Сила Разрушителя - Сергей Степаненко

— Все путем… Устал немного.

— Тогда отдыхай, сам все сделаю.

Он принес мне сложенную куртку под голову и заботливо укрыл Вуалью Ветра, потом занялся ужином.

Какое-то время сквозь полуприкрытые веки я еще понаблюдал за его действиями и незаметно уснул…

И мне приснился сон. Я снова был в Зазеркальном Дворце, бродил его пустынными коридорами, рассматривал портреты на стенах. И ведь ни одного человеческого лица, лишь звериные морды! Иногда навстречу мне попадались зазеркальные, я хотел заговорить с ними, но все шарахались в стороны и разбегались, стоило мне хоть немного приблизиться. Вдруг растворилась высокая двустворчатая дверь бального зала и передо мной предстала Моргана — величественная и пугающая. Росту в ней было метра три, глаза сверкали, волосы шевелились, как змеи.

— Твой час пробил, Арчи! — изрекла она, и тут же прямо над моей головой раздался глухой удар.

Я поднял глаза: Царь-колокол, подвешенный прямо в воздухе, гудел набатом и медленно спускался вниз, норовя меня прихлопнуть. Я попытался отскочить, упал и, пятясь, принялся отползать в угол.

— Тебе не скрыться от меня! — заявила, заливаясь безумным смехом, ведьма. — Берегись! Берегись!!!

Вдруг пол подо мной стал рушиться, и я полетел в образовавшийся пролом. Глубже, глубже, в разверзшуюся пропасть, в глубине которой бесновались языки адского пламени. Моргана продолжала хохотать, а пламя внизу вдруг превратилось в огненные локоны Джеммы, и я увидел ее объятое мукой лицо.

— Это ты во всем виноват! — закричала она, увидев меня. — Ты! Ты тоже сгоришь, как и я! Возмездие неминуемо!

Я заорал и проснулся.

Надо мной было звездное небо, но его тут же перекрыло Ромкино обеспокоенное лицо.

— Что? Чего ты орешь-то?

— Снится всякая чертовщина, — пояснил я, садясь, и принялся глубоко дышать, чтобы унять сумасшедшее сердцебиение. — Долго я спал?

— С полчаса, наверное, — ответил Рома. — Хорошо, что у нас тут защита, а то ты своими воплями весь лес перебудил бы! Идем ужинать.

Мы поели, и я отправил Ромку спать. Тот не сопротивлялся, слишком утомленный дневным переходом, но буркнул, что по-честному очередь дежурить все же его.

Потом он уснул, а я еще долго сидел, глядя на пляшущие языки костра, и в их танце снова видел локоны Джеммы. Почему-то увиденное во сне слишком меня беспокоило.

Нет, я никогда не был провидцем, и вещие сны меня не посещали, а к толкованиям сновидений я относился более чем скептически. Но перед глазами стояло искаженное мукой лицо, а в ушах — ее обвиняющее: «Ты во всем виноват!»

Но в чем — ответь, Мастер?!

Виноватым я чувствовал себя перед Юлей. Это о ней надо беспокоиться. Это она, а не Джемма в руках Морганы, а уж второй такой змеюки, как моя милая сестрица, во всей Паутине не сыщешь.

Но Джемма… Или, как она теперь зовется, Виктория Са-Масте? Уж с ней-то, под теплым крылышком Алекса и за высокими стенами, защищенными силами поколений магов края, не должно случиться никаких неприятностей. Какие, действительно, проблемы могут возникнуть у супруги правителя Иррата?!

И снова, через столько лет, мысли о чете Са-Масте вызвали у меня тупую ноющую боль. Я так и не смирился, что она выбрала принца. При всей абсурдности и неуместности подобных чувств, я до сих пор ревновал. Ну не глупо ли?

«Сон — он и в Амеште сон, — напомнил я себе, — игра памяти, воображения и подсознания».

Я попытался выкинуть его из головы. Честно. Попытался.