Сны голубого цвета - Доминика Арсе

Оказалась я лежащей на траве. Вернее часть моего тела была на ней, голову обнимала Глория и всхлипывала, вероятно, после недавней истерики.

Сжав ладонь, ощутила холодный металл. Не успела возрадоваться, что все получилось, тут же накрыла тревога. Дернулась, высвобождаясь из объятий.

— Живая! — Ахнула Глория.

Я приподнялась, пытаясь сообразить, в чем собственно дело и что пропустила. А посмотреть было на что. Мне бы и одной только зареванной Глории с растекшейся краской на лице хватило. Но не тут — то было. Вокруг валялись изрубленные трупы не то собак, не то людей. Шпага сыщицы так и осталась торчать в одном из них. Неподалеку от нас я увидела живого деда, тот смотрел на меня расширенными глазами с таким выражением, будто увидел кого похуже оборотней.

Спохватившись, убедилась, что одежда на мне прежняя. М — да… надо было хоть в спортивный костюм переодеться. Колготки в дырках, и это не самое страшное. Меня чем — то красным… Мамочки! Да это же кровь!

— Что случилось?! — Не смогла сдержать эмоций.

Как так вышло, что время так быстро скакнуло к утру?! По заранее продуманному плану я должна была провалиться в сон на минуту и торжественно явить автомат.

— Ты упала. Ну, я это… за тобой. Ну вот, такие дела, — промямлила Глория. — В общем, чудом меня не покусали.

— Билась, как львица, — подал голос дед. — Всю стаю зарубила.

— Это я со злости, — попыталась оправдываться женщина. — Они сами все под шпагу лезли.

— Эх, кого ж королева — мать наша пригрела, — произнес кучер задумчиво.

— Заткнулся бы ты лучше и вторую лошадь искал, осел старый, — бросила Глория, наполняясь некой жизненной энергией и явным позитивом. — Аты, ведьма мелкая, объясни старой, потрепанной жизнью женщине, как ты на ногах стоишь, упав с такой высоты?

Пожала плечами, пытаясь спрятать агрегат. Таблетки я увидела рядом с ногой Глории, но не решилась еще за ними нагибаться.

— Я ее бездыханное тело два часа тут оплакивала, а она просто плечами пожимает!

— Взвинтилась та.

— Не нагоняй страстей. От силы минут пять, — брякнул дед явно распоясавшийся.

— И нашли крестьяне стаю дохлых собак и тело одного старика. Некогда довольного острого на язык, — прогнусавила сыщик и поднялась.

— Все, понял, госпожа, молчу.

— Вот и молчи. Олеся, а что это у тебя за штуковина? Неужто оборотни и эту хрень приволокли?

— Не, не. Это мое. Эм… волосы завивать, — выпалила, не успев придумать лучшего объяснения.

— А, ну ладно. Ты как? Можешь идти? Или дед тебя понесет.

— Ой, госпожа, спина, — простонал кучер и бодро поковылял прочь. — Пойду колесо поищу.

Таблетки прихватила, воспользовавшись замешательством Глории. От громоздкой пачки избавилась, вытащив пластины с антибиотиками и засунув их во внутренний карман пиджачка, который валялся неподалеку. К счастью, кровью не заляпанный. Немецкий автомат, что оказался на редкость тяжелым, я перекинула через плечо за ремешок, как сумочку наперевес.

Острое желание уйти с побоища вскоре возникло и у меня. Стараясь не смотреть под ноги и не дышать, я выскочила на дорогу вслед за дедулей. Несмотря на то, что особо не всматривалась, быстро пришло понимание — тут лежит вся стая, или по крайней мере большая часть. Как умудрилась перебить всех Глория, для меня остается загадкой. Помню с нашей первой встречи, как угрожала мне, акцентируя, что у нее серебряный клинок. Наверное, это сыграло свою роль. Оборотни ведь боятся всякого такого, насколько я из фильмов знаю.

Быть может все дело в эффекте неожиданности. Оборотни даже подумать не смели, что женщина бросится на них. Или они чересчур сильно отвлеклись на упавшую меня?

Из этого всего можно сделать вывод: Глория совсем не проста, как кажется. В общем, та еще ведьма.

Кучер починил колесо довольно быстро. И мы отправились в путь, как ни в чем не бывало.

— Поехали обратно? — Ныла я, думая о Жаклин. — Ну, Глория.

— Нас явно задерживают, значит игра стоит свеч! — Бодро отвечала следователь, настаивая на своем.

И накаркала! Карета резко затормозила. Кучер влетел в наш салон, будто это ловкий циркач — мальчишка лет двенадцати. Следом залетела стрела и воткнулась в оконную раму, чудом не зацепив старичка.

— В лошадей попадешь, морда! — Раздался отдаленно знакомый голос. — Выходите без оружия с руками на виду. Мы вас не тронем! Нам нужны только ваши драгоценности и лошади. Смелее дамочки, на выход!

— Вот же встряли, — прошипела Глория, едва выглядывая через окошко. — Надо было прикончить тех засранцев, когда была такая возможность. Я ж бодрая, сетовала на детскую впечатлительность. А теперь эти хмыри целую банду привели.

— Детская впечатлительность, говоришь? — Фыркнула я, нащупывая автомат. — Психику мою пожалела?

Я вдруг поняла, что меня все это достало, до кома в горле. Я готова была рвать и метать, лишь бы скорее добраться до этого чертового монастыря и вернуться к Жаклин.

Подруге плохо, а от меня почему — то все встречные и поперечные чего — то хотят!

Стрелковому делу я не обучалась. Но в фильмах видела, как отводят штуковину сбоку, чтобы передернуть там что-то или взвести.

— Решила сразить их своей красотой, милочка? — Решила подколоть Глория, заметив мою возню. — Тебе даже кудряшки сейчас не помогут, лохудра и то красивее будет.

— Я все не пойму, чего ты ко мне прикапываешься? — Взвинтилась в ответ. — То ведьмой зовешь, бросая где попало, то слезы льешь, кидаясь на стаю мутантов. Что-то не пойму тебя, дорогая моя тетя.

— Ты поговори мне еще, — бросила сыщица с кривой ухмылкой.

— Эй! — Раздалось за стенкой кареты. — Время на раздумья кончилось! Выметайтесь, или подожжем карету!

Я вышла первой с автоматом на перевес. Глория нехотя за мной. Старик остался в карете, видимо, слишком испугался. М — да… банда вывалила на дорогу человек в двенадцать. По бокам из кусток выглядывали морды и позади еще четверо стояло. Пять стрелков, остальные кто с чем, все колюще — режущее. Хари немытые, заросшие и наглые, торжествующие.

— Что выдра? — Показалась знакомая бандитская морда с ножиком, обращаясь к Глории. — Теперь — то есть что вякнуть?

— Поздно я твоему папочке причиндалы отрезала, — бросила Глория.

— Вяжите их, — прошипел бандит, кривясь.

Глория со звоном вынула шпагу.

— Давайте, подходите, сынки! — Раззадорилась женщина. — Мамочка сегодня добрая, всем хватит. На шпаге еще кровь оборотней не остывшая. Всех щенков псами нечестивыми сделаю!

— Да пристрелите уже ее! — Раздалось из толпы вымученное.

Я с трудом, но отвела затвор до упора. Холодный металл выскользнул из пальца в конечной точке, возвращая механизмы. Щелчок заставил Глорию вздрогнуть.