Ночной цирк - Эрин Моргенштерн

— Что-то не так? — интересуется человек в сером костюме.

— Нет-нет, все в порядке, — отвечает Тара, внезапно засомневавшись, не оставила ли она визитку дома.

Возможно, она так и лежит на столике в гостиной.

— Я хотела поговорить о цирке.

— Конечно.

Он ждет, что она заговорит, и на его лице появляется выражение, которое можно истолковать как сдержанную заинтересованность.

Она пытается, как может, объяснить, что ее беспокоит. Что в цирке происходят странные вещи, о которых большинство даже не догадывается. Что многим из них она не находит разумного объяснения. Она приводит несколько примеров, которые они обсуждали с Баррисом. Говорит, как ее пугает собственная неспособность разобраться, где явь, а где сон. Как страшно порой смотреть в зеркало и видеть там одно и то же лицо, ничуть не изменившееся с годами.

Она говорит сбивчиво, с трудом формулируя, что именно она имеет в виду.

В глазах ее собеседника видна сдержанная заинтересованность.

— Мисс Берджес, чего вы от меня хотите? — спрашивает он, когда она замолкает.

— Я хочу объяснений, — говорит она.

Он некоторое время смотрит на нее все с тем же выражением.

— Цирк — это всего лишь цирк, — говорит он. — Зрелищный аттракцион, не более того. Вы не согласны?

Тара кивает, даже не успев обдумать его слова.

— Вы не торопитесь на поезд, мисс Берджес? — интересуется он.

— Тороплюсь, — кивает Тара. Она совершенно забыла про поезд. Она гадает, который нынче час, но не может отыскать часы, чтобы узнать время.

— Я как раз собирался на вокзал, если моя компания вас не смутит.

Они вдвоем проделывают недолгий путь от отеля до вокзала. Он галантно придерживает для нее двери. Заводит дежурный разговор о погоде.

— Полагаю, вам пойдет на пользу, если вы придумаете, чем себя занять, — говорит он, когда они оказываются возле поездов. — Вам нужно чем-то отвлечь себя от мыслей о цирке. Вы согласны?

Тара снова кивает.

— Всего хорошего, мисс Берджес, — говорит он, прикасаясь пальцами к полям шляпы.

— Всего хорошего, — послушно повторяет она.

Он уходит, оставив ее одну. Когда Тара оборачивается, чтобы посмотреть, в какую сторону он направится, серый костюм успевает раствориться в толпе.

Тара в ожидании стоит у края платформы. Она не помнит, чтобы говорила господину А. X_____, на каком поезде собирается ехать, однако он все равно привел ее на нужный путь.

Ее не покидает чувство, что она собиралась спросить его о чем-то еще, но забыла, о чем именно. Она вообще мало что помнит из их беседы, кроме того, что она должна чем-то себя занять, куда-нибудь поехать, найти что-то, достойное ее внимания больше, нежели цирк.

Гадая, что бы это могло быть, она неожиданно замечает мелькнувший на платформе напротив серый костюм.

Господин А. X_____ стоит в тени, но даже на таком расстоянии Тара догадывается, что он с кем-то спорит, хотя собеседника ей не видно.

Прохожие снуют мимо, не обращая на них внимания.

Пятно света от потолочных окон над их головами смещается, и Таре удается разглядеть, с кем спорит господин А. X_____.

Его собеседник чуть ниже ростом, так что верх его шляпы находится примерно на уровне полей серого цилиндра. Сперва Тара принимает его за отражение и удивляется, с чего бы господину А. X_____ прямо посреди вокзала спорить с самим собой.

Однако потом она замечает, что костюм его собеседника гораздо темнее. У него довольно длинные волосы, хотя почти столь же седые.

Сквозь клубы пара и мельтешение толпы Таре удается различить лишь светлые пятна кружевных манжет его рубашки и темные глаза, освещенные лучше, чем остальные части лица. Время от времени его облик становится виден почти отчетливо, а затем вновь расплывается зыбкой тенью.

Пятно проникающего сверху света вновь смещается, и его силуэт становится еще более размытым, как если бы Тара смотрела на него сквозь мутное стекло, хотя господина А. X_____ она видит по-прежнему ясно и четко.

Тара делает шаг вперед, стараясь получше разглядеть призрака на соседней платформе.

Она не видит приближающегося поезда.