Михаил, Меч Господа. Книга 2. Подземный город Содома - Гай Юлий Орловский

Она ответила растерянно:

– С шестью невозможно… с двенадцатью еще невозможнее… Но ведь крылья… Какой же ангел без крыльев?

– Если ангелы передвигаются моментально, как сказано в священных книгах, то при чем тут крылья? Они только для опоры о воздух, как сказал великий Нестеров. Хотя птицы открыли его закон еще раньше, но промолчали.

Она спросила шепотом:

– Тогда… зачем они?

– Птицы?

– Крылья!

– Это не крылья, – сообщил Азазель назидательно, – это знаки отличия. Лычки, как говорит здешняя интеллигенция на диванах. Не для полета! Это чтоб отличать майора от полковника.

Она с облегчением заулыбалась:

– Клево! В самом деле звучит клево. Я чуть было не поверила, вы оба такие серьезные-серьезные…

– Это Мишка серьезный, – сообщил он. – И вообще положительный. На него что ни положишь, то и везет. А я вот непостоянный, потому что творческая натура, идет на барабаны моя шкура!.. Я даже петь умею! Хочешь, запою, так запою?

Она сказала испуганно:

– Азазель, пощади!

Михаил не стал дожидаться вечера, Синильда улыбалась так ласково и таинственно, что, когда посмотрела на него как-то особо и медленно направилась по направлению к его комнате, он поднялся и, как завороженный, пошел за нею.

И весь день прошел, как в сладком чарующем тумане. Он наслаждался покоем, раскинувшись на роскошном ложе, а Синильда сидела рядом и, держа в руке огромную гроздь прекрасного винограда, дразняще кормила его по одной виноградинке и дольками апельсина.

Быть человеком, мелькнула крамольная мысль, вообще-то прекрасно. Если удержаться на светлой стороне, как вот удается Синильде и что очень трудно для остальной массы потомков Адама, среди которых практически все потомки Каина, убийцы родного брата, что с той поры никак не удается вытравить из людей.

Синильда спросила заботливо:

– Ты чего нахмурился? Что-то не так?

– Все прекрасно, – заверил он торопливо. – Просто подумал, почему не всю жизнь так?

Она светло улыбнулась:

– Наверное, чтобы оттенить такие дни?

Он задумался, а она сбросила халатик и, скользнув к нему, прижалась всем телом.

– Не думай о серьезном. Просто живи.

Утром она умчалась в свой дизайнерский центр, где проходит обучение на строителя небоскребов, Азазель закрыл за нею дверь и сказал с тоской опечаленному Михаилу:

– Здесь жизнь бурлит, а мы все не успеваем!.. Нужно отыскать и покарать Братковича, что организовывал покушения, но когда нужно выбирать между наказанием этой мелкой сволочи и спасением мира…

– Ты его еще покараешь, – утешил Михаил, – ты злобный и мстительный, я тебя знаю.

– Спасибо, – сказал Азазель серьезно, – а знаешь, что только мстительностью человек отличается от зверя? Ни один зверь не мстит, а человек и через годы может ударить в спину… Немстительный человек уже не человек, а так, жывотное…

– Спасибо, – сказал Михаил, – что предупредил насчет удара в спину.

– Ого, – проговорил Азазель с интересом, – уже и язвить научился? Быстро развиваешься, Мишка. Ладно, надевай штаны, а то пора звать Аграт.

Михаил проговорил с тревогой:

– А нам Бианакита мало?

– Он прост и честен, – пояснил Азазель, – как вот ты, а она злая и хитрая! Тебе понравится. Ну что тебя так передергивает?.. Где ты видел женщин другого типа?.. Она впишется в нашу команду. А если нет, то удушишь ее втихомолку, только и делов!.. Тебе же нравится душить демонов? Заодно и удовольствие получишь.

Михаил возразил с достоинством:

– От этого нельзя получать удовольствие!.. Убийство – крайняя мера. И прибегать к нему нужно со скорбью и очищающей душу молитвой.

– Ладно, – сказал Азазель, – души без удовольствия. Сейчас вот вызову, я же обещал, а ты хватай и души.

Михаил сказал с сердцем:

– Порталы в ад делаешь легко, не бреши насчет неимоверных усилий. Вот из-за таких оттуда и прут в созданный Господом мир!

– К счастью, – ответил Азазель, – таких немного. Сами демоны не могут, это точно.

– А кто может?

– Ангелы, – сообщил Азазель. – И то не все, только самые могучие. Вот и ты… если, конечно, поймешь как.

Михаил отшатнулся:

– Да ни за что! И пробовать не стану. Закрыть бы лучше все щели…

Азазель сосредоточился, вперил взгляд в пустоту. Михаил не двигался, Азазель после паузы вытянул руки и, погрузив пальцы в нечто невидимое так, что они скрылись полностью, ухватился там, судя по напряжению мышц, и с силой потянул в разные стороны.

Из трещины пахнуло морозным холодом, следом протиснулась Аграт, снег на голове и плечах, сосульки свисают с локтей. Портал закрылся сразу, как только Азазель выпустил края из рук, а сама Аграт с облегчением вздохнула, выпустив изо рта большое облако пара, тут же превратившееся в снежинки, что моментально растаяли.

– Долго же ты…

– А ты чего в Шеол забралась? – спросил Азазель. – Я тебя со вчерашнего вечера искал, вон Мишка не даст соврать! Правда, Мишка?.. Видишь, молчит, а молчание у людей знак согласия, странно, да?

– Пришлось побыть и в Шеоле, – ответила она недружелюбно. – Не все делается по нашей воле.

– Иди в ванную, – распорядился он. – Обсушись, а то с тебя течет, а у меня ковры, ковры… Можешь даже помыться сперва, хотя ты же как-то мылась лет семьсот назад, помнишь?.. Или это мы просто реку переходили?

Она фыркнула и, даже не поинтересовавшись, где здесь ванная комната, ушла в нужную сторону, то ли знает, то ли женщины такие места нутром чуют.

– Женщине перед постелью нужно принять ванну, – сказал Азазель Михаилу тоном знатока, – а нам достаточно принять стакан коньяка.

Михаил проводил взглядом ее эффектно вздернутые ягодицы в черной коже брюк, спросил тихонько:

– А почему с нею… так грубо?

Азазель ответил хмуро:

– Слишком своенравная и никому никогда не подчинялась. Когда ее пытались принудить, сумела развить в себе способность так скрываться в том же аду, что найти даже лучшим из следопытов не удавалось. А если ищейки были слабее, просто убивала.

– Понял, – сказал Михаил. – Перестали искать?

– Точно. Посылать нужно тех, кто сильнее беглянки, а таких не так уж и много во всем аду. А кто и правда сильнее, у тех дела поважнее. Потому искать перестали.

– А кто искал?

Азазель пожал плечами:

– Да кто только не пытался… Сперва родня, племя, клан, потом владыки Уровней Ада. Но когда убила троих ищеек самого Гзар Дина, обитателя Зала Вражды и властелина Шеола, все поняли, что лучше на нее махнуть рукой… Но ты не трепещи, не трепещи!.. Она будет в нашем отряде хорошим компаньоном.