Дракон - Олег Бубела

Постепенно драконы успокаивались, но веселье продолжало царить на совете, потому что вновь прибывающим доброжелатели охотно пересказывали случившееся, после чего в моей голове опять раздавался смех. Интересно, почему их разговоры я не слышу, а вот смех – вполне? Только потому, что драконы хотят, чтобы я его услышал? Да нет, глупость. Скорее всего, при сильных эмоциях блокировка попросту исчезает, а это нужно осмыслить. Вполне возможно, ее механизм кроется как раз в сфере чувств и работает не как своеобразная стена, защищающая разум, а как некий генератор «белого шума».

Вскоре в гроте собралась вся стая. Все камни оказались занятыми, и некоторым драконам даже пришлось сидеть на полу, но они ничуть от этого не страдали. А через несколько минут веселье стихло совсем, потому что из того самого хода, откуда только недавно вышли мы, появилась четверка драконов – Мудрейшая и ее телохранители.

– Ты не прав, Алекс, – поправил меня Лар. – Тот дракон, что идет рядом с бабушкой, – Сарионо, а два других – его лучшие друзья. Видимо, все это время они втроем пытались уговорить Мудрейшую не поднимать вопрос о принятии тебя в стаю.

«Хрен у них вышло! – подумал я, наблюдая за непроницаемой мордой драконицы. – Таких сосунков она на завтрак ест! Обломался возмутитель спокойствия, миром решить проблему не удалось. Чувствую, на совете будет очень интересно».

– Алекс, мы не питаемся сородичами, – раздался в голове усталый голос моей новой родственницы. – И я же просила тебя думать поменьше!

Я со смущением постарался выбросить все мысли из головы и молча смотрел, как мимо проходит Сарионо со своими шестерками. Дракон не удостоил меня ни презрительным взглядом, ни даже фырком, что несколько повысило оценку, которую я дал ему. Теперь я бы мог охарактеризовать его так: умный, расчетливый, крайне опасный, настоятельная рекомендация – убить при первой же возможности. Но дракон об этом не знал и спокойно прошествовал в противоположную сторону грота, а Мудрейшая забралась на гранитную глыбу и обвела всех присутствующих взглядом янтарных глаз. Все движение в зале торжеств замерло. Дождавшись полной тишины, драконица заговорила:

– Итак, все вы знаете, зачем мы здесь собрались, но я все-таки озвучу причину. Сегодня мы должны решить, станет ли Алекс полноправным членом нашей стаи или же окажется один. Защищать его буду я и мой внук Ларрико, а протестующую сторону сегодня, как и много раз на советах до этого, займет Сарионо. Прошу высказываться!

«Вот это да! Так это никакой не совет получается, раз есть защитник и обвинитель. Впору кричать – встать, суд идет!»

Мудрейшая покосилась на меня, и я поспешил заткнуться, хотя сделать это было очень нелегко. Сарионо поднялся, привлекая всеобщее внимание, и начал говорить:

– Братья и сестры, все вы знаете, что никогда у нас не было мира с людьми. Все вы прекрасно помните, как еще несколько сотен лет назад на нас охотились эти жалкие двуногие, убивая при первой же возможности. И что же получается? Теперь мы будем принимать в стаю потомка тех, кто убивал наших предков?

«Ну, я, собственно, не из этого мира, так что данный довод можно вообще отбросить с легкостью», – подумал я.

Головы всех присутствующих синхронно повернулись ко мне.

– Простите, больше не буду перебивать, – сказал я, потупившись.

Сарионо продолжил:

– Этот человек недостоин находиться рядом с нами, поскольку не обладает достаточной мудростью, позволяющей ему хотя бы сравниться по уровню развития со средним представителем драконьего племени!

«Сам дурак! – отреагировал я, не обращая внимания на возмущенное шипение Лара. – Если я за десять минут смог научиться передавать память, то это уж никак не свидетельствует о моей тупости! Вот если бы еще насобачиться закрывать мысли… но это дело самого ближайшего будущего».

Сарионо продолжил обвинение, не обратив внимания на мою реплику:

– Данный человек несдержан, необразован, нахален, самолюбив, не проявляет должного уважения к старшим и ведет себя как едва вылупившийся детеныш! И вообще…

«Да, это все я! Готов подписаться под каждым словом. И нахален, и самолюбив, и свое образование хотел было подправить до того, как с Ларом повстречался. Про неуважение к старшим вообще молчу, так как в основном проявляю банальную вежливость в разговоре, но все равно сперва решаю, достоин ли этот старший моего уважения. Ну а слегка подурачиться и впасть в детство никогда не вредно. Это помогает не свихнуться».

Дракон, перебитый мной, снова продолжил катить на меня бочку:

– В этом человеке нет ничего, что позволило бы ему остаться в стае. Он не нужен нам, а признать его нашим братом будет верхом глупости! Я закончил, Мудрейшая.

Восседавшая на граните драконица кивнула и сказала:

– Мне полагалось опровергать эти обвинения, но Алекс, к моему большому удивлению, справился сам, – некоторые драконы при этих словах посмотрели на меня и дружелюбно оскалились. – Поэтому я только отклоню последнее заявление Сарионо. В Алексе течет кровь дракона. Он и сам является драконом, хотя и в оболочке человека, а для того чтобы в этом убедиться, достаточно лишь заглянуть в его глаза. Но Алекс является драконом не только благодаря своему телу, но и благодаря характеру. Некоторые из вас это уже поняли, не так ли?

Мудрейшая повернулась к троице защитников. Те в ответ лишь синхронно кивнули, а старая драконица продолжила:

– И, кроме того, Алекс обладает удивительным мышлением, которое позволило ему остаться в здравом уме после рождения. Наверняка немногие из вас были бы спокойными и невозмутимыми, если бы вдруг обрели новое тело, а этот человек воспринял свое рождение как должное. И последнее, что я хотела бы сказать, – Алекс нужен нашей стае. Он обладает уникальным сочетанием способностей дракона и человеческого мага. Именно он может помочь нам всем выбрать другой путь, именно он способен дать стае новую жизнь.

Драконица замолчала, оглядывая собравшихся, а я пробормотал себе под нос:

– А еще я петь умею, много ем и обладаю всеми возможностями половозрелого самца, способного доставить удовольствие партнерше… Млять, да что ж меня все на эту тему тянет-то!

В моей голове вновь раздался дружный смех, причем больше всех веселилась сидевшая неподалеку Мара. Сарионо же недовольно рыкнул, подошел к гранитной глыбе, не обратив внимания на смех драконов, и спросил у главы стаи:

– Мудрейшая, разреши поговорить без свидетелей?

Драконица кивнула и уставилась ему в глаза. Я сообразил, что они принялись меня обсуждать, а я совсем ничего не слышал. Непорядок! Постаравшись отрешиться от смеха в своей голове, я сконцентрировался на драконах в центре круга, проверяя свою догадку по поводу «белого шума». Ведь если попытаться усилить свою ментальную чувствительность, так же как усиливал зрение или слух, я наверняка смогу воспринимать мысли драконов, причем даже те, которые они хотят скрыть. Ну а в момент общения, когда они слегка опускают завесу на разумах, это должно оказаться чуточку легче.