Последний воин Империи - Анна Гурова

Холмы незаметно кончились, и перед путешественниками простерлась равнина. На ней не росло вообще ничего — ни колючего куста, ни сухой травинки. Неудивительно: ее твердую поверхность, рассеченную миллионами трещин, покрывали серые, белые, желтоватые пятна соли. Солнце здесь палило нещадно, и не было другой тени, кроме той, которую отбрасывали тунгры. Зато никто не мог подкрасться незамеченным, и двигаться по ровной поверхности солончака было легко. На их счастье — потому что Джинган был совсем плох. Он спал на ходу и, если бы не седельные ремни, давно бы свалился под ноги своего ящера.

Развалины древней крепости остались далеко позади. Вдали, на юге виднелся невысокий горный хребет, на карте Джингана не обозначенный.

Накануне Джиган настоял на том, что до вечера надо убраться от черного обелиска как можно дальше.

— Зачем? — ворчала Инги. — Тебе сейчас надо отлежаться и выспаться. А магхары больше сюда не сунутся. Они получили свой урок. Не совсем же они безмозглые!

— Считай это плохим предчувствием, — ответил Джинган. — Нас кто-то ищет. Я это затылком чую.

Инги ничего не чувствовала, как ни старалась. В принципе, искусство Мангхел-Сёрк, которому ее учили, помогало развить в себе предчувствие опасности. Но то ли Инги была плохим учеником, то ли опасность грозила не ей, а одному Джингану…

Призрак летел перед ними, держа курс точно на юг. Он всё так же не умолкал, причитая и умоляя Истинного простить его.

Они ехали через равнину весь день. Краткая остановка на дневной отдых не принесла никакого облегчения. А когда стемнело, задул сильнейший холодный ветер. Вдобавок он поднял соляную пыль, которая разъедала горло. Инги и Джинган заночевали не разводя костер, поскольку жечь тут было нечего, прямо посреди открытого пространства. Положили по обе стороны тунгров, а сами спрятались от ветра между ними, тесно прижавшись друг к другу. Джинган мерз, стучал зубами и трясся, как в лихорадке.

— Только бы на нас снова не напали магхары, — бормотал он. — Хотя бы день провести спокойно… Еще одну такую битву я не выдержу…

— Какое там, «битву», — фыркнула Инги. — Ты даже призрака едва сумел вернуть. А то бы он снова улетел одним демонам известно куда. Нет, теперь пришла моя пора нас охранять!

Накануне она забрала у Джингана нож и повесила себе на пояс. Джинган, впрочем, этого даже не заметил.

— Лучше выспись, — посоветовал он и сам тут же провалился в сон.

Инги вскоре поступила так же.

Всю ночь ей снились какие-то небесные сады, где цветущие деревья росли прямо среди облаков и под облачными кронами гулял, не касаясь ногами земли, то ли Аскель, то ли зеленоглазый юноша из предыдущего сна, — и ей это было совершенно безразлично, потому что она любила обоих…

Вдруг что-то разбудило ее. Инги открыла глаза и приподнялась на локте. Рядом как убитый спал Джинган и сопели тунгры, вокруг простерлось озаренное луной пространство. Равнина поблескивала в ее холодном свете, такая же мертвая и безжизненная, как поверхность Луны.

«Дитя Истинного!» — услышала Инги голос у себя в голове.

И увидела призрака. Он маячил шагах в пяти, расплывчатой белесой тенью.

Инги удивленно взглянула на спящего Джингана.

— Ты чего вылез, Хуссог? — шепотом спросила она призрака.

«Чертог Повелителя где-то рядом! Он зовет меня. Я не могу больше медлить. Я ухожу к нему».

— Как это уходишь? — Инги села. — Тебя послал Джинган?

«Разве ты сама не видишь, что ничтожный спит?»

— Но как же ты освободился?

«Я и не был пленен, — Инги услышала надменный смешок. — Этот хоб думал, что использует меня, а я использовал его. Он, видно, не знал, что мы, соххоггои, магии неподвластны. Он привел меня в эти земли, к Повелителю, и теперь он больше мне не нужен. Пошли со мной, дитя! Припадем к Его стопам вместе! Я знаю, что Он зовет и тебя!»

— Да как же неподвластны магии? — недоверчиво спросила Инги. — А как же… как же Джинган захватил меня в Глориане? Разве не связал заклинанием?

«Нет. Ему помог сообщник-магхар, который напал на тебя сзади».