Бог из машины - Яна Горшкова

– Та-ак… Какая интересная схема вырисовывается! – протянула Грэйн задумчиво и добавила с оттенком восхищения: – Ну, Конри, ну, сукин сын!.. Ладно, – наклонившись к Эгнайру, ролфийка бесцеремонно сунула ему под нос флакончик с пахучей смесью, предусмотрительно прихваченной в числе прочей дамской амуниции. Пленник сморщил нос и мучительно расчихался. Грэйн зловеще ухмыльнулась. Все-таки и от вот таких вот штук для чувствительных барышень вроде нюхательной соли бывает прок! – Открывай-ка глазки, щеночек. У тебя есть прекрасная возможность изложить постулаты своего учения. Прямо сейчас. Начинай.

Плененный студент попробовал дернуться, а когда не вышло, молча уставился на свирепую ролфийку огромными глазами. И ресницами захлопал. Не ожидал, должно быть, что сам окажется на месте «подопытных»? Грэйн нахмурилась:

– Парень, давай я кое-что объясню. Отныне ты – пленник ролфийской короны. Это первое. Ваша компания потрошила тут наших любимых кузенов в поисках магии, так? А мы, ролфи, не любим, когда наших кузенов потрошат какие-то посторонние люди. Это второе. Ты сейчас будешь подробно и откровенно отвечать на мои вопросы, иначе поиски магородной железы я начну с тебя. Это понятно?

О благотворном влиянии ролфийских рун на подвижность языков Джона уже знала. А теперь вот и молодой человек доведается. Под их воздействием и не такие пускались в обстоятельные беседы на любые темы.

Нет под тремя лунами абсолютной магии и универсального волшебного рецепта на все случаи жизни – в этом присягнет любой рунный колдун. Все дело в силе – не физической или магической, а стойкости воли и духа. Бывает так, что хоть убейся, хоть всего пленника вдоль и поперек плетениями изрисуй, а ни словечка не выдавишь. А бывает и наоборот: достаточно сделать страшные глаза, показать острые зубы и добавить в голос чуть-чуть рычания – и жертва уже разливается соловьем. Опять же, по большей части ролфийская руническая магия направлена на самого колдуна: к примеру, не позволяет воздействовать на посвященного враждебным силам или же помогает отличить правду ото лжи. Так что руны истины были нужны Грэйн, во-первых, для устрашения, а во-вторых, чтоб пленник совсем не завирался. А говорить он будет и сам. Вот-вот, уже готов, уже рот открывает, не в силах удержать стремление поделиться со злобной ролфи сокровенным и тайным.

– Это, дружок, ролфийская магия в действии. Руны не позволят тебе солгать, – довольная, Грэйн улыбнулась широко и ласково. – Итак. Кто у вас главный?

– Брат Мастер… – выдохнул юноша и тут же добавил, понукаемый страхом и магией: – То есть господин профессор Ардан Лау.

«Великие Духи! Так этот упырь – профессор? – ужаснулась Джойана. – Тогда и вправду ничего удивительно, что здесь студенты – изверги». Было время, когда ролфийка называла Джону «змеюшкой», вкладывая в эту кличку самые плохие чувства к своей пленнице и ко всему народу Проклятых. Эрна просто не видела дух, как это делают шуриа, а если бы могла, то поняла бы, насколько скользкой, ядовитой и воистину «змеиной» была душа брата Мастера.

– И чем же занимается твой господин профессор? – деловито поинтересовалась ролфийка, навострив уши.

– Я не знаю точно… каким-то орудием… разработками… секретными, в лаборатории…

«Лаборатория?» – насторожилась шуриа.

– О как! – эрна Кэдвен быстро облизнула губы и только что ладони не потерла в восторге от собственной невероятной удачи: – Да ты точно подарок, парень! Он-то мне и нужен…

Может статься, конечно, что это – всего лишь совпадение. Мало ли в Ициаре профессоров? А уж секретных лабораторий, верно, и вовсе навалом! Вот, к слову, подвал этот – тоже вполне себе лаборатория, и даже секретная. Однако если сложить все вместе… Грэйн прищурилась и решила пока не отвлекаться. В конце концов, парень может знать и про «архив Аслэйг», раз уж он – ее наследник.

– Где документы, принадлежавшие твоей матери? – резко спросила эрна Кэдвен.

Но юнец в ответ только глаза вытаращил:

– Какие документы?

«Документы?!» Джона едва сдержалась, чтобы не зашипеть знаменитое «Ас-ш-ш-ш!».

«Ну вот! – разочарованно выпятила губу Грэйн. – А так хорошо начал! Но не может же мне постоянно везти, верно?»

– Мимо… – вздохнула ролфийка уже вслух и с последней надеждой вперила суровый взгляд в перепуганные зеленые глаза пленника – может, все-таки врет? И сама себе ответила, не скрывая досады: – Нет, не врет. Когти Локки, это было бы слишком большой удачей… Зато у нас есть еще кое-кто! Ты, – она повернулась к Тиглату, стараниями Удэйна уже облаченного в штаны, но все еще ошалевшего от обилия впечатлений и залитого кровищей, будто на бойне: – Оклемался, боец сопротивления? Поди-ка сюда.

С одной стороны, да здравствуют письма, протоколы, заметки и меморандумы – эти бесстрастные свидетели человеческих добродетелей и пороков. Не было бы их, как тогда припереть к стенке наследившего чернилами негодяя? Как по-другому поймать на лжи и напомнить про обещанное? Пока люди доверяют бумаге свои мысли, пока не торопятся предавать огню самые опасные записи, до тех пор тайное обязательно будет становиться явным. А с другой стороны, разве мало примеров, когда неосторожный взгляд на исчерканный листок губил больше жизней, чем эпидемия чумы? Иных бумажек нужно сторониться, как лохмотьев прокаженного.

– Какие еще документы? Какая такая лаборатория? – не выдержала Джона и набросилась на ролфийку, точно квочка на отбившегося цыпленка: – Во что тебя опять втянули? И вообще, что ты делаешь на территории вражеского государства?

Грэйн сморщила нос и даже попятилась, посматривая на подругу с некоторой опаской. Шуриа, конечно, маленькая и щуплая, но дерется – дай Локка здоровому мужику так кулаками махать! Особенно если графиню Янамари как следует разозлить и раззадорить. И если встает выбор: испытать на себе гнев леди Джойн или же выболтать ей военную тайну… Право, из чего тут выбирать! Соратница отлично понимает цену опасным секретам. Не первый год сама варится в этом котле, так что если с кем и можно поделиться заданием и своими сомнениями по этому поводу, так это с Джойаной. Глядишь, еще и присоветует чего. Поэтому темнить ролфийка не стала. От кого угодно нужно оберегать стр-рашные тайны, только не от Джойн. В конце концов, не один еж вместе съеден, причем в самом недавнем прошлом. А обладатели лишних ушей – господин Тиглат и юный Эгнайр – в этой партии уже не игроки, а фигуры.

– Лаборатория, где разрабатывается секретное оружие, Джойн, – Грэйн вздохнула: – Может статься, конечно, что тут есть несколько лабораторий, но я прямо-таки чую, что все это неспроста. Смотри. У нас есть: некий профессор, он же – лидер этих… – не в силах подобрать товарищам злосчастного студента подходящее название, ролфийка покачала головой, – вот этих, здесь же – господин Тиглат – всем известный террорист-идеолог, создавший на Шанте армию бандитов с идберранскими нашивками. И этот щенок, который, как ты утверждаешь, есть прямой потомок Священного Князя. Конри послал меня в Эббо за некими бумагами, хранившимися у матушки этого парня. Но бумаги успели похитить до того, как я прибыла в Индару. И мы с Удазом… то есть с братом Удэйном, отправились по следу щенка. Так пусть меня повесят, если все это не связано!