Грешница - Михаил Парфенов

– Попрошу обойтись без нелепых инсинуаций. Ты здесь не за этим.

– А зачем тогда?

– Видишь ли, маги в большинстве своем, тратя все свое время на постижение высоких искусств, забывают о примитивной грубой силе. А Коста-Мор не то место, где можно проявлять слабость. – Рикарва ти Монтерейла неспешно пересек гостиную. – Оно не принадлежит нашему миру, там не действуют мирские законы. И магия, к сожалению, тоже. Я долго искал подходящего человека с Даром…

– И тут появилась я, – продолжила за него ведьма. – Но зачем тебе принимать участие в испытаниях «Золотого листа»? Гораздо легче было бы обратиться к наемникам.

– Им есть что терять. А тем, кто приходит поучаствовать в этом вульгарном шоу, – нет. К тому же это отличное алиби для смотрителей.

– А истребители магов? Они зачем?

– Ты слишком любопытна, – с холодком заметил юноша.

Их разговор был прерван тетушкой, вошедшей с полным угощений подносом в руках. Женщина улыбнулась, подвинула одну чашку с чаем Сантере, другую – племяннику. Аккуратно разложила на столе вазочки с сахаром и печеньем, неуверенно положила на край пару конфет в ярких обертках. И тихо ушла, не вымолвив ни слова.

– Угощайся, – предложил Рикарва, освобождая шоколадное лакомство от фольги. Сантера с недоумением заметила, что свои плотные перчатки он так и не снял.

– Благодарю. Могу ли я задать еще один вопрос? – невольно проникаясь атмосферой церемонности и важности, спросила она.

– Только один.

– Ты хорошо ориентировался лабиринте. Как тебе это удалось?

– Я давно изучаю ведьм. Усыпальницы Герамииды – не исключение. Меня заинтересовали записи об их технологиях – никто ранее подобных не видел. Углубившись в отчеты ученых, я обнаружил карту этого необычного строения.

– Какое везение, – с сарказмом заметила Сантера.

Ничуть не смутившись, юноша подвинул ей чашку со словами:

– Выпей чаю, он хорошо утоляет жажду.

– Прости, но я его не люблю.

– В усыпальницах тебе пришлось несладко. А этот благородный напиток приводит организм в рабочее состояние. Мне же ты нужна хорошо соображающей, ведь впереди у нас серьезный разговор. – Рикарва видел, что она сомневается, и добавил с тихим хохотком: – Клянусь, что не сыпал туда яд. Пей же.

Его речь была практически идеальна. Спокойный, размеренный, чуть насмешливый голос. Лишь в конце он повысился на полтона. От волнения? Рикарва ти Монтерейла почему-то очень хотел, чтобы она выпила этот напиток.

Сантера сладко зевнула и отодвинула свою чашку.

– Мне не нравится этот рисунок. Дай свою! – Не успел юноша среагировать, как ведьма схватила его чашку.

– Это невежливо, – сухо заметил Рикарва.

– Мне жаль. Но ты можешь пить из моей.

Она спокойно отхлебнула сладкий до приторности чай, погоняла его во рту… и, не успев выплюнуть, обмякла. Чашка выпала из ее ослабевших рук и со звоном разбилась, запачкав пушистый ковер. Сантера потеряла сознание.

Рикарва ти Монтерейла подбежал к ней, схватил за руку, пощупал пульс и с облегчением выдохнул. Затем повернулся в сторону кухни и закричал:

– Мария! Живо сюда!

На зов выскочила встрепанная девочка лет четырнадцати, в фартуке. Ее антрацитовая кожа блестела от пота, синие глаза испуганно расширились.

– Я не виновата! Это все подлый Ша попутал! Клянусь Ало-Квиджи!

– Замолкни. Успокойся. Отмолкни и объясни мне, что с ней. – Рикарва кивнул на мирно лежащую в кресле Сантеру.

– Не знаю. Спит, что ли? Нашла время. Вот я бы никогда не заснула в гостях…

– Перестань тараторить! Ты в какую кружку налила зелье Силы?

– В какую нужно, – насупилась Мария.

– Она выпила из моей!

– Значит, Клишка что-то напутала.

– Она не могла перепутать. Она делает только то, что ты ей приказываешь. – Голос мастера наполнился колючим льдом.

– Но как же… – продолжала упорствовать девочка.

– И что же ты мне такого накапала?

Под пронзительным злым взглядом Мария прикусила губу.

– Как вы и говорили мне: из синего флакончика, три капли.

– Две капли – и из сиреневого флакона, Мария! – Рикарва схватился за голову. Быстро прошелся по гостиной, массируя виски. – Так. Так… – повторял он, пытаясь прийти в себя. – Что у меня в сиреневом флаконе?

– Я не в курсе. Он без этикетки, – пискнула Мария. – Вам его на базаре всучили, довеском к остальным зельям.

– Без тебя знаю. Лучше помоги оттащить эту варваршу наверх. Положим ее на кровать.

– Мастер, почему я не могла ее просто заколдовать? Как Клишку?

– Сколько раз можно повторять: твои способности не будут действовать там. Хватай за ноги!

Чернокожая Мария тяжело вздохнула и поспешно вцепилась в чужие лодыжки. Пыхтя и сдувая лезущие в нос волосы, она простонала:

– Какая тяжелая. Клянусь великим Ало-Квиджи!

Когда Сантеру колоссальными усилиями дотащили до кровати, Рикарва смог перевести дух и сосредоточиться. Смахнув с покрывала свои тетради, он сел рядом и внимательно посмотрел на чернокожую девочку. Мария занервничала.

– Что-то не так, мастер? – заискивающе спросила она, раскачиваясь на носках.

– Мне эта девушка нужна живой. Нужна ее сила и ловкость. Где я теперь за неделю найду другого бойца? Ответь мне, Мария!

– Простите, – поникла головой чернокожая служанка. – Только не стоило вам так скоропалительно убивать Микхиса и… того, второго.

– Микхис стал для нас опасен. И никогда больше не смей говорить в таком тоне, Мария. Твоя жизнь тоже в моих руках. – Черные глаза, казалось, прожигали в ней две жгучие, медленно гниющие дыры.

Внезапно Сантера застонала, ворочаясь на смятой постели.

– Неси воды и мою сумку, – приказал Рикарва, склоняясь над ведьмой.

Мария, радуясь, что легко отделалась, кинулась исполнять приказ. Вскоре возле белокожего юноши стоял стакан с водой и белая плетеная сумка.

Рикарва похлопал Сантеру по щекам, набрал в рот воды и спрыснул безмятежное, открытое лицо. Искрящиеся капли застыли на длинных густых ресницах. Поразительная метаморфоза – стоило лишь ей замолчать, как грубая варварша превратилась в хорошенькую девицу.

– Красивая, – произнесла Мария с симпатией, разглядывая ведьму. Служанка с изумительной скоростью приходила в себя после любых ударов судьбы.

– Это совершенно неважно. Она все равно умрет.

Сантера вновь издала короткий томный стон и открыла глаза. Резко села, чуть не столкнувшись лбом с недовольным юношей, схватилась за голову.