Факультет. Курс третий - Владислав Картавцев

– Помочь, помочь! – Щербень откинулся в кресле и заложил руки за голову. – Ну, а почему бы и нет? – почти неслышно прошептал он, но Кирилл разобрал его слова – разобрал больше ощущениями. – Хорошо! – Щербень встрепенулся. – Только дай абсолютно твердое обещание: всё останется между нами. И мне от тебя нужен всего лишь один простенький ответ на простенький вопрос.

– Я готов! – Кирилл почувствовал прилив вдохновения. А что? Он действительно готов помочь – это совсем не шутка!

– Здесь такая ситуация. – Щербень заговорил вполголоса. – Со смертью Чуркина у нас многое изменилось. Он был человеком очень влиятельным, и у него была своя команда. Может быть, ты слышал – зачастую Спецпредставители нашей страны в ООН являются прямыми кандидатами на пост Министра (если они довольно молоды и успешны). Но не суть. Суть состоит в том, что сейчас Министерство основательно трясет по кадровому вопросу. Кадровый вопрос касается и меня, и я могу пойти как на повышение, так и на понижение. Второй вариант меня совсем не устраивает! Надеюсь, ты меня понимаешь?

– Конечно! И еще как! – Кирилл говорил с жаром – быстро прикинув: понижение в должности Павла Ивановича и самого Кирилла совсем не устраивает. – Что требуется от меня?

– Собственно, только имя. Я подготовил целый подробный план собственного продвижения и хочу подключить к решению возникшей проблемы влиятельных людей. Среди моих знакомых и товарищей их очень много. Но мне нужно выбрать одного конкретного, к кому я могу обратиться. В нашем деле главное – не перегнуть палку, чтобы информация не просочилась к ненужным людям. Сейчас я напишу на листочке несколько фамилий – ты мне поможешь с выбором?

– Помогу! – Кирилл улыбнулся, чувствуя азарт. Поможет – и еще как! – Я пока чаю поставлю, хорошо?

– Ставь, ставь! – лицо Щербеня просветлело, он быстро взял ручку и лист бумаги. – Кинь мне, пожалуйста, два пакетика – хочется покрепче.

Через несколько минут Павел Иванович закончил и протянул список Кириллу:

– Ну-ка взгляни!

Кирилл быстро пробежался по списку и нашел только одну известную персону – Министра Иностранных Дел РФ (Кирилл был с ним лично знаком). Остальные фамилии из списка ничего ему не говорили.

– Мне потребуется время. – Кирилл встал. – Часа два – чтобы всё подробно рассмотреть. Пещера Аладдина свободна?

– Свободна. – Шербень махнул рукой. – Два или три часа – особой разницы нет. Давай действуй. А захочешь пожевать – в холодильнике много чего есть.

Кирилл согласно кивнул, подхватил кружку с чаем, пакетик с печеньем и нырнул к себе. К себе – значит в его персональную «Пещеру», которая уже полностью напиталась его энергиями и намерением.

– Интересный списочек! – Кирилл положил лист бумаги на низенький столик и сел рядом, поджав под себя ноги. – Но чует мое сердце: к Министру обращаться не нужно однозначно. Это даже не тупик – это проигрыш. Для Павла Ивановича это значит расписаться в собственной слабости. Ведь он и сам по себе фигура серьезная и завязан на такие же очень серьезные фигуры.

Кирилл расслабился, потом собрался и настроился на министра:

– Нет, категорически нет! – он взял карандаш и поставил напротив знак «минус». – Кто у нас следующий?

«Следующих» в списке оказалось двадцать восемь человек, хотя изначально Павел Иванович говорил всего лишь о «нескольких персоналиях».

– Я так понимаю, ободрённый господин генерал внес в список всех, кого вспомнил. – Кирилл улыбнулся. – И я его понимаю. Будь я на его месте, я бы сделал то же самое.

С искомыми фамилиями Кирилл поступил точно так же, как и со всеми аналогичными списками, которые когда-то им рассматривались. Он разбил их на несколько вторичных перечней: первый – те, на кого нужно обратить пристальное внимание, второй – те, к кому ни в коем случае обращаться не следует, третий – неопределенные личности (пока неопределенные).

В первом списке оказалось три фамилии – в том числе одна женская. Во втором – аж целых девятнадцать, и Кирилл их с легким сердцем вычеркнул (предварительно второй раз окинув мысленным взглядом). Оставшихся Кирилл поместил в третий список и решил немного передохнуть и восстановиться. Видение отнимало силы, и Кирилл не хотел рисковать – чтобы не ошибиться. Ошибка могла стоить дорого.

Спустя пятнадцать минут Кирилл вновь взялся за работу – он решил начать именно с «мутных» личностей. Те трое из первого списка подождут – явно, эти люди очень могущественные, и в их возможностях не приходится сомневаться. Там просто нужно будет сделать выбор. А вот с этими шестью нужно разбираться подробно.

– Великолепная пятерка и вратарь! – Кирилл поочередно настраивался то на одну, то на другую фамилию и фиксировал свои ощущения на бумаге. Ощущения были довольно странными – Кирилл никак не мог отделаться от мысли, что искомая «шестерка» никоим образом с Павлом Ивановичем не связана. Он смотрел и так, и так, а устойчивая понятная картина никак не складывалась.

– У ЦК КПСС сложилось мнение, что данные фигуранты – подстава. Типа, проверка – на всякий случай. Типа: а что наш гениальный молодой человек скажет? Вдруг тупо ткнет пальцем в фейковую фамилию, и тогда бравый генерал из МИДа схватит его с поличным!

Кирилл лег на ковер и закрыл глаза. Он уже привык к тому факту своей биографии, что его постоянно проверяют – снова и снова. И снова, и снова. Но чтобы Щербень – да в такой ответственный момент для него самого – подсунул ему заведомую липу – это уже слишком! Тем более, уж кто-то, а Павел Иванович прекрасно осведомлен о способностях Кирилла.

– Может ли здесь быть намеренное фуфло со стороны Щербеня? – Кирилл приподнялся, вполголоса обозначил проблему и сам на нее же ответил. – Конечно, а почему нет? Ты не забывай, кто рядом! Этот человек за свою долгую жизнь перевидал такое, что тебе даже и представить тяжело. Стоит ли ему рассказывать, что я распознал его подставы? Наверное, нет. По крайней мере, если он сам об этом не попросит. Единственно, нужно тщательно проверить список номер три: а не вкралась ли непреднамеренная ошибка?..

Прошло полчаса, в течение которого Кирилл попеременно настраивался на «мутных личностей». Он не увидел ничего нового – две фамилии вообще были выдуманными (конкретные люди за ними не стояли), остальные – пользы в них для Шербеня ровно ноль. И да – он их внес в список намеренно, пытаясь запудрить мозги Кириллу.

– Ну, Павел Иванович! – Кирилл реально не мог скрыть удивления. – Вот что значит выучка спецслужб: станет умирать, а все равно ближнего своего проверит на предмет дезинформации! И мне кажется, данный конкретный случай – особенно показателен. Помимо всего прочего, он свидетельствует о том, что лично мне нельзя расслабляться и «чувствовать себя как дома». За мной наблюдают, меня пасут и меня проверяют. Но ладно. Осталось немного – разобраться с тремя ответственными купцами первой гильдии (под «ответственными купцами» Кирилл имел в виду трех фигурантов из первого списка).

– Итак. Два мужчины и одна женщина! – первым делом Кирилл «взвесил» степень влиятельности «обследуемых» и расположил их согласно рангу. Высшая степень влиятельности – у мужчины под фамилией Орловский, вторая – у дамы, третья – понятно, у третьего фигуранта.