Мой нежный и кусачий змей - Галина Гончарова

– Сколько их тут?

– Один был у машин, четверо там… а, еще один тоже там. Сторож, наверное. Лежит мертвый.

Аня кивнула.

– Жалко.

– Воскрешать мертвых даже василиски не умеют. Кстати…

Эреш достал из кармана пригоршню кулончиков и нож для резки бумаги. Острый, между прочим, керамический.

– Ты что делать хочешь?

– Убить их… с пользой.

– Может, оставим пока? Для допросов?

Эреш вздохнул.

– Надо бы… ладно. Пусть поживут… недолго.

Из темноты поползли змеи. Улеглись на тела поверженных бандитов, свились кольцами…

– Вот так. Пусть полежат, пока мы не вернемся. Прошу вас, госпожа.

Эреш галантно протянул руку, и Аня вложила пальцы в его ладонь.

Ночь, луна, дохлые и обморочные бандиты, василиск, магия…

Сюрреализм?

Нет. Это – Россия.

* * *

Раскопки…

Казалось бы, что там такого?

Холмы, несколько прорытых канав типа шурфов, два фургончика на колесах, не американские, в которых даже душ есть, а наши, страшные, крашенные в защитный цвет.

Место для костра, для палаток, туалет – деревянный домик с ромбиком на дверце^[11].

Тело молодого парня лежало рядом с туалетом. То ли пристрелили на выходе, то ли еще что…

– Жив? – посмотрела Аня на Эреша.

– Не дышит.

И ведь молодой парень, только жить начал… твари!

– Жалеешь?

– Ага…

Аня и не собиралась отрицать. Жалко, правда…

– Это он их сюда пригласил.

– Да?

– Или ждал. Как-то так…

Аня только рот открыла.

– Откуда ты знаешь?

– У него лицо слишком спокойное для честного человека.

Аня пожала плечами.

– Может, он и должен был выглядеть иначе. А может, опомниться не успел?

– Узнаем после допроса, – согласился Эреш. – А пока не мешай мне, хорошо?

Аня и не собиралась. Но…

– Будешь ставить защиту?

– Да… только осмотрю все.

– Зачем? Или надо что-то рисовать?

– Да нет, попрошу змей приглядеть – и хватит. Просто здесь есть что-то интересное… там.

– Магия?

– Да… что-то такое…

Эреш прошелся по траве, вытоптанной десятками ног, спрыгнул в раскоп и принялся там чем-то шебуршать. Активно…

– Я могу тебе помочь?

– Нет. Тут место для одного, да и магия… я не знаю, как это может на тебя подействовать.

– А на тебя?

– Я же не человек…

Ну, была бы честь предложена. Лезть в яму двухметровой глубины, даже поглубже, Аня и не рвалась. Так посидим, подождем, читалка есть.

Аня сначала переминалась с ноги на ногу, потом поискала глазами куда сесть. Увидела чью-то куртку, бросила ее на траву и присела сверху. В фургончики ей тоже не хотелось.

Раскопки василиска заняли почти час. Эреш ругался, злился, что-то шипел… Аня успела даже чуть придремать, перетащив куртку под удобное небольшое деревце и прислонившись к стволу. Спать сидя она могла еще с лекций по философии.

Наконец Эреш выпрыгнул из раскопа, помахивая чем-то похожим на большой комок грязи. В каком состоянии при этом был он сам, лучше не думать.

Комок грязи – 2. Только более крупный. В грязи были даже уши, хотя ими он точно не копал.

– Посмотри, какая прелесть!

– Откопаю – посмотрю, – огрызнулась Аня. – А что это хоть такое?

– Диадема. Женская, дающая плодородие.

Аня только рот открыла.

– А как она бы плохо на меня повлияла?

– Ты ведь человек, и магии в тебе нет. Она могла из тебя вытянуть магию…

– Но у меня…

Аня сообразила и осеклась. Эреш кивнул.

– Магии нет. Есть жизненная сила. Тот, кто нашел бы диадему, – быстро бы умер. А то и еще человек пять-шесть. Она с меня много сил потянула.

Аня передернулась.

– Хорошо, что Славик ее не откопал. А мог ведь…

Эреш покачал головой.

– Тут не все так просто. Диадема могла даться в женские руки, причем женщины, находящейся в нужном, плодородном возрасте. Либо в мои.

– Потому что ты находишься в плодородном возрасте? – невинно уточнила Аня.

– Потому что я – маг. Я ее просто выманил на себя.

– Такими темпами я скоро всю теорию магии освою.

– С кем поведешься.

– Так тебе и надо, – припечатала Аня, – а теперь что делать будем?

– Расспросим этих, – Эреш кивнул в ту сторону, где они оставили бандитов, – и вперед. Мне надо восполнять израсходованное.

Аня понимала, что сейчас при ней состоятся два убийства. При этом хорошо, если парней убьют, а то и помучить могут. И ей было… наплевать?

Да.

И совесть ее не мучила, потому что Славка сидел в тюрьме, еще один молодой парнишка лежал на холодной земле, и сколько еще жизней искалечили эти, с позволения сказать, человеки – неизвестно. Было бы кого жалеть.

– Диадему мы берем с собой?

– У нас нет выбора. Если ты не хочешь, чтобы раньше срока померли пять-шесть человек.

Аня не хотела. Но…

– Получается, что мы могилу так же расхищаем, как те…

Эреш фыркнул.

– Артефакты должны работать, а не лежать в музеях или где там еще. В хранилищах, на полках… Я ее заряжу, и пользы больше будет.

– А что она сможет делать?

– Это же диадема плодородия. Если ее надеть на ночь, кто хочешь забеременеет. И от кого хочешь. Условие – не снимать диадему во время акта.

Аня потерла руки.

– Правда?

– Да.

– А я ею потом смогу пользоваться?

– Да, вполне. Она будет подзаряжаться и от ночи любви. Люди в эти минуты столько энергии выбрасывают, что даже страшно.

В глазах Ани замелькали честолюбивые мечты.

Клиника.

Лечение от бесплодия.

Или кабинет с той же функцией, к примеру, ритуал древних скифов… или, того интереснее, засунуть диадему во что-то высоконаучное вроде шлема, но так, чтобы был контакт с кожей, и пусть делают детей в шлемах. Можно за это даже денег особенно не брать, копейки какие-нибудь. Это ж не ЭКО, тут дорогостоящая аппаратура не нужна.