Рождение империи - Вячеслав Кумин

— Есть, сэр! Флагман эскадры республики Фарбер, фрегат «Беттинбургер» на связи, сэр!

— Поздравляю с первой победой, адмирал Долейн! — восторженно заявил полковник Венергер, командующий фарберской эскадрой. — Это был очень удачный ход!

— Благодарю, сэр, — кивнул Каин, не считая нужным рассказывать, чем обошелся этот удачный ход «Звезде Витима». — Только победа в первой стычке еще не означает победу в целом. Пираты, как видите, несмотря на потери, продолжают движение к планете с тем же рвением, что и прежде.

— Вы правы…

— Вы согласны перейти под мое командование, полковник?

— Вполне, адмирал, вы вольны располагать кораблями республики Фарбер, если только не прикажете пойти на таран! — засмеялся полковник Венергер.

— Об этом можете не беспокоиться, никаких самоубийственных маневров я от вас не потребую. Рискованных — да, но не самоубийственных.

— Вот и отлично. Каков план дальнейшего сражения, адмирал?

— Он прост донельзя, господин полковник, мы атакуем. Цель — крейсер «один»… Он уже немного поврежден нами. Сейчас вам перешлют нашу версию метрии. Получили?

— Так точно, получили… — кивнул полковник Венергер, посмотрев чуть в сторону, на свой тактический экран, и отдав команду своему командному экипажу, чтобы эту версию обозначения взяли за основу.

— Как я уже сказал, он уже нами чувствительно помят, так что нужно постараться окончательно вывести его из игры.

— Тогда чего мы ждем? Вперед!

— Вперед, — кивнул Каин Иннокент.

Четыре тяжелых корабля союзных метрополий кинулись вдогонку за пиратскими крейсерами.

Все рейдеры по-прежнему держались в стороне, то и дело пикируя, имитируя торпедные пуски и заставляя пиратов нервничать. Такими ложными атаками они постепенно усыпляли внимание противников, дескать, и дальше такие же бесплодные атаки будут.

Решив, что внимание пиратов усыплено в достаточной мере, два рейдера все же достаточно сблизились с целями и пустили торпеды. Но, увы, все торпеды были благополучно сбиты еще на дальних подступах зенитной артиллерией.

Между тяжелыми кораблями тем временем шла интенсивная перестрелка болванками электромагнитных орудий главного и среднего калибра, но это пока никому не приносило ощутимых результатов. Требовалось срочно проявить очередную воинскую смекалку.

— Может, возьмемся за пиратские носители, адмирал? — предложил полковник Венергер, выйдя на связь после часа бесплодных маневров и стрельбы. — У нас перевес в рейдерах, а значит, и в огневой мощи… Перебьем их — и им уже просто нечего будет ловить. Сами уберутся.

— Предложение заманчивое, господин полковник, но не забывайте, что на них базируются самолеты. Стоит им выпустить авиацию, и еще неизвестно, у кого будет преимущество в огневой мощи.

— Но нужно что-то делать. До планеты осталось совсем немного…

— Я вижу. По-хорошему нам надо бы дождаться прибытия маненсбетских корветов…

— Но они что-то слишком долго телепаются, — нахмурился полковник Венергер. — Я даже начинаю подозревать их в саботаже… Дескать, мы пришли на помощь, и не наша вина, что не успели.

— Я понимаю, к чему вы клоните, но давайте не будем делать поспешных выводов, — заступился за союзников Каин, хотя сам не понимал их неповоротливости.

— Я постараюсь… но все же свяжусь с ними и потороплю этих черепах.

Пока полковник связывался корветами Маненсбета и промывал мозги их командирам, Каин получил время все обдумать еще раз. Требовалось подкорректировать начальный план боя, поскольку корветы действительно запаздывали, а без них решающее превосходство в силе не достигалось. Артиллеристы опять же стреляли из рук вон плохо, гораздо хуже пиратских, что тоже не учитывалось планом. Им не хватало реального, именно боевого опыта. Нервишки опять же.

«Нужно будет потом устроить им еще несколько интенсивных стрельб», — отметил для себя Иннокент.

— Ну что, адмирал, вы что-нибудь придумали? — вернулся на связь Венергер.

— Похоже, что да! — ответил Каин, которому действительно только что пришла свежая идея.

— Жду с нетерпением.

— Мы устроим им непрерывную карусель штурмовки!

— Что, простите?

— Карусель. Мы будем сближаться с крейсером-жертвой один за другим и устраивать залп за залпом, пока он копит необходимую энергию между своими залпами. В итоге наша точность стрельбы и разрушающее воздействие будут намного эффективнее!

— Хм-м… мне это напоминает тактику действий малой авиации, — пробормотал полковник Венергер. — Впрочем, вы так и предложили.

Каин постарался не измениться в лице, поскольку он в каком-то смысле выдал себя с головой. Действительно, тактика не нова, но ее применяют исключительно авиационные подразделения, как правило, при штурмовке наземных целей. А тут космос, тяжелые корабли…

— Но вы правы, адмирал, это действительно может сработать! Вопрос только в том, кто первый пойдет с открытой грудью на амбразуру…

На Каина тут же обернулся полковник Маркер, и в его взгляде явственно читалось одно: кто угодно, только не мы. Иннокент его хорошо понимал. Действительно, еще одного залпа крейсера они не выдержат, да еще с предлагаемого им критически близкого расстояния.

— Эх! Была не была! Я пойду! — залихватски махнул рукой полковник Венергер. — Но тогда этот крейсер будет записан за мной!

— Не имею ничего против! — поспешно согласился Иннокент.

— Тогда пошли! Делай как я!

Фрегат «Беттинбургер», резко сменив вектор движения, пошел на сближение с пиратским крейсером «один».

— Чего вы ждете? За ним! — приказал Иннокент полковнику Маркеру.

— Да, сэр… — кивнул командир корабля.

Маркер против такого маневра вторым номером ничего не имел и отдал соответствующие распоряжения штурманам, после чего «Звезда Витима» последовала примеру «Беттинбургера». Далее пошли в своеобразное пике корветы «Брувджук» и «Дайнгад».

Фарберский фрегат получил залпы не только от крейсера-жертвы, но и от «третьего», шедшего в стороне и среагировавшего достаточно быстро, чтобы не дать «Беттинбургеру» спрятаться в мертвой зоне своего собрата. Но ничто не помешало фрегату отстреляться.

Хватило одной штурмовки, чтобы вывести пиратский крейсер «один» из строя. Залпы четырех кораблей, произведенные один за другим почти в одно и то же место, сделали свое дело, уничтожив почти все орудийные батареи корабля. Теперь он практически не представлял собой опасности. Пятидесятки и зенитные пушки можно в расчет не принимать. «Первый» стал не более чем самоходной баржей (чем он, к слову сказать, раньше и являлся), и можно было заняться крейсером под номером «три».