Кто боится смерти - Ннеди Окорафор

Я ждала.

– Я не знаю, кем ты станешь. Я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь такое делал. Мы правда там побывали. Посмотри на мое лицо. Это от его кулака! Вряд ли ты разглядела деревни на окраинах Королевства Семи рек, но я-то видел. Мы пролетали мимо мятежных океке, сражавшихся с нуру. И нуру было больше раз в сто. Они нападали и на мирных жителей. Там все горело.

– Пахло дымом, – тихо сказала я.

– Видение защитило тебя, но не меня. Я видел! – говорил Мвита, широко раскрыв глаза. – Не знаю, что это было за колдовство, но ты меня пугаешь. Все это меня пугает.

– Меня тоже, – осторожно сказала я.

– Ты похожа на мать почти всем, кроме цвета кожи и, может быть, носа. Ты ведешь себя как она… и еще есть кое-что. Но теперь я вижу по глазам. У тебя его глаза.

– Да. Это все, что у нас есть общего.

И еще талант петь.

– Твой отец был моим учителем. Это Даиб. Я тебе о нем рассказывал. Из-за него убили моих тетю и дядю, которые спасли меня и вырастили.

Это известие было как удар, словно мама дала мне пощечину, словно Аро меня стукнул, словно Мвита душил меня. Я глотала ртом воздух. «И у моей собственной матери, и у любимого мужчины есть повод меня ненавидеть», – беспомощно подумала я. Им всего-то нужно посмотреть мне в глаза. Я потерла затылок, ожидая, что боль вернется, но она не вернулась. Мвита наклонился ко мне.

– Что из этого ты знала, Онье?

Мне не понравился не только сам вопрос, но и то, как он его задал.

– Ничего, Мвита.

– Этот Сола, о котором ты говорила, это он придумал…

– Это не заговор против тебя. Ты правда веришь, что я подставная…

– Даиб сильный, очень сильный колдун. Он умеет искривлять время, наводить морок, умеет нагонять дурные мысли, а сердце у него страшно злое. Я хорошо его знаю, – Мвита еще приблизил свое лицо к моему. – Даже Аро не мог бы помешать Даибу убить тебя.

– Но как-то помешал, – сказала я.

Мвита с досадой откинулся назад.

– Ладно, – сказал он через некоторое время. – Ладно. Но… и все-таки, Онье, мы почти брат и сестра.

Я поняла, о чем он. Мой кровный отец, Даиб, был его первым наставником, Учителем. Хотя Даиб не позволил Мвите пройти инициацию, он несколько лет его учил. А учиться у кого-то колдовству – это очень близкие отношения, в чем-то даже ближе, чем с родителями. Аро, при всех моих с ним конфликтах, был мне вторым отцом – после Папы, не после Даиба. Аро породил меня через другой жизненный канал.

Я поежилась, и Мвита кивнул.

– Даиб пел, когда бил меня. Дисциплиной и способностью быстро схватывать я обязан тяжелой руке твоего отца. Когда я делал что-то не то или слишком медленно, или неаккуратно, я всегда слышал его пение. На его голос всегда сползались ящерицы и скарабеи.

Он пристально заглянул в мои глаза, и я поняла, что он о чем-то раздумывает. Я тоже стала думать. Чтобы понять, манипулируют ли мной. Всеми нами. С одиннадцати лет со мной происходят события, подталкивающие на определенный путь. Легко представить, что кто-то, наделенный большой магической силой, управляет моей жизнью. Мешало только потрясенное и почти испуганное лицо Даиба, увидевшего меня. Такой человек никогда не станет притворяться, что ему страшно и что его застали врасплох. Его лицо не лгало. Нет, Даиб управлял всем этим не больше, чем я.

В ту ночь Мвита не отпускал меня, и мне не пришлось за него цепляться.