Николь. Душа для Демона - Мира Шторм

– Вспомнила прошлую жизнь? – безразлично спросила она, с наслаждением тряхнув головой.

Николь в ответ досадливо поморщилась.

– Увидела, как ты затягиваешься, и вдруг вспомнила, что отец курил. И все…

Талиса кивнула и затянулась.

– Почему сейчас? – спросила Николь через пару тактов тишины.

Талиса выпустила тонкую струю дыма и ответила почти равнодушно:

– Потому что сдалась…

Николь сидела рядом и вдыхала незнакомый запах дыма. Немного мятный, немного земляной. Она не стала делать вид, что не понимает, о каком сражении говорила Талиса.

– Знаешь, почему бросила? – продолжила Талиса. – Потому что Джан сказал, что не хочет во время секса нюхать пепельницу.

– Вы были вместе?

У Николь не осталось сил переживать по поводу услышанного: события наскакивали друг на друга, силясь вместиться в стремительно пробегающие дни. Ей с трудом верилось, что она появилась в этом мире чуть более месяца назад.

Талиса неохотно мотнула головой:

– Просто секс. То часто, то редко. Все три года после смерти Акины. – Между ее словами было так много пауз, словно она заставляла себя говорить. – И все же он мне ничего не обещал.

«Мне тоже», – вдруг подумала Николь.

– На, потяни, – Талиса поднесла тугую самокрутку к лицу Николь.

Она криво улыбнулась и молча отказалась. Талиса вздохнула и снова кивнула:

– Такие, как Джан, всегда берут то, что хотят. А остальное отбрасывают за ненадобностью. Он брал мое тело и отбрасывал любовь.

– Ты его любила?

– Я уже и сама не знаю. – Талиса пожала плечами, потушила окурок о подошву, встала и ушла.

«Нет, не диалог нас сблизил, – вдруг подумала Николь, выводя иероглиф «тишина», – а паузы между фразами». Нечто неуловимое, спрятанное между слов, перекроило двух соперниц в настороженных подруг.

Иероглиф «путь» так похож на птицу, а «путешествие» – на горы.

Николь пыталась описать их поход к источнику и обратно. Работа шла сложно, но заполняла собой все тихие часы, пока Джантар пропадал в императорском дворце.

Их отряд прошел сквозь Белые земли от полосы Тумана до ближайшей портальной площадки стремительно, словно на крыльях, не встречая ни единой преграды. В итоге возвращение в столицу заняло чуть больше недели. Шли они теперь по ухоженной дороге, мимо приюта охотников. Помня встречу с травницами, они не стали заходить внутрь, лишь у ворот пополнили запасы. Николь вглядывалась в лица охотников и снова видела пустоту за улыбками и показным радушием.

Джан мягко тронул ее тогда за плечо и пообещал разобраться. Потом.

Иероглиф «помнить» никак не давался Николь. Сложное плетение линий, как и сама жизнь.

– Не тревожься, Никки, – шептал ей Джантар, укутывая в тепло своих огромных рук.

Легко сказать, но сложно сделать. Странное беспокойство следовало за ней по пятам. Всю дорогу Николь тонула в тысяче вопросов, большинство которых даже не могла сформулировать. А интуиция заставляла сердце биться в непонятной тревоге.

«Демон вышел другим».

Но даже эта простая фраза не служила ответом, а для ее спутников словно все было в порядке вещей. И едкий запах жгучей беды преследовал Николь до сих пор, особенно заметный в тишине дома, когда Джантара не было рядом.

Перед ней на сверкающей столешнице сиротливо лежали клинки в ножнах и ждали, когда хозяин вернется с суда. Николь в который раз провела пальцами по оплетке на гарде. Она поминутно невольно прислушивалась, напряженно ловя малейший шум.