Ричард Длинные Руки - грандпринц - Гай Юлий Орловский

— Манипулировать?

Он поморщился.

— Не совсем, но влиять на их решения. А когда королей трое, а кроме того в их землях немало могучих лордов с амбициями, то удается путем умелой дипломатии…

— Прекрасно, — одобрил я. — Самое простое и верное — это когда в тылу противника, собравшего огромную армию и намеревающегося идти войной, вспыхивает мятеж, и кто-то предъявляет права на трон по праву древности рода.

Он поклонился с осторожностью, сделал еще глоток и прямо посмотрел мне в глаза.

— Есть и другие способы, ваше высочество… Я счастлив, что вы это понимаете и даже вроде бы одобряете.

— Не только потому, — заверил я, — что считаю короля Вольфганга своим личным другом. Такая политика мне нравится больше, чем завоевательская. Я сам предпочел бы таких соседей, что не истощают страну налогами, чтобы собрать несметную армию и с ее помощью разорить соседа.

Он тяжело вздохнул.

— Ваше высочество, вы говорите мудро.

— Спасибо.

Он вздохнул еще тяжелее.

— К сожалению, на сегодня все средства подобной защиты исчерпаны. В королевствах Аганд, Сизия и Эстия сейчас договариваются о ненападении. Уже подготовлен пакт…

— Настораживает? — спросил я.

— Еще бы, — ответил он. — Нехорошо, когда люди воюют и убивают друг друга, но лучше пусть убивают один другого соседи, чем нападают на нас.

— Разумно, — сказал я, поправился: — Нет, просто резонно. Кого опасаетесь больше всех?

— Любое королевство из трех равно нашему по землям, — ответил он, — хотя у нас людей побольше, однако у нас самая крохотная армия. Во всяком случае, мы сможем воевать с одним соседом, но не с двумя.

Я сказал мрачно:

— Понятно. Сожалею, что ничем не могу помочь. Моя армия… очень далеко.

Он пробормотал:

— Вы уже помогли… своим появлением.

— Боюсь, — сказал я трезво, — этого будет мало. Ваши враги тоже понимают, мои армии слишком далеко. И, конечно, моя армия сюда не придет, это тоже все понимают трезво.

— Понимают, — сказал он горько. — У них есть еще один важный повод, чтобы вторгнуться к нам… В землях нашего королевства есть Гора Света, а к ней слишком многие хотят добраться. Король Вольфганг Мудрый, это прадед нашего короля Вольфганга, запретил туда подниматься, чтобы не терять лучших воинов, но в соседних странах уверены, что там великое сокровище, которым не хотим делиться.

Я подумал, спросил с подозрением:

— А почему ни король Вольфганг, ни королева даже не помянули мне про эту Гору Света? Времени для бесед было достаточно.

Он пожал плечами.

— Могу только предположить. Его величество не желает вашей гибели, ваше высочество. Как и королева… Зная ваш нрав, можно почти с уверенностью сказать, что вам восхочется взглянуть на такое чудо.

— Это мой прошлый нрав, — сообщил я мрачно.

— Ваше высочество?

— Взрослею, — пояснил я, — превращаюсь в политика, перестаю метаться с мечом в руке в поисках подвигов. Я уже не слэшэрник, а стратег! В смысле, других посылаю во все стороны копать, рубить, рисковать головами.

Он проговорил с запинкой и непонятным выражением:

— Так это же… хорошо?

— Надеюсь, — согласился я. — Так что Гора Света меня не интересует. Вовсе. И начисто. Как индивидуальность. Мою неповторимую индивидуальность.

— Это хорошо, — сказал он, — это хорошо…

Я всмотрелся в его лицо, слишком спокойное, чтобы быть спокойным.

— А где эта гора?

Он вздохнул.

— Слишком близко. В двадцати милях от столицы да еще с той стороны, где империя Вильгельма. Если бы близ северных границ, король закрыл бы глаза на проникновение отрядов всяких искателей сокровищ со стороны Сизии или арендских отрядов… А так — увы…

Я сказал зло:

— А если удалось бы забрать то, что там спрятано? Или как-то погасить тот свет?

Он развел руками, но в голосе прозвучала слабая надежда:

— Возможно, у завоевателей было бы меньше повода для вторжения. Полагаете, сможете?.. Впрочем, я тоже думаю, что все это легенды… Я имею в виду слухи, что катятся за вами.

Я окинул его недобрым взглядом. До этого не было такой и мысли, мне надо в Храм Истины, а то уже и сам начал забывать, что я паладин, воин Всевышнего. Мне уж точно не до всяких там Запретных Мест, сам же отмечал их на карте, чтобы не вляпаться с разгону, а обходить осторожно и по широкой дуге…

— Что я смогу, — ответил я тяжело, — еще и сам не знаю, ибо Господь не поставил предела человеческой дерзости и его возможностям. Полагаю, это входит в его Великий План… границы которого может знать только он сам, если того как бы захочет. А может, и не хочет, так ему интереснее.

Он сказал смиренно:

— Да-да, ваше высочество. Вы подождете, когда стихнет буря… или же выедете немедля, как и подобает герою?

Я взглянул на него в упор и заставил съежиться под тяжестью взора.

— Вам так не терпится от меня избавиться?

Он смешался, поелозил взглядом по полу, затем с великим трудом оторвал его, там даже чмокнуло, взглянул на меня снизу вверх трусливо и просяще.

— Ваше высочество… Мы на краю гибели, а вы для нас — последняя надежда, словно Господь услышал наши молитвы и послал вас, откликнувшись на наши слезы!.. Я понимаю, это бессовестно, но для вас это всего лишь маленькое неудобство, совсем мелкое, а для нас — спасение! Вот потому я так, не ставя в известность короля и королеву, действую даже вопреки их воле и желаниям…

— Вопреки?

Он грустно уронил голову.

— Король Вольфганг… рыцарственен и великодушен. Он скорее сам примет смерть, чем пошлет на нее другого. Тем более гостя!.. Узнай он, куда я вас подбиваю съездить, он бы меня вообще из королевства!.. Хотя, возможно, это меня ждет в любом случае… Однако ради Меции, Его Величества и королевы… я готов и не на такие жертвы!

Я обернулся к окну. В белом бешенстве, если приглядеться, можно рассмотреть быстро мелькающие морды снежных демонов, жуткие, ужасающие в своей ярости, а еще распахнутые челюсти горных драконов, капюшоны Призрачных Рыцарей и вообще все, что насоздает человеческая фантазия, особенно богатая в такие вот моменты, в попытке заставить нас сидеть в уютном кресле поближе к горящим в камине дровам.

— Но гору, — спросил я, делая последнюю попытку остаться, — в такую бурю не отыскать!

— Она совсем близко, — заверил он, — всего двадцать миль по прямой от стены города! Но ощутить можно еще раньше, там земля начнет повышаться. Увидите тоже издали, там ночью поднимется яркий луч света… от вершины горы и прямо в небо!.. Вы проедете не больше десяти миль вон туда… а там сможете его увидеть… наверное, сможете.