Пиратская угроза - Вячеслав Кумин

— Как думаешь, получим выкуп? — спросил Каин, кивнув в сторону иллюминатора, где хорошо виднелся захваченный грузовик.

Рядом плавали два катера. Они тоже ремонтировались, техники заваривали попадания, восстанавливали поврежденные сегменты брони снятыми с грузовика.

— Должны, — кивнул Кернер. — Запросили-то по-божески…

— Сколько?

— Тридцать миллионов.

— Действительно немного, — согласился Каин. — Этот грузовик, скорее всего, вернут хозяевам.

— Конечно вернут, ради выкупа и брали! — хохотнул Кернер. Тут он нахмурился и, посмотрев на пилота, произнес: — Стоп… о чем это ты?

— В смысле?

— Твоя фраза как-то странно прозвучала… — причмокнул механик, словно пробуя фразу на вкус. — Действительно… скорее всего… Что ты этим хотел сказать?

Каин пожал плечами. Он вдруг понял, что большинство пиратов не видит дальше собственного носа, — даже такой неглупый малый, как Кернер, — предпочитая довольствоваться малым и живя сегодняшним днем.

— Нет, ты скажи… — настаивал Кернер.

— Хм-м… прежде чем я отвечу, скажи мне, Керн, ты считаешь, что бригадир Оникс самый главный или над ним есть кто-то еще?

— Не знаю, — призадумался механик, — иногда кажется, что есть кто-то главнее. Но даже если и так, то Оникс точно не последний человек, все-таки две бригады под его началом!

— Возможно, что и не последний, — согласился Иннокент.

— Но, как я понял, ты считаешь, что он не среди самых главных?..

— Среднее звено. Если пользоваться армейской иерархией, то майор, максимум полковник, раз-два корабля.

— Чего?!

— Того. Ты слишком долго был на земле, Керн. Ты думаешь, пираты — это все еще независимые банды, рыскающие по космосу?

— Ну…

— Не знаю, как ты к этому отнесешься, но это не так. Система очень хорошо отлажена. Ни одной банде не под силу иметь настолько хорошо разветвленную сеть осведомителей и вербовщиков… Все вы стоите под одним человеком. И именно он решает, что делать с очередным грузовиком: отдать его за выкуп владельцам или же взять для собственных нужд. Ты шокирован?

— Да не особо, тем более о чем-то подобном я уже думал, однако считал, что захваченные корабли позволяют бригадам сливаться в альянсы по пять-шесть банд. Но ты действительно считаешь, что всех корсаров объединил один человек?

— Да.

— Наверное, так оно и есть… Та резня все объясняет. Что ж, может, оно и к лучшему. Ладно, Ригель, иди отдыхай… завтра опробуешь птичку.

— Хорошо. Кстати, почему у Т-40 нет неформального названия?

— Почему нет?! Есть.

— И какое?

— Тебе не понравится.

— И все же… — немного дрогнувшим голосом настоял Каин.

— Катафалк или саркофаг. Тебе какое больше нравится?

— Т-40…

— Я так и думал, — усмехнулся Кернер.

Связь с внешним миром никто не запрещал, другое дело, что все, особенно исходящие сообщения, подвергались цензуре. Оно и понятно, нельзя, чтобы место стоянки было обнаружено, а вот непосредственно источник исходящего сигнала обнаружить невозможно, потому как сигнал идет через то же подпространство.

Но корабль не стоял на месте, он постоянно двигался вокруг звезды, время от времени погружаясь в многочисленные астероидные поля, избегая столкновения. То и дело производились тренировочные полеты среди каменных глыб.

— Зачем мы это делаем, Керн, тратим драгоценное топливо?

— Ищем что-то…

— Что?

— Зеленых человечков! — засмеялся механик.

— А если серьезно?

— Да кто знает? Я не интересовался… скорее всего астероиды с ценными редкоземельными металлами. Найдешь один такой камушек — и прибыль такая, как будто провел десяток удачных абордажей.

— И часто находят?

— Случается…

На почту Каина регулярно поступали сообщения от капитана Даскинса и в большем количестве от Лары. Если Рем Даскинс просто интересовался, как дела, то Лара беспокоилась о его судьбе, ведь «Барс-2» вернулся в порт приписки без него, а парни наверняка ничего объяснять ей не стали, а может, сделали это так, что она ничего не поняла или не поверила.

Долгое время Каин, погруженный в себя и собственные переживания по поводу случившегося, на них не отвечал, но теперь он пришел в относительную норму, смирился с судьбой и решил, что нужно ответить, расставить точки над «i» в отношениях как с бывшим напарником, так и с женщиной, к которой он успел привязаться и уже начал строить совместные планы, но с которой нужно рвать, тем более что они, скорее всего, уже никогда не увидятся, разве что случайно.

«Но вот что мне им сказать? — погрузился в угрюмое состояние бывший капитан. — Вот так вот взять и признаться, что я стал предателем и переметнулся к пиратам?..»

В расстроенных чувствах ополовинив бутылку мартини, он так и сделал. Писать это было больно, неприятно, но Иннокент, извинившись за долгое молчание, описал все: как, что и почему заставило стать его разбойником. Подчистив письма и убрав все «сопли» вроде постоянных просьб о прощении и понимании, он отослал почти ничем не отличающиеся сообщения настойчивым адресатам.

— Вот и всё, все двери закрыты и мосты сожжены… — выдохнул он и на одном дыхании допил остатки мартини до дна.