Юджин - повелитель времени. Книга 1. Мир Трех Лун - Гай Юлий Орловский

На залитом солнечным светом дворе — веселые голоса, две телеги с молоком и кругами сыра уже разгрузили, с третьей снимают клетки с кудахтающими курами и гогочущими гусями, возница поспешил навстречу Строуду.

— Ваша магость, — сказал он с низким уважительным поклоном, — все собрали, все привезли…

Строуд отбросил оленью шкуру, накрывающую груду веток, корешков и пучков трав.

— Запоминай, — сказал он мне настойчиво, — вот эта травка с такими листочками — единственная, что вбирает изливаемую с небес магическую мощь. А вот эти корешки видишь?.. Как они тебе?

Я ответил глупым голосом, догадываясь, какой ответ ждет:

— Самые обычные. Везде такие.

— А вот и не такие, — сказал он торжествующе. — Эти особенные! Их нельзя класть на металл. Хоть на медь, хоть на бронзу.

— Почему?

— Сразу вспыхнут жарким огнем, — ответил он. — И могут устроить пожар. Проверено! К счастью, растут по сто лет, а силы достигают только на последний. Так что пожары от них реже, чем от упавшей по пьяни свечи… Или вот те высушенные кленовые листья. Все ерунда, за исключением вон того, что просто багряный, но с желтыми жилками. В нем есть сила!.. Правда, не сама по себе, но просыпается в смесях…

Я кивал, слушал почтительно, но за это время из главного дворца вышли и пошли через наш двор глерды высшего ранга: Роднер Дейнджерфилд, Мяффнер, — и я сразу перенес все внимание на них.

Дейнджерфилд все в той же темной одежде и кирасе из черной бронзы, а Мяффнер, советник королевы, по контрасту вроде бы еще меньшего роста, чем на самом деле, толстенький, с пухлым розовым лицом, совсем домашний поросеночек, в то время как суровое и жестокое лицо командующего дышит силою и властью.

— Если вы не сумеете убедить королеву, — донесся настойчивый голос командующего, — то кто?.. А если не убедить, нас ждут беды. Да что там беды — катастрофа…

Мяффнер ответил жалко:

— Понимаю. Но меня охватывает дрожь, как только подумаю, что скажу такое самой королеве именно я!

— Больше некому, — жестко сказал Дейнджерфилд. — Промедление погубит нас всех. Да что нас — погубит королевство!

Мяффнер, растерянный и жалкий, развел руками в беспомощном жесте. В нашу сторону от главного здания заспешил Виллис Форнсайн, чем-то неуловимо смахивающий на Дейнджерфилда помимо одинаковых кирас, поясов и сапог.

Поклонившись командующему, он обратился к Мяффнеру:

— Дорогой лорд-канцлер, я бы хотел взять вон того Улучшателя к себе. Боеспособность армии очень важна, и если сумеет хоть в чем-то ее усилить, хотя очень сомневаюсь…

Мяффнер поморщился:

— Если сомневаетесь…

Виллис сказал торопливо:

— А вдруг?

Мяффнер отпарировал, явно чувствуя себя гораздо лучше в разговоре с начальником охраны дворца, чем с командующим:

— А здесь у него уже. Экономическая мощь не менее важна, чем военная, дорогой глерд. А если честно, то даже важнее, это вы и сами должны понимать. Вы хоть и в охране, но ваш древний род дал королевству ряд и умнейших людей!

Виллис помрачнел, зыркнул на Дейнджерфилда с надеждой.

— Я могу обратиться к командующему армией, дорогой глерд!

Мяффнер кинул косой взгляд на Дейнджерфилда.

— Да хоть к самой королеве. Пока что я не готов вам уступить этого человека.

— А когда сможете? — спросил Виллис настойчиво.

Мяффнер сдвинул узкие, но пухлые плечики.

— Когда не сможет ничего улучшать. Точнее, когда долго не сможет.

— А что вы считаете долго?

Мяффнер ехидно улыбнулся.

— А это уже мое дело, благородный глерд Форнсайн. Я, к счастью, отчитываюсь не вам.

— Действительно, — ответил Виллис недобрым и весьма многозначительным тоном, — к счастью. Но, дорогой глерд, все может перемениться.

Удалился он гордо и с осознанием своей силы и влияния, но Мяффнер проводил его достаточно равнодушным взглядом, словно ни минуты не сомневаясь, что королевство стабильно и ничего в нем не изменится.

— Это он так перед вами зарабатывал себе поддержку?

Дейнджерфилд ответил холодным голосом:

— Скорее, чувствует, что скоро произойдет нечто ожидаемое. И когда оно произойдет… в самом деле очень многое переменится. Доброго дня, дорогой глерд!

— Доброго дня, — ответил Мяффнер.

Они учтиво раскланялись и пошли в разные стороны, но если командующий шел красиво и гордо с видом победителя, то Мяффнер сразу ссутулился, стал еще меньше ростом и не пошел, а потащился в сторону сада.

Я проводил их по очереди долгим взглядом.