Невеста поневоле - Доминика Арсе

— Смотрите, — прошептал барон показывая наверх.

Из пещеры, что этажа на четыре выше, посыпались камни чуть ли нам не на голову. Рыцари расступились. А меня Оливер за талию подхватил и переставил, как маленького ребенка.

Оттуда показались рыцари. Сразу нас не заметили, видимо ошалели от просторных видов. С их — то ракурса все сразу видно.

— Эй! — Горланит Анатолий. — Мы внизу!

Ощущаю на уровне энергетики колебания в пространстве. Оборачиваюсь, туман с края балкона нашего наплывает плотный, белый. Струйками тонкими тянется вперед, словно спрут. С самого потолка тянется, будто перетекает к нам. Смотрю на него, а он вдруг остановился, будто ожидает чего — то.

— Что у вас! — Кричит барон. Туман дергается и снова начинает движение.

— Мы графа нашли! — Кричат в ответ. Эхо разносится хорошо. Смотрю на туман с опаской, а от него хвостик с потолка и к той группе тянется.

— Будьте осторожны!

— Знаем, графа уже покусали! Но мы вовремя подоспели, нужно вызволять лорда, у него жар!

— Троих в сопровождение! Остальные к нам! — Кричит барон.

А туман уже окутывает нас первой дымкой.

«Тише…», — раздается в моем сознании. Мурашки по спине резвятся от таких вторжений в мое сознание.

Рыцари тоже заметили неладное. А я вдруг поняла, что мы только что сделали не так!

— Нельзя лорда в замок! — Визжу, как резаная, уходя от тумана.

— Ровель! — Взревел Анатолий, которого тоже осенило. — Нельзя графа в замок! Свяжите его!! И не снимайте доспехов при подъеме!!

«Тише…», — снова раздается в моем сознании, но с большей настойчивостью.

Из пещеры сверху уже никто не отвечает. Ушли… Барон набирает воздуха, чтобы покричать еще. Тонкая струйка окутывает его голову!

Отскочила. Рыцари, недоумевая, отошли. А барон звучно втянул воздух, будто что — то мешает, и свалился. Протяжно втянул туман, словно задыхаясь от нехватки кислорода. Стал дергаться, руками махать, пытаясь стряхнуть его. Но все попусту. Рыцари шарахнулись от тумана, словно от ядовитого газа. Их охватил ужас.

— Что это?! — Не выдержал Гекар, и струйка тумана дернулась и в его сторону. Но рыцарь спешно отступил еще, не давая прикоснуться к себе этому существу.

Вскоре тело барона полностью накрылось облаком. И я уже не видела, что с ним творится. Животный ужас поглощал мои здравые мысли, оставляя лишь инстинкт самосохранения!

Даже рыцари забыли о боевой выучке и порядке, отступали от надвигающегося тумана, не оборачиваясь назад, шли прямо к пещере, где были найдены страшно поеденные трупы. Таков страх перед неведомым, что позабыли о других опасностях!

Никто больше не издал ни звука, и туман стал нехотя отступать, обнажая нам неподвижное тело барона. Ничего особенного с ним не случилось, глаза просто закрыты, спит?

«Я же просил тише», — раздалось снова.

— Ни звука, — шепчу рыцарям. — Оно реагирует на шум. Зажгите факел, нужно отогнать его.

Я вдруг поняла, что если мы не покажем свою силу этому туману, он нас поглотит! Все боятся огня, и оно должно тоже его опасаться!

Стук кремния, треск. Факел загорелся и был вручен мне смелым Оливером. Пошла вперед на белый сгусток с факелом на вытянутой руке.

— Миледи, — прошептал с опаской Наэль. — Не стоит злить это существо, порожденное древней магией.

Но я решилась на действия. Махнула раз, ощущая, как туману неприятно… второй. Он стал отступать, нервно дергаясь. Живой, значит. Ну давай, тварь, вкуси величайшее достижение человечества. Огонь!

Злюсь еще больше. За что ты напала на Анатолия, тварь?!

«Я просто просил тишины», — раздалось с обидой.

«Уйди», — говорю в ответ мысленно. Уходит…

Рыцари опомнились, подбежали к Анатолию, стали пульс щупать, тормошить.

— Он не дышит, — констатировал Лестор, едва не плача. — И сердце не бьется! Что ж мы…

— Да кто ж знал, что отогнать могли, — буркнул Гекар. — Миледи только…

— Что? — Фыркнула, замечая, что туман снова начинает возмущаться. Он ведь от звука бесится. А я не могу сдержать возмущения: — Трусы несчастные.

Не ответили рыцари, стыдно, горько им.

А мне искренне жаль Анатолия. Удушил его туман. И эти стоят, как бедные родственники. Лишились командира по тупости. И тут меня осенило! Вспомнила уроки школьные по безопасности жизнедеятельности. Его же можно попытаться откачать!

— Снимите нагрудник с него, быстро, — рычу на оторопевших товарищей.

— Рыцарь Анатолий был славным воином, — выдал Лестор, шмыгая. — Нельзя трогать его доспехи. Придадим огню…

— Заткнись, — гаркнула, да так, что туман снова замер в процессе возврата на потолок, трясясь от негодования. — Выполнять!

Оливер подошел и одним рывком сдернул половину нагрудника. Тело Анатолия встряхнулось хорошенько.

— На соплях держался, ремни уже старые, — зачем — то решил оправдать себя здоровяк. Сдернул небрежно, да Бог бы с ним.

Передаю факел блондину, киваю на туман, сторожи полуэльф, раскусила я тебя. Прыгаю на барона прямо сверху. Вспоминаю уроки первой помощи. Ладонь в район сердца, вторую сверху. Руки прямые, корпусом толкать. Раз! Два! Три!.. И пошла работать быстро, выдерживая такт. Никогда не практиковала. Но вроде правильно. Уже не думаю ни о чем другом. Лишь бы ты родненький вернулся в этот мир. Двадцать шесть! Двадцать семь! Двадцать восемь! И не злюсь на тебя за твой острый язык и грязные шутки.

Перехожу на искусственное дыхание. Вдыхаю поглубже, нос ему зажимаю. Губами к губам. Борода колючая! Выдох! Еще! Еще! Теперь снова руки к сердцу… Раз! Два! Три! Быстрее, еще быстрее!

Снова воздух! Голова уже кружится, но я упорная!

Перехожу на сердце. Давай! Давай! Раз! Два! Три! Импульс… искорка будто в грудь прошла шестым чувством ощутимая.

Протяжный вдох! Живой! Барон выгнулся так, что я полетела в сторону. К счастью, упала на мягкий мох. Меня поднял Наэль, взгляд ошарашенный. Но кивнул с осознанной благодарностью. Смотрю, барона облепили, обнимают товарища, с того света вернувшегося.

— Это миледи…

— Валерия…

— Целительница наша…

— Теперь я знаю, почему миледи пользуется таким спросом, — прохрипел барон свою грязную шуточку. — Ваш поцелуй дарует жизнь. А что будет…

— Побойся владыки, так шутить! Ха — ха — ха, — смеется Гекар.

Опять он за свое. Стою едва на ногах от бессилия, и прибила бы, и радостно, и страшно. Туман с потолка посматривает на нас с досадой. И не убил, и чуть не подожгли. А нечего тут нас затыкать!

Для рыцарей я сделала чудо, или магию сотворила. Они ж не привыкли к таким смертям. Мечом, стрелой, колюще — режущими. В груди защемило. Про деда Долтана вспомнила, что ж я курица рассеянная его не попыталась откачать тогда!