществлял переходы, я угадала?

Даймонд кивнул.

– Не в каждый мир можно попасть на поезде. Где-то попросту нет железных дорог. Да это и долго. Пришлось подбросить населению эту идею с духами, чтоб не очень-то там разгуливали, а если что – отнеслись с пониманием.

– И все-таки ты был неосмотрительным, – покачала головой я.

– Да разве ж я смею отрицать это, – наклонил голову Даймонд. – Я был самовлюбленным идиотом, как всегда.

– Ничего, это с возрастом пройдет. И с отцовством, надеюсь, тоже, – вздохнула я, кладя руку на живот. – Я скажу, чтобы тебе разрешили побриться и все прочее. А то скоро суд, а ты на кого похож!

Я встала. Даймонд схватил меня за руку.

– Подожди! Ты хотела рассказать про спасение мира!

– Обязательно расскажу! Просто это долго, а я устала. Я теперь ношу ребенка, мне надо беречь себя.

– Конечно, моя фейри, – Даймонд снова поцеловал мне руку.

– Готовься к суду, дорогой.

С этими словами я ушла. Я не собираюсь ему сейчас ничего рассказывать. До суда – точно не стоит.

Я собрала вещи. Очень скоро я уеду. Надолго. Надо предупредить Оттавио, чтобы подготовил дирижабль.

* * *

О последнем заседании дежурный маг сообщил мне за час, наскоро взглянув на воду. Считается, что и у черного есть оттенки, но я их не различаю. Бездна – она бездна и есть, глубокая, бескрайняя. Пугающая.

И тогда же мне удалось переговорить с Правым творцом: я сказала, что знаю все и готова. Он ответил, что восхищен моей решимостью и со своей стороны всячески поддержит.

В назначенный час я была во флигеле. Гвардейцы придвинули стол вплотную к решетке, а сами отошли в дальний угол, чтобы иметь возможность тоже видеть и слышать процесс. Что ж, я их понимаю: не каждый день выпадает столь изысканное развлечение.

Я уселась за стол, огарок в подсвечнике стоял передо мной. Даймонд сидел по ту сторону, его стул специально был придвинут поближе – чтобы нам хватило одной свечи на двоих.

Когда появились творцы – экран развернулся прямо на каменной стене, – они, против обыкновения, начали заседание не сразу. Сначала высветилось табло с голосами магов семиугольника – пятьдесят на пятьдесят. Но творцы смотрели не на него, а на нас с Даймондом и переговаривались. Я не могла понять, почему они тянут, но заметила, что Гектор со своим напарником тоже оживленно, хотя и тихо, обсуждают что-то, косясь на нас. Наконец Средний заговорил:

– Бренна Рейлис, прежде чем начать, ответьте: есть ли поблизости от вас зеркало?

Я очень удивилась:

– Нет, справедливейший. Разве в нем сейчас есть необходимость?

Творцы переглянулись.

– В таком случае, – продолжил Средний, – я предлагаю вам взглянуть в наше.

Я ничего не понимала. Через минуту дежурный маг принес творцам небольшое прямоугольное зеркало, и Средний развернул его к нам.

Сначала я увидела только нас с Даймондом. Но потом…

Над нашими головами кружила, извиваясь, золотая нить. В местах соприкосновения с решеткой она вспыхивала, разбрасывая искры. Она не исчезала и не меняла траектории.

– Что это такое? – воскликнул Даймонд.

– Вы видите Единый Магический Путь, – ответил Правый творец. – Нам выпало редкое счастье соприкоснуться с ожившей легендой.

Мы с Даймондом взглянули друг на друга. Дотянувшись через прутья, он взял мои руки в свои.

Затем Средний творец скороговоркой напомнил о правилах суда семиугольника – больше для проформы.

– Итак. В свете складывающихся обстоятельств, – продолжил творец, – думаю, что решение креадора очевидно. И все-таки мы обязаны спросить вас, Даймонд.

Мой маг встал.

– Ваш голос последний. По иронии судьбы, вам самому предстоит выбрать между жизнью и смертью. Поскольку дело касается именно вашей жизни, вы имеете право не объяснять причин выбора. Ваш ответ?

Даймонд сглотнул:

– Я выбираю жизнь. И могу объяснить. Я не снимаю с себя вины, но моя любимая женщина, сидящая сейчас перед вами, беременна. И я не хотел бы оставлять ее и ребенка.

– Это ваше последнее слово?

– Нет.

Я вздрогнула и посмотрела на него. Что еще он задумал?

– Я хотел бы просить справедливейших разрешить нам пожениться до того, как… до исполнения приговора. Я хочу, чтобы моя дочь носила мою фамилию. Если, конечно, моя просьба не выглядит слишком… бесцеремонной.

Я сидела как оглушенная. Он хочет жениться на мне! Жениться… на мне… в Мире-на-краю.

– А Бренна согласна? – усмехнулся Правый творец. – Судя по выражению ее лица, она слышит о ваших намерениях впервые.

– Да, я, – Даймонд низко опустил голову, но лишь на миг, и тут же посмотрел на меня, – я не успел спросить, и спрашиваю сейчас: Бренна, ты будешь моей женой?