Невеста поневоле - Доминика Арсе

Спустились ниже, переход стал шире, потолки метра под три. Запищали недовольные крысы, сжалась, вспоминая замок Юджина. Над ассоциациями психологу бы поработать… Арлен под руку взял, заботливый. За стеной раздались вопли. Отшатнулась.

— Не стоит беспокоиться, миледи, простая пыточная, — пожал плечами граф, и заметив мое негодование добавил: — Императорского лазутчика поймали.

Руку отдернула, трусливый садист пытается оправдать себя. Поспешила вперед, разгоняя многоножек и опарышей.

Крики боли разразились с новой силой. Пытаюсь распознать голос, моля Бога, чтобы это не был голос Милана. Если бы он не пытался воздействовать на меня магией, наверное, я бы могла назвать его другом.

— Ну да, пыточная во дворце размещена, — продолжает лепетать граф, поравнявшись со мной вновь. — Ну а как? Многие лорды так делают. А если ночью преступник заговорит, чтобы не облачаться и не идти далеко в ночи, все, так сказать, под рукой.

От такого цинизма у меня уже и слов не нашлось.

Запах сырости, плесени и крысиного помета сопровождал нас до момента пока не вышли в земляной тоннель, который был обит трухлявыми и давно сгнившими досками. Теперь запахло землей. Вспомнила червя с Поляны миров, от чего еще сильнее передернуло.

Двинулись по норе, земля под ногами рыхлая, вскоре пошла жижа. Сваи покосившиеся, горки земли насыпанной посреди тоннеля. Идем, пригибаясь, рыцари латами скрипят, под нос ругаются. Высота варьируется от полутора метра до двух. Некоторые участки приходится раскапывать. Чем дальше иду, тем страшнее.

Шли так по прямой очень долго, минуя трухлявые укрепления и горки земли. Еще не дошли до Друма, а я уже вымоталась. Вспомнились слова рыцарей. Я — обуза. Встряхнулась, активировалась. Ну нет! Чтобы они потом смеялись, мол «мы ж говорили».

Выход оказался для меня полнейшей неожиданностью. Просто повернули и увидели прорывающийся свет в конце тоннеля. Вышли из пещеры, заросшей кустарником и оказались в лесочке, что рос на пригорке. Сразу и замок с поднятыми мостами, как на ладони и прибывающие войска со всех сторон. Четыре ряда скудненьких деревьев отделяют нас от чиста поля, на котором палатки стоят.

— Пригнитесь, — гаркнул бородатый и упал на траву. — Разъезд маркиза Клавдия.

— И эти пожаловали, интересная будет сеча, — усмехнулся здоровяк, прячась за кустом.

Стали отползать. Заметила одну деталь, что меня дико возмутила.

— Почему никто не взял луки?! — Рычу. — Я ж сказала!

— Простите, миледи, лук — оружие неблагородное, — произнес деловито один из рыцарей.

— В войне нет благородства, — произнес блондин, посматривая на меня с легкой улыбкой.

Прошли лесок и двинулись дальше к ближайшей деревне. По словам графа с нее по прямой до храма. Построились и пошли деловито. Мы с графом в середине, а вокруг нас рыцари, закрывая ото всех любопытных.

Прошли метров сто плотным строем, пока не раздалось угрюмое:

— Всадники к нам, пять легковооруженных, разъезд Леонида.

Как они определяют?! Видимо, профессионалы своего дела.

Между железными спинами увидела, что конница стала резко уходить в другом направлении. Потому что с другой стороны появились другие всадники, штук двадцать! И они погнали тех, не обращая внимание на нас.

Так и дошли до деревни, шарахаясь то от одних разъездов, то от других… Похоже людей Клавдия интересовали лишь войска Леонида. А рыцари графа оказались не у дел.

В деревне нашли двух лошадей. Я с графом в обнимку, и бородатый рыцарь поскакали вперед. Рыцарь оказался целым бароном Анатолием и предводителем нашего сборного отряда. Наглый и шустрый. Успел обронить несколько пошлых завуалированных шуточек, не иначе, как в мой адрес. Продолжил гнуть свою дерзкую линию, насмехаясь над тем, что женщина не на своем месте сейчас.

Добрались до круглого пруда в небольшой низине. Иллюзию я оценила, распознав вчерашнюю арку. Вокруг зеленые пригорки, вдалеке лесок, чуть левее крыши домов какой — то деревеньки. А тут тишь, да гладь.

Слезла с коня, не давая Анатолию поухаживать за мной. Это быдло не заслуживает моего внимания. Все больше и больше бешусь от его ухмылки.

Подошли к краю. Граф уверенно направился к воде и стал погружаться в ровную гладь, не беспокоя воду. Иллюзия подтвердилась. Нырнула следом, опережая оторопевшего рыцаря. Когда мы спустились вниз, он только начал спуск.

— Оставил знаки для отряда, — ответил с виноватой улыбкой. — Что тут у нас?

Игнорируя его вопрос и отбирая факел, нырнули в арку. Граф без малейших опасений, а я уже в готовности материализовать свой лук. Давно его не использовала. Надо бы потренироваться… на ляжке Анатолия к примеру.

В помещениях тихо догорают свечи, но большая часть уже потухла. Ни души, ни звука. Иду с опаской, легко вспоминая вчерашнюю дорогу. Дошли до зала с распахнутой дверью в Друм. Арлен вдруг рассмеялся как невменяемый и помчался к ней.

— Граф, стойте! — Кричу.

— Земные боги! Я знал! — Только и услышала. Нырнул вовнутрь, идиот.

Рыцарь за ним дернулся. Хватаю за руку. Остановился, на меня посмотрел вопросительно. Вблизи рассмотрела его лицо и ужаснулась от настолько глубоких шрамов.

— Ждем отряд, — произношу с опаской.

— Сюзерен же, — пожимает плечами.

Вижу ведь, не хочет идти. Не подвержен этим суевериям и в секте не состоял. А граф, похоже, одержим этой дверью давно… Вчера, видимо, не увидел из — за того, что сам обкурился.

— Анатолий, прошу вас, не оставляйте меня одну, — решила надавить иначе.

Остался, скрипя зубами. Ждали отряд часа полтора. За это время я вслушивалась в эту черную дыру, ходила по помещениям секты, собирала уцелевшие свечки, добавляла света в зале, как могла. Барон смотрел, как на одержимую.

— Почему так долго! — Гаркнул Анатолий, встречая своих. — Вы что? Сцепились?!

Сама увидела, что у рыцарей доспехи посечены, кровью забрызганы, волосы разлохмачены, глаза бешенством поигрывают.

— Сцепились, — подтвердил один из первых подошедших рыцарей и усмехнулся горько как — то… — Надо было шлема брать. Меня по голове нормально приложило.

— Нарвались на отряд Клавдия, затребовали оружие сдать и в лагерь проследовать, лазутчиков в нас увидели, — начал рассказывать рыцарь, что на вид казался мне довольно молодым. — Но мы — то на задании. Пришлось зарубить отряд. Человек сорок положили, дюжина ушла.

— Сколько?! — Взвинтился Анатолий.

— Да все там были необученные, солдаты еще зеленые. Оливер больше всех зарубил, — ответил молодой, кивая на самого большого рыцаря, у которого доспехи изрублены чуть ли не на полоски, а один наплечник вообще висит неестественно, будто на одной петельке. Вот — вот свалится.

Ощущая на себе мое внимание, Оливер его дорвал скрипящей перчаткой и бросил на пол. Посмотрел на меня и подмигнул деловито, засмущалась, как маленькая, отвернулась. Тянет меня к большим мужчинам…