Шаги в глубину - Сергей Цикавый

В рубке было тесно и — из-за Лиминали — холодно.

— Зато понятно, почему такой мощный выход силовой установки.

Я взглянула на Олега. Да ты, братец, гребаный оптимист. Ясно, конечно, что «дырокол», проходя сквозь изнанку, должен теоретически реинициировать часть сверхтоплива. И массу корабля он снижает, значит, генераторам тяготения меньше работы. И все это — просто волшебно, ценно и полезно. Если бы не огромное существенное «но».

— Осталось только выяснить, для чего нужен корабль, который стоит примерно раза в два дороже, чем весь флот «Диомед».

— Для перемещения в зазеркалье.

— Круто, спасибо, Рея. А зачем туда вообще надо соваться?

Последняя из Лиминалей промолчала. И на том спасибо, потому что ответа в духе «чтобы летать там» я бы не пережила. Я обернулась к обормоту:

— Дональд, что скажешь?

— Я н-не знал, — потерянно сказал капитан. Раз, по-­моему, в сотый уже сказал. — В этом блоке никогда не т-требовался ни ремонт, ни отладка…

— Странно, правда? — не выдержала я.

Да, мне его жаль. Сначала его предал ВИ, теперь открылся ящик с секретами корабля. Но вопиющее разгильдяйство прямо-таки драконило меня: может, у него под палубой взвод штурмовых киберов?

— Призрачная память, — задумчиво сказала Карпцова. — Сохранились технические рефлексы.

— Переведи, — буркнула я.

Все и так просто на грани добра и зла, а тут еще эти умники с авангардными гипотезами.

Мария поерзала на ложементе.

— Если попросту, то Дональд не обращает внимания на объект, пока он работает.

— Допустим, «дырокол» приказал долго жить, — предположила я. — Как, по твоей гипотезе, должен действовать капитан?

— Ну… Призрачная память — это новая мнемоническая гипотеза, и никто не скажет…

— Не годится, — оборвала ее я. — Если это пока только слова, то нам не подходит.

— На корабле есть две странности, — вдруг сказал Олег. — Капитан не имеет памяти, но действует. Это раз. И корабельный искусственный интеллект, который не подчиняется капитану. Это два…

— Трансаверсальный привод в количестве двух штук, — устало подхватила я, — режим продвинутой тактики, «мерцающие» активные щиты, замороженный гвардеец Его Меча, беглый инквизитор… Следишь, Олег? У меня пальцы заканчиваются это все считать.

— Да нет же, — Мария даже вскочила. — Он прав! А что если это связано?

Я задумалась. Если не брать в расчет всякие хитрые гипотезы, то может быть. Например, ВИ хранит какие-то ключи к вырезанной памяти обормота… Вариант! Очень хитро замкнутый круг получается: беспамятный «сдает на хранение» свою память виртуалу, виртуал не подчиняется беспамятному, и несложно понять, что систему замкнули намеренно. Оживившееся воображение пришлось приструнить, потому что просигналил курсопрокладочный комплекс, и он, не в пример экипажу, пришел к неким выводам — умным и полезным. Я вздохнула.

— Дамы и господа, предлагаю всем пойти вон. Расчет маневров окончен, я увожу «Телесфор» в изнанку.

— Да, а куда мы?..

Марии ответил обормот. Ну, пусть поговорит, ему сейчас полезно хоть в чем-то блеснуть.

— К П-паракаису. Нужно оснащение для в-выполнения контракта.

Оснащение — это мягко сказано. Нам нужны снаряды для «линейки», электромагнитная шрапнель для вразумления дронов, нам нужны свои собственные дроны, нужно сверхтопливо, обновление карт для нашего рабочего сектора… Словом, голова у меня разболелась еще до того, как я легла под порт синхронизации.