Когда зацветет абелия - Ирина Лакина

– Успокойтесь, госпожа. – Зола встала позади и начала массировать мне плечи, умело нажимая большими пальцами куда-то под ключицу, что вызывало прилив тепла по всему телу. – Герцог вернется с минуты на минуту, приведет отца Веласкеса, и мы все узнаем. Уверена, герцог не позволит, чтобы с вами что-то случилось. Если дело примет серьезный оборот – он просто увезет вас из Басконии.

– Не называй меня госпожой, пожалуйста, – я повернулась к ней и с благодарностью посмотрела в глаза, уложив поверх ее рук свои ладони, – по своему рождению ты даже выше, чем я. Мне неловко, когда ты зовешь меня госпожой. Зови просто – Федерика.

– Хорошо, Федерика. – Девушка улыбнулась, по-кошачьи сузив глаза и блеснув белоснежной полоской зубов.

– Побег, говоришь, – я ухмыльнулась, а затем резко встала с места и подошла к высокому окну, – нет. Это выход для трусов и виноватых. Мы знаем, кто стоит за этим. И лично я принимаю его вызов. Он не заставит меня бежать с корабля, как крысу. Ему самому придется уносить ноги.

– Я сразу поняла, что Альваро выбрал правильную женщину, – за спиной прозвучал довольный голос Золы. Я обернулась и увидела, что она улыбается мне, как закадычная подруга.

– А разве такой мужчина, как он, может выбрать неправильную? – спросила я, тут же спохватившись, заметив, как изменилась в лице Зола. – Прости. Я имела в виду, что он очень хорошо чувствует людей, читает их души. Он и тебя тогда выбрал неспроста. Увидел в твоих глазах ум, честь, борьбу. Это все есть и в нем самом. Но…

– Но насильно мил не будешь, – грустно ответила она.

Наш разговор прервали. В коридоре послышались громкие торопливые шаги, и через несколько секунд в гостиную вихрем ворвался герцог, а следом за ним изрядно вспотевший и запыхавшийся капеллан.

– Слава богу! – выдохнула я, с надеждой посмотрев на мужа. Его лицо было на удивление серьезным и сосредоточенным. – Выяснилось, в чем причина вызова?

– Ничего серьезного, госпожа, – тяжело дыша, ответил отец Веласкес, – вас вызывают в качестве свидетеля по делу маркизы де Вильенсо – бедняжки, которую родители вытащили из монастыря с целью помешать вашей свадьбе с королем.

– Что? – Я задумалась, припоминая, о ком идет речь. – Это та самая девушка, которую заточили в монастырь якобы за сношения с дьяволом и испитие крови болотных жаб, а потом отпустили, потому что на их участке тоже зацвела абелия?

– Она самая. Несчастная умалишенная. Девушка больна, у нее видения, она заговаривается, может расхохотаться не к месту или, напротив, зарыдать. А ее отцу нет до нее дела. Его заботит только богатство королевской казны. А еще его терзают амбиции – стать королевским тестем его давняя мечта.

– Но так, если рассудить, то их дерево зацвело раньше, чем наше. Все справедливо.

– Вы правы, – ответил капеллан, – правы. Но разве докажешь это королю? Он крепко брыкается. Маркиза на редкость уродлива, еще и горбится. Поэтому будет суд. Маркиза де Вильенсо и его дочь будут судить за подлог и сделку с дьяволом с целью навредить королю и обманом войти в королевскую семью. Вы, наверное, уже слышали, что люди короля подкупили нескольких человек в окружении маркиза, и те поклялись на Библии, что цветы на абелии в имении де Вильенсо были ненастоящие. Якобы они оборвали все кусты сирени в округе и прилепили их соцветия на ветки абелии с помощью смолы.

– Точно! – воскликнула я, вспомнив визит в монастырь августинок. – Мне об этом одна из монахинь говорила! Но при чем тут я? Если король не хочет – пусть не женится на ней.

Я искренне недоумевала, обводя взглядом всех присутствующих. Судя по всему, какие-то соображения на этот счет были только у Альваро.

– Во-первых, это крючок, на который Филипп хочет поймать тебя. На суде тебе будут задавать неудобные вопросы с целью вынудить тебя признаться в том, что наш брак фиктивный и что ты являешься настоящей невестой короля. А если ты будешь давать показания, отличные от желаемых королем, то из свидетеля превратишься в обвиняемую.

По мере того как он говорил, на меня нисходило прозрение – насколько же он прав! Меня заманивают в ловушку. Скажи я, что подтверждаю слова обвиняемых, – обвинитель тут же сочинит что-нибудь про мои связи с дьяволом и с семьей де Вильенсо. Ибо меня саму нашли в лесу в состоянии амнезии. А если скажу, что маркиз на самом деле жульничал (что вполне вероятно), то вынуждена буду признаться, что истинная невеста короля – я. И уж тут плевать Филиппу будет, что я вышла замуж и что он сам добровольно отдал меня будущему мужу, проиграв в карты.

– А во-вторых? – дрожащим от ужаса голосом спросила я.

– А во-вторых, мы в курсе этой ловушки и подготовимся.

– То есть?

Голова шла кругом от последних событий, и я почувствовала легкое недомогание. Меня слегка повело в сторону, а перед глазами замельтешили мушки. Альваро заметил это и с удивительной для его хромоты скоростью в мгновение ока оказался подле меня.

– Что с тобой? Тебе нехорошо?

Он обнял меня за талию и взял в свою руку мою вспотевшую ладонь.

– Зола, открой окно!

Альваро помог мне добраться до кресла и аккуратно усадил меня в него. Как только комната заполнилась вечерним воздухом, густым от запаха влажной травы и вечерней прохлады, и трескотней сверчков, мне сразу же стало легче.

– Все в порядке. Наверное, это переутомление. И нервы.

– Ты напугала меня. – Он пристально посмотрел мне в глаза, словно пытался просканировать мои мысли, чтобы убедиться в том, что со мной действительно все в порядке.

– Прости.

– Я принесла попить, – справа от меня возникла фигурка Золы, которая сама догадалась сбегать за водой. Я с благодарностью приняла стакан и сделала жадный глоток.

– Итак, если госпоже Федерике лучше, я хотел бы послушать ваш план, – подал голос капеллан. – Я также вызван для дачи показаний по поводу вашего бракосочетания. Они копают под вас, ваше сиятельство. Но, боюсь, достанется всем. Многие головы полетят.

– Вам нечего бояться, господин Веласкес. Венчал нас отец Санчос, а он не подлежит юрисдикции басконских судов. Какой может быть с вас спрос?

– Вы забываете о палачах, которые умеют вытащить из беззащитного человека любое признание. Если им нужно, чтобы я опроверг законность брака, – они заставят меня это сделать.

– И пусть, – спокойно ответил Альваро. – Ради этого вам не нужно терпеть пытки. Немного потяните время, а после скажете то, что им нужно. У меня к вам единственная просьба – сделайте это, изрядно поводив их за хвост. Нам нужно выиграть немного времени.