Дракон - Олег Бубела

«Ничего себе у них тут разборки! – подумал я. – И не права Мудрейшая тысячу раз, когда обвиняла меня в непочтительности. Драконы драконами, а ведь все как у людей!»

Уловив мою мысль, драконица тяжело вздохнула, а я спросил, стремясь сгладить впечатление:

– Скажите, как получается, что все драконы могут читать мои мысли, а я их – только когда они обращаются ко мне?

– Потому что они могут закрывать свой разум, а ты пока этого не умеешь, – ответила Мудрейшая. – Но раз ты стал драконом, тебе еще очень многому предстоит научиться. Именно поэтому тебе необходимо остаться в нашей стае.

Я только кивнул, признавая разумность довода. Не знаю, как долго мне придется быть с драконами, но обучиться управлению всеми способностями, которые дала мне кровь Лара, необходимо, несмотря ни на что. Вот только жалко, что с моим появлением у драконов наступят большие перемены. Как бы они не перегрызлись совсем.

– Не волнуйся, в одной стае еще никогда не случалось войн. Драки за обладание самками были, дуэли случались, но братоубийственной резни не было никогда. Это прерогатива людей.

– Рад за вас, – только и ответил я.

Интересно, а что за дуэли такие и по какому поводу они обычно устраиваются? Неужели таким способом драконы выбирают главу стаи? Радикально, ничего не скажешь. Прямо как у альтаров сотни лет назад.

Мудрейшая рассмеялась:

– Нет, Алекс, глава выбирается из наиболее достойных драконов общим голосованием. Именно он решает судьбы всех членов стаи, может приказывать остальным, руководствуясь своим разумом и пониманием, что будет лучше для стаи. Глава также может назначать дуэли – когда решает, что вражда нескольких драконов угрожает всей стае. Обычно они проходят до смерти, потому что изгнание уже давно не применяется, но иногда заканчиваются примирением. Последняя дуэль в нашей стае была сто восемьдесят лет назад.

– Беру свои мысли назад, – сказал я. – Драконы – очень демократичная раса.

Тьфу, она же не знает, что такое демократия!

– Я хотел сказать…

– Не трудись, Алекс. Я прекрасно тебя поняла, – перебила меня Мудрейшая. – В мыслеречи не важны сами слова, так как передаются не они, а понятия, которые ими обозначают.

Для проверки я перешел с общего на русский:

– То есть можно вообще общаться одними образами?

– Не все на это способны, поэтому у нас сохраняется традиция обычного общения, – ответила драконица, причем ее голос звучал у меня в голове на моем родном языке. – Только между ближайшими родственниками может проходить обмен прямыми, неоформленными обра-зами, а в остальных случаях это считается дурным тоном.

М-да… Похоже, в мысленном общении существует еще немало секретов и нераскрытых возможностей, часть из которых мне предстоит в скором времени выяснить. Но вначале нужно научиться закрывать свои мысли, ведь сейчас выходит, что я говорю всем окружающим то, что думаю. А думаю я много и иногда совсем без цензуры, что совсем не хорошо.

– Алекс, ты хотел бы еще о чем-нибудь меня спросить? – поинтересовалась Мудрейшая.

Я задумался. На языке вертелись тысячи вопросов, но все они были малосущественными и вполне могли быть адресованы Лару. С драконицей тоже хотелось бы поговорить о разном, но лучше будет это сделать уже после итогов совета, в которых я не так уверен. Поэтому я не нашел ничего лучше, чем спросить:

– А как вы освещаете свои пещеры?

Мне показалось, что Мудрейшая ехидно прищурилась.

– Никак, – последовал ее ответ.

– Но ведь здесь все прекрасно видно! Не может быть такого, чтобы сюда достигал солнечный свет или же сияние источника. Про эту пещеру я еще молчу, так как здесь есть вода, и если колодец достаточно освещен…

– Алекс, драконам не нужен свет. Они прекрасно видят даже в полной темноте.

– Но я ведь не дракон, – парировал я.

Мудрейшая вздохнула и сказала:

– Посмотри в воду.

Не понимая, что она от меня хочет, я развернулся, подошел к воде и вгляделся в большую лужу, поверхность которой слегка подрагивала. Ну и нет тут никакого колодца, вода струйкой вытекает из недр горы, потом стекает вниз по желобку, падает в лужу, а из нее утекает в почти незаметную трещину в полу. Откуда тут берется свет – непонятно.

– Подойди ближе, – посоветовала драконица.

Подчиняясь, я прошел еще несколько шагов и остановился у самой лужи, потом пожал плечами, наклонился и мельком посмотрел на свое отражение…

– Мля-я-я… – выдохнул я, глядя в импровизированное зеркало.

В голове раздался радостный смех драконицы.

«А сразу сказать не могла?» – подумал я недовольно и наклонился ближе, рассматривая свои выпученные от удивления ярко-желтые глаза с вертикальными зрачками.

Сюрприз, однако. И не скажу, что приятный. Нет, с одной стороны, видеть в полной темноте – это круто, полезно и вообще, о такой способности я мечтал с детства, но вот с другой… Как же я с такими глазами на люди-то покажусь? Ладно, обычные спокойно удовлетворятся маскировкой, но ведь маги вмиг просекут фальшивую личину. Глаза – это вам не уши. Они постоянно находятся в движении, они живут своей жизнью. И никакая маскировка не сможет на все сто отобразить глаза человека, а одного подозрения в моем случае хватит для полного провала.

Зачерпнув воду в ладони, я напился, думая о том, что мои глаза наверняка еще и светятся, как и у всех драконов. Ведь в полной темноте никаких отражений на воде быть не может, а я себя увидел. Значит, мои зрачки испускают какое-то легкое свечение, и возможно, именно оно позволяет ориентироваться крылатым в кромешной тьме. А кроме того, я ведь в пещере увидел глаза Лара, хотя там было очень темно и у меня еще не имелось такой полезной способности… Но это все – несущественные мелочи. Главное – моя цель накрылась медным тазом, а это весьма обидно.

Развернувшись к драконице, я отошел от родника и констатировал:

– В общем, мага из меня не получилось. Буду переквалифицироваться в дракона. Вот родственники обрадуются! О, кстати о них. Как у драконов с родственными связями, которые образовались после кровного братания?

– Почти как и у всех рас, – ответила Мудрейшая. – Только за исключением того, что им не запрещается спариваться.

– То есть? – не понял я.

– Во всех развитых человеческих королевствах, насколько нам известно, существует запрет на связь между родственниками, причем даже кровными. У нас, драконов, такого запрета нет, и это во многом связано с источником. Именно поэтому даже родным брату и сестре можно спариваться и производить на свет потомство. А почему это тебя так волнует? У тебя что, много родственников, которые могут забрать тебя из нашей стаи?

– Да так, совсем чуть-чуть, – улыбнулся я. – Два вождя, три короля, три принца и две принцессы. И это только самые ближайшие, потому что дальнюю родню я даже сосчитать не берусь.