Тайны и маски - Кира Стрельникова

— Там ничего интересного для меня не было, — Рен пожал плечами, откинувшись на спинку и положив ноги на край столика. — Обычный светский вечер, один из многих.

Чезаре хохотнул, небрежно бросил камзол на диван и занял второе кресло, бесцеремонно ухватив бутылку и хлебнув прямо из горлышка.

— Что-то раньше ты был не столь разборчив, кузен, и не упускал случая приударить за какой-нибудь сеньорой, — с иронией отозвался он. — Что случилось, уж не влюбился ли в свою незнакомку в маске? Сразу такой стал скучный и правильный.

Лоренцо отпил вино и снова пожал плечами.

— Нет, просто венецианки не в моём вкусе, — невозмутимо ответил он.

— Ну да, ну да, ты больше по флорентийкам, — не успокаивался Чезаре, а потом резко сменил тему. — Я завтра еду на прогулку по каналам с сеньорой де Россо. Она согласилась принять моё приглашение.

— Поздравляю, — безразлично отозвался Лоренцо. — Решил добавить в свою коллекцию сестру герцога Тосканского? — словно невзначай поинтересовался он, покосившись на кузена и оттягивая сладкий момент серьёзного разговора.

— Бери выше, Рен, — Чезаре зажмурился, его улыбка стала шире. — Я собираюсь не просто соблазнить малышку, а жениться на ней. И тогда Тоскана будет нашей, — он шумно выдохнул и потянулся, снова приложившись к бутылке.

Лоренцо медленно улыбнулся, поболтал в бокале остатки вина и одним глотком допил. Потом неторопливо вытащил из кармана драгоценное письмо, развернул его и словно в задумчивости протянул:

— Какие интересные отношения связывают тебя с Лукрецией, кузен, — и не дожидаясь ответа Чезаре, прочитал вслух: — «Моё тело помнит твои губы и руки, любимый, оно изнывает по твоим жарким поцелуям. Я скучаю по ласкам, что дарят твои пальцы, я хочу снова почувствовать их во мне», — Рен замолчал и поднял взгляд на кузена.

Чезаре выпрямился, расслабленное выражение исчезло с его лица, глаза сузились. В гостиной на несколько мгновений повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь треском поленьев в камине.

— Значит, вот для кого эта флорентийка украла архив, — проговорил Чезаре, и в его взгляде полыхнула ненависть. — Это ты ей заказал?! — почти прошипел собеседник Лоренцо и подался вперёд.

— Не всё ли равно, — Рен сложил письмо и не удержался от усмешки. — Всего лишь пара слов, которые я шепну нужным людям, и вы с Лукрецией никогда не отмоетесь, Че, — Лоренцо наслаждался физиономией кузена, на ней отражалась вся гамма эмоций, и пожалуй, это лучшее зрелище за сегодняшний день.

Даже молчание Дамы отошло временно на второй план.

— Что ты хочешь?.. — хрипло отозвался Чезаре, и у Рена сложилось впечатление, что братец намеревался прибавить какое-нибудь выразительное определение, но удержался.

Правильно. Сейчас все козыри на руках у Лоренцо, без вариантов. И услышав вопрос Чезаре, он наконец ощутил всю сладость победы, этот миг, которого Рен ждал очень долго.

— Если мне не изменяет память, для снятия родовой клятвы достаточно родового перстня и крови, — Лоренцо улыбнулся шире. — Перстень, как вижу, с тобой. Не будем тянуть время? — Рен выгнул бровь, аккуратно сложив письмо и убрав его в карман. — После того, как избавишь меня от клятвы, отдам бумагу — добавил он.

Чезаре перекосило от ярости, он вскочил, тяжело дыша и прожигая по-прежнему невозмутимого собеседника злым взглядом.

— Ублюдок, ты всё спланировал! — выплюнул он, едва не брызгая слюной.

Лоренцо хмыкнул и кивнул.

— Ублюдок — это ты, Че, — ласково отозвался он. — Мои родители состояли в законном браке, кода я родился, — после этих слов наследник Кастелли подавился вздохом, его лицо побагровело, а Лоренцо как ни в чём не бывало, продолжил. — Даже если так, деваться тебе некуда, братец. И поставь бутылку, не стоит портить стены и бить о них стекло, — насмешливо добавил он и хрустнул пальцами. — Давай, Чезаре, закончим поскорее, — Рен демонстративно зевнул. — У меня был насыщенный день и хочется отдохнуть.

Тот шумно выдохнул, поморщился, будто у него заболел зуб, и всё-таки поставил бутылку на стол. Потом, поджав губы, стянул перстень с пальца и вынул из ножен на поясе короткий кинжал. Полоснув ладонь, Чезаре положил в неё массивное кольцо и молча протянул Лоренцо. Рен поднялся, забрал кинжал и точно так же разрезал руку, после чего крепко сжал ладонь Чезаре, глядя ему в глаза. Внутри всё невольно замерло от тревожного ожидания: не выкинет ли кузен какую шутку.

— Я, Чезаре Кастелли, наследник рода, освобождаю Лоренцо Кастелли от клятвы на служение, — скрипучим, чужим голосом произнёс Чезаре желанные слова. — Отныне он волен распоряжаться своей жизнью сам.

Рукопожатие стало крепче, боль стрельнула вверх по предплечью, но Лоренцо стиснул зубы, ощущая, как по телу прошла дрожь. Их ладони окутало рубиновое сияние магии, и Рену даже показалось, он услышал звон невидимых цепей, в эту минуту рассыпавшихся в пыль и сделавших его свободным человеком. Наконец-то. Сияние вспыхнуло и погасло, и Лоренцо сразу убрал руку, отметив, что порез пропал, будто и не было, и кровь тоже. Чезаре так же без слов надел перстень и бросил на кузена хмурый взгляд.

— Держи, — любезно произнёс Рен, вернувшись в кресло и достав письмо, протянул его кузену, насмешливо посмотрев на Чезаре снизу вверх.

Он раздражённо фыркнул, выдернул сложенный листок у Лоренцо из пальцев, скомкал и швырнул в камин, после чего сквозь зубы спросил:

— Я так понимаю, весь архив не отдашь?

— Нет, — добавил невозмутимо Лоренцо. — Гарантия, что ты не начнёшь мстить, братец, — он отставил пустой бокал и поднялся. — Что ж, счастливо оставаться, Че. Переночую здесь, так уж и быть, а завтра утром, уж не обессудь, заберу вещи и покину сей гостеприимный дом, — Рен не удержался от насмешливой ухмылки. — Не забудь отца известить.

Чезаре ничего не ответил, лишь буравил его злым взглядом, сжимая и разжимая пальцы. Лоренцо вышел из гостиной, направившись к себе, осознание, что теперь он сам себе хозяин, грело душу. И теперь можно вплотную заняться личностью Дамы в Маске, найти её и выяснить уже, что же она скрывает. Рен знал, что делать: оставить Даме записку, затаиться на площади и дождавшись, когда она появится, проследить за ней. Он не сомневался, что женщина придёт за ней сразу, как почувствует, что в тайнике что-то есть. Невольно Рен снова обратился к связи, и к радости от освобождения примешалась лёгкая досада: Дама по-прежнему пряталась от него. Но его наверняка чувствовала через рисунок…

Лоренцо зашёл в свои покои, сел в кресло и задрал рукав, изучив прищуренным взглядом татуировку с единственной веточкой. Если он хочет остаться незамеченным, стоило как-то приглушить связь со своей стороны, чтобы Дама не узнала, где он находится, а то с неё станется ведь обвести его вокруг пальца и просто не прийти этой ночью. Торчать же на площади до рассвета Лоренцо не хотелось. Пальцы Кастелли нежно коснулись рисунка, он прикрыл глаза и глубоко вздохнул, сосредоточившись на ощущениях и пытаясь увидеть за татуировкой магию. Сначала ничего не получалось, сознание вязло в тумане, окружавшем знак Дамы, но он, стиснув зубы, упорно продвигался, пытаясь нащупать ниточку, уводившую от узора. И наконец нашёл, ухватился, возликовав. Не стал выяснять, куда она ведёт — туман становился гуще и плотнее с каждым мгновением, а просто вернулся в реальность и окутал руку с татуировкой невидимым щитом, безжалостно обрезав нить. Всё равно этим вечером он узнает, кто такая Дама, в этом Лоренцо не сомневался.