Война и сердце - Доминика Арсе

– Клан Синего когтя добьют и за нас примутся, – выдала Алариэль.

И у меня уже картина проявляется. Кланы бьются между собой. Пантеры – это какие–то особенные эльфы, умеющие дружить с хищниками. Плохие парни, не знающие чести, раз бьют в спину. Решили они всех захватить и властвовать в лесах Аиры. Теперь Шелест у них на пути. Дороги все перекрыли, животных всполошили. По–нашему это называется провокацией, некой проверкой на решимость. Может и не везде они на границах лесов чинят раздор, а только на этом участке, где тропы к Шелесту. Джунгли ведь эти бесконечно тянутся, мало ли сколько этих кланов. Может тысячи.

– Примутся, – согласился Гимли.

– Не осмелятся, наш клан сильный, а Священный дуб один из самых могущих в лесах Аиры! – Воскликнул один из молодых и его зашикали другие.

Субординация у них есть все–таки. Старшие говорят, остальные молчат. А этот мелкий на эмоциях. Для них дуб – святыня. Ну если за то, что Лаэль будучи принцем своего клана пустил в него стрелу и был изгнан, это многом говорит.

– Тропы теперь нет, как поняла, – делает выводы эльфийка. – Мне в стан надо, а вы по своему заданию.

– Придется тебе через Черные земли Айры идти, – скрипя зубами, заявляет их лидер. – Или жди пока айви уйдут. Семь дней.

– Не уйдут, – произнесла одна из девочек. – Пантеры не дадут.

– Тогда попробуем через земли людей. Алариэль, ты знаешь, что в Черных землях выживает один лишь путник.

– Пленницу я вам не оставлю, – осекает эльфийка. – Доведу в стан к празднику.

Эльфы ахают, в глазах восхищение. Для них рейдер – это самое почетное звание. Самый смелый воин, самый искусный и опытный. Вот она какая, моя Алариэль. Маленькая, но бесстрашная. Про кошку я уже забыла, то не считается.

– Ты без лука, пропадешь, – спохватывается одна из эльфиечек. – Возьми мой.

– Нет, мой! – Воскликнула другая.

А вот и не подеретесь, умиляет и моих рыцарей напоминает. Уже скучаю…

Гимли протянул свой собственный. Алариэль взяла без зазрения совести. У каждого эльфа есть лук. Без лука эльф, как без рук. Это я уже давно уяснила. Особенно в условиях, когда у врагов только и есть, что стрелковое оружие.

– Благословение Священного дуба, сестра, – пожелали эльфы.

И мы, получив узелок с едой, двинулись дальше, оставив окруженную группу. Часа полтора шли по плотной растительности, иногда забирались на деревья и пропускали рыщущих эльфов из клана Пантер. Алариэль оказалась очень опытным следопытом и чуяла за версту опасности. Это к ней пришло не сразу, как я убедилась. Слишком долго она была среди людей и навык притупился. Я даже решила вначале, что придется брать инициативу в свои руки и рвать ночью все, что движется, толкать, что покоится и тоже рвать, чтобы днем все испугались трупов своих соратников и сородичей.

Но Алариэль втянулась, стала уверенней. И у меня на сердце отлегло.

Под ногами захлюпало. Листва на деревьях почерневшая пошла, сухие ветки и обрубленные лианы появились. Вскоре и скелет человеческий свисающий с ветки в полный рост прибавил колорита. Запах сырости и мха ударил по носовых пазухам.

Эльфийка остановилась и повернулась ко мне. Через пару секунд путы слетели.

– За нами уже никто не наблюдает, – произнесла тем не менее шепотом. – Слушай меня внимательно, Лера. Замираю я, замираешь и ты. Бегу, бежишь следом. Отстанешь или замешкаешься, все конец. Никакая магия тебе не поможет.

Киваю, слова в горле застряли. Нагнала страху, коза.

– В любом случае обратного пути нет, – выдавила Алариэль с сожалением и пошла вперед с кинжалом в руке.

Не наблюдают, говоришь… Достаю из омута свой магический браслет–лук. Просовываю дрожащей лапкой через кисть и на левое запястье. Откуда–то издалека доносятся протяжные стоны.