Дракон - Олег Бубела

– Не-е-ет!!! Остановись!!!

Вот тогда я понял, что процесс пошел совсем не так, как было запланировано, и попытался освободиться. Плетение на мои жалкие потуги никак не реагировало. Попытавшись его развеять, я не преуспел, а когда вспомнил о том, что являюсь Темным магом, и хотел просто лишить структуру силы, край сияющей сферы коснулся моего тела. Дикая боль резанула по нервам и сразу же вышибла сознание прочь. Но я не попал в объятия Темноты и даже не очутился на поле с черными кристаллами, а просто отлетел подальше от своей тушки и смог наблюдать за дальнейшей работой плетения.

Оно, словно гигантский осьминог, засовывало меня прямо в пасть. В ту область, где располагалась структура драконьего тела. Прижав мои ноги к груди, щупальца обвили меня со всех сторон и истаяли, а я так и остался в самой середине магической сферы, окружаемый со всех сторон внешними блоками. И тогда плетение стало сжиматься. Оно буквально впивалось в мое тело, а также врезалось в ауру, оставляя на ней следы повреждений. Хотя как можно на плазме оставить следы? Выяснилось, запросто! В местах проникновения она покрывалась рубцами, которые очень ярко светились, вызывая ощущение порезов на живом теле. А плетение продолжало сжимать свои объятия, удобно устраиваясь во мне и используя ауру в качестве носителя. Наконец, когда оно забралось практически полностью, яркая вспышка на короткий момент лишила меня сознания.

Когда я вновь пришел в себя, то обнаружил, что лежу на камнях в позе эмбриона. Вытянувшись, я попробовал привстать. В глазах еще плясали огоньки и плавали разноцветные круги, но факт оставался фактом – я был жив.

«Вероятно, ничего не получилось», – со вздохом подумал я.

Оглядевшись, я понял, что моя отключка не заняла много времени. До рассвета все еще оставалось несколько часов, а драконы и не думали просыпаться. Подвигавшись немного в разные стороны, я провел инвентаризацию. Вроде бы все на месте, ничего не болит. Да и на моей ауре повреждений не наблюдается. Но все-таки нужно взглянуть повнимательнее. Сосредоточившись, я внутренним зрением начал оглядывать свою… хм… короче, свой сгусток плазмы. Никаких посторонних образований ни в нем, ни на нем я не обнаружил. Хотя что это за ерунда?

Присмотревшись, я понял: небольшое пятнышко на ауре было привязкой к клятве, которую давала мне Снежана. Даже странно, что она сохранилась. Ведь когда моя аура менялась после битвы в степи, все привязки к парням из моего отряда просто были уничтожены. Однако, поразмыслив немного, я пришел к выводу, что на клятву верности не влияет изменение ауры носителя. На нее влияет только смерть, а ведь я в тот момент умер без дураков. Ну а при рождении моя аура только поменяла свою структуру, а не отделилась от тела, так что плетение сохранилось и даже находилось в рабочем состоянии. Подумав, что нужно будет как-нибудь связаться с графиней, а то уже полгода не видел, я вынырнул в реальность.

Итак, подведем итоги – вместо замены тела получился пшик. Все усилия пошли дракону под хвост, а усилия-то были немаленькими. Ну и что теперь? Попробовать еще раз? Так ведь рассвет уже скоро, а свидетели мне при опытах точно не нужны. В общем, нужно дождаться ночи, а уж потом… Эх, как жаль, что ничего не вышло. Я ведь уже начал мечтать о том, что сегодня получу крылья, смогу потанцевать вместе со стаей, встретить рассвет в небе. Задумавшись, я вдруг начал представлять, что чувствуют при этом драконы, вспомнил ту самую песню, которую исполнила для меня Мара. И тотчас словно наяву ощутил все эти прекрасные моменты полета через бурю, наперегонки с ветром, почувствовал крылья за своей спиной…

На краткий миг мое сознание поглотил мрак, а когда я вновь пришел в себя, то понял – кое-что изменилось. Создавалось такое впечатление, будто я завис над каменным полом, который сейчас отчего-то располагался гораздо ниже, чем следовало. Вот только я точно не применял плетение левитации, поэтому опустил голову, чтобы посмотреть, на чем же стою, и увидел большое чешуйчатое серое брюхо и когтистые лапы.

– Мать вашу! – воскликнул я в изумлении, но из моей зубастой пасти вырвалось только громкое рычание.

«Я – дракон!» – произнес я уже мысленно и покачнулся. И тут же почувствовал, что мой хвост автоматически оперся о камни и не позволил мне рухнуть на спину.

Хвост? Я же чувствую его! Пошевелив своей новой конечностью, я пододвинул ее поближе и взял в лапы. Затем подергал для верности и ощутил легкую боль, что исключало возможность сна… Или все-таки нет? С Темнотой никогда нельзя утверждать этого наверняка, ведь один раз она уже подарила мне весьма реалистичный сон. Но зачем ей делать это сейчас? Только чтобы уменьшить мою тоску по небу? Нет, нелогично получается, поэтому можно с большой вероятностью заявить, что я все-таки нахожусь в реальности, а не в мире грез.

Опустившись на передние лапы, я понял, что находиться в таком положении гораздо легче, и продолжил осваивать новое тело. Я походил взад-вперед, поприседал, даже подпрыгнул пару раз… Нет, что-то явно не то! Я ведь никогда раньше не был драконом, так откуда знаю, как нужно двигаться, как поворачиваться, да и вообще как шевелить хвостом? Ведь, по идее, мне даже ходить надо было учиться заново! Но, похоже, мне досталось драконье тело вместе с бонусом – всеми навыками, необходимыми для его слаженной работы. А ведь получается, что я и летать тоже могу!

На пробу я пошевелил крыльями за спиной, потом развернул и оценил их размах, соотнеся с размером входа. М-да, судя по размерам, я немного больше Сара, а ведь тот далеко не малявка в драконьей стае. Попробовав ими взмахнуть, я задел свод пещеры, потому отошел на самый край и повторил свои эксперименты там. Откуда-то пришло понимание, как нужно двигаться, чтобы взлететь с места, каким образом складывать крылья, чтобы не зацепить поверхность… Нет, точно, нехилый бонус!

Оставив всю осторожность, я подошел к краю, а затем безо всякого страха прыгнул вниз. Ветер тут же расправил мои крылья и наполнил их. Чувствуя безумный восторг, я едва сдержался, чтобы не заорать. Почти перед самыми камнями, о которые бились волны, я выровнялся и стал набирать высоту. Пара десятков взмахов, и я уже в бескрайнем небе, подхваченный надежными руками ветра. Заложив вираж, я ушел вправо, потом попробовал свечой взвиться ввысь, затем штопором ушел к самым волнам, выровнявшись и касаясь воды своей лапой. Это было счастливое безумство, наполнявшее меня чистой радостью и почти детским счастьем. Все мое естество заполнила одна-единственная мысль – я умею летать!