Перст судьбы. Лирин - Алина Углицкая

– Тогда, идем. Мне уже не терпится сбросить этот дурацкий шлем. Не понимаю, как вообще в нем можно ходить в такую жару?

Раздраженно вытирая пот, выступивший на шее, девушка поспешила за Лиртом. Через несколько минут они достигли ограды дворца, только на этот раз поблизости не было видно ворот с красноречивым гербом Маренкеш. Лирт уверенно вел свою госпожу в противоположную сторону от парадного въезда.

Булыжная мостовая исчезла за поворотом, вместо нее под ногами появилась песчаная дорожка, которая вскоре растворилась среди травы. По сторонам появился кустарник, среди которого то тут, то там возвышались раскидистые деревья, усыпанные яркой листвой. Чем дальше шли беглецы, тем гуще становились заросли, так, словно здесь много лет никто не ходил.

– Вот, нам сюда, – прошептал Лирт, неожиданно останавливаясь, и Лирин едва не ткнулась носом ему в затылок. – Госпожа, надо снять доспехи. В них вы не пролезете в щель.

Лирин присмотрелась. В переплетении ветвей виднелся высокий деревянный забор, сделанный из плотно подогнанных друг к другу досок, узких, не больше двух ладоней шириной. Перелезть через него казалось самоубийством, но таких жертв сегодня никто не требовал. Лирт протиснулся сквозь кустарник к забору, немного покопошился там у самой земли и обернулся, показывая девушке ржавый гвоздь.

– Вход открыт, госпожа.

На чумазом лице мальчишки блеснула торжествующая улыбка.

– Отлично. Теперь помоги избавиться от этих жестянок, пока я не сварилась.

Вдвоем они быстро управились с доспехами и спрятали их подальше от случайных глаз. Оставшись в одной тунике, Лирин вздохнула с облегчением. Теперь она могла двигаться намного свободнее и запросто пролезла в щель, когда Лирт отодвинул доску, висевшую на одном гвозде. Оказавшись на территории дворца, мальчик тщательно замаскировал вход, вернув второй гвоздь на место.

– Интересно, и много тут таких неучтенных ходов? – как бы между прочим поинтересовалась Лирин, оглядываясь вокруг.

Они вышли со стороны хозяйственных построек. Девушка узнала кирпичные стены дворцовой прачечной. Невдалеке виднелись конюшня и казарма, в которой обитала дворцовая гвардия.

– Нет, госпожа, всего несколько. Но кроме меня о них знает только Сиану. Взрослым нет дела до детских шалостей, у них другие заботы.

– Что-то я не удивлена… Куда теперь?

– Сюда. Скорее, пока нас не заметили.

В задней стене прачечной, почти вровень с землей, чернело полузасыпанное подвальное окошко. Когда-то давно оно было забрано решеткой, но она сгнила и отпала, и теперь вход в подземелье оказался открыт. Лирт поспешил к нему, сунул ноги в дыру и через секунду исчез, словно растворившись во тьме.

Лирин на мгновение заколебалась, когда ей в лицо ударил тяжелый запах подземелья. Запах плесени и сырой земли. Но мальчик был прав, говоря, что им нужно убраться отсюда как можно быстрее. Они выбрали не лучшее место для возвращения. В любой момент во двор могли выйти аскары. Она перекинула ноги и начала осторожно спускаться в дыру, удерживая свой вес на руках.

И тут же, словно в подтверждение ее страхов, со стороны казармы донеслись знакомые голоса.

Девушка застыла, вцепившись руками в кромку окна.

– Ну, что ты узнал? – это был голос Мелек. Она не смогла бы его не узнать, даже если бы захотела. – Моя племянница в слезах и просит ее забрать?

– Нет, госпожа, – а это Харзун, – охранники шаграна нашли днем ее тело. Она умерла.

– Умерла?!

Лирин, закусив губу, ловила каждое слово. Пальцы скребли по красному кирпичу, и тот крошился, до крови впиваясь в нежную кожу.

– Да, госпожа. Говорят, ее нашли в одной из камер, совершенно голую. Видимо, таны разорвали одежду.

– А ты сам ее видел?

– Нет, госпожа. Я вернулся, чтобы вам сообщить.

– Идиот! – прошипела Мелек. – Сейчас же возвращайся и забери труп! Я должна убедиться, что это она.

– Слушаюсь, госпожа, – в голосе аскара сквозило смирение.

– Вот дурень! Сразу не догадался? Езжай, а я пока подумаю, что делать дальше. Смерть девчонки я не планировала. Мне была нужна только подпись.

Она сказала что-то еще, но Лирин не услышала. Ее пальцы, отчаянно цеплявшиеся за стену, не выдержали и соскользнули, не в силах удержать вес тела. И девушка с безмолвным воплем полетела в непроглядную тьму, казавшуюся бесконечной.