Невеста поневоле - Доминика Арсе

Перекинул через плечо и понес. Выдержала полчаса, взбрыкнула. На ноги встала, пошла неторопливо.

Под руку взял настойчиво.

— Валерия, я вас не брошу. Поймите одно. Я пошел на измену ради вас. Это должно о чем — то говорить?

Киваю и улыбаюсь счастливой улыбкой. Тебе теперь не сладко придется? Какое счастье. Граф узнает, что ты его на меня променял и нагрянет в твое поместье или замок с целым войском. Вот тогда — то ты запоешь, колдунишка несчастный.

— Вы голодны? — спрашивает, замечая косулю. Та тоже нас заметила, сглотнула и глаза вылупив, замерла.

Мой лук в руках Юджина возник мгновенно. Косуля рухнула тут же.

Магический костер, свежая дичь, и мы кушаем, смотря друг другу в глаза. Он с любовью, я с ненавистью и благодарностью. Кормилец мой ненаглядный. Такую вкуснятину! А то хлеб да фрукты всю дорогу, пока в карете гнали.

— Я знаю, что ты дочь высокого лорда из Заморья, это очевидно, в твоем стане порода, на лице высечен древний род, — поет виконт. — Но не думай, что мне нужно от тебя только это. Для меня ты богиня, будь ты крестьянкой или простой девушкой с кухни. Стоит завести с тобой беседу, и все становится на свои места.

Улыбаюсь. Давай поговорим, сволочь, только верни мне дар речи, собака ты такая.

Вскоре я уже не могла слушать его признания. Прикладываю палец ко рту, чтоб замолчал, а он не унимается. В итоге подошла к нему и заткнула ладошкой рот. А он поцеловал ее.

Отдернулась. Вытерла о платье. Киваю, мол, что дальше.

Три дня плутали по лесу. Пока не наткнулись на деревушку в лесу. Странные там оказались люди. Молчаливые, хмурые, старые. А Юджин их, похоже, знает. Связал меня по рукам и ногам их веревками и решал свои вопросы в коморке отдельно от меня…

Вышли к реке. С острым желанием утонуть, я ринулась купаться. Юджин воспринял это позитивно. А речка оказалась не глубокая, а дно каменное. Окунулась прям в одежде, крышу частично снесло, вот и решила изобразить оторву. Юджин не полез, деликатно подождал на берегу, пока я плескаюсь. Личико умыл только.

А я не просто купалась, разведывала. И еще незаметно оторвала пару кусочков своего платья и пустила по течению. Мало ли, Милан увидит. Я его простила, все его прегрешения, лишь бы нашел меня, вернул мне голос, потому что думаю, он тоже маг. И скажу ему, что отхлебнула из того бокала ядовитого!

Деревья стали вышел, стройнее. Растут протяженными клочками вдоль речки и оврага. Все в гору пошло, всюду валуны, вросшие в землю, тропинки узкие. Рельеф сложный и выбивающий из сил. Шаг в сторону и можно катиться вниз до места, где шли два дня назад…

Юджин тяжело дышит, у него на плечах наше мясо, вода в кожаном бурдюке, что у деревенских приобрел. А я налегке, иду, ноги заплетаются. Вот если сейчас упаду, он уже ничего не сделает. Разве, что надругается от злости. Хотя… сил и на это не хватит.

Впереди показались люди. Они спускались с пригорка и шли нам навстречу. Лошадь с поклажей и четверо мужчин. Я не сразу разглядела в них эльфов. Вот только эти оказались высокие, белобрысые и будто братья все. Красавчики голубоглазые. Одеты, как вольные наемники, луки за спинами, кинжалы, у одного меч с симпатичной белой рукояткой.

Виконт посторонился и меня отодвинул деликатно. Эльфы с подозрением посмотрели на нашу парочку. Пошли медленнее.

— Мир братьям, — пропел виконт. Эльфы притормозили, пристально посмотрели на Юджина.

— Полукровка, — бросил брезгливо тот, что с мечом.

Эльфы тут же расслабились и пошли дальше, минуя нас. Юджин призвал лук и расстрелял всех в спину. Стою, трясусь, глотая ком в горле, и проклинаю этого подлого урода, который забрал коня, меч с белой рукояткой и больше ничего. И стоило за это убивать?! Предложи им любое из моих колец, снятых в страхе, что они зачарованы.

В гору пошли не на лошади. Пожалел животное, видимо. Но только началась равнина, закинул меня, сам следом, и как ударил в бока бедной. По дороге все больше эльфов высоких и красивых, все на Юджина смотрят брезгливо. Но виконт старается проскакивать быстро. Эльфам до меня, вроде, и дела нет. А вот похитителя они все почему — то знают…

Лошадь сдохла. Загнал. А я уже все слезы выплакала. Тащит меня по горам, полям, камням и колючим кустам. Твердит, что ради меня на все готов. Но зачем мне такие жертвы? Пыталась на привале ему начертить свое мнение. Кинулся стирать, руки связал.

— Знаю я ваши руны призывные, — рыкнул, заматывая запястья потуже. Параноик чертов…

Иду, не зная куда и зачем… потому что понимаю, он не отстанет. Сделается только хуже, если решу снова бежать. А еще меня пугают горные эльфы. Это и ежу понятно, что они горные. От них исходит неприязнь к человеческой расе. Лесные были попроще в этом плане, как мне кажется.

Почему еще оставила попытки бежать? На одном из привалов к нам наведалась рыжая кошка, похожая на рысь. Вот только зубы у нее были, как бивни мамонта. И совсем не боялась людей и костра. Бросилась на меня. Но Юджин в полете пригвоздил ее моим луком. Моим! Я тоже так могу! Герой нашелся.

— Я сумею тебя защитить, Валерия.

Ага. Один шестьдесят шесть сотых орка в секунду. Кривлюсь. Пфф

— Ты хорошеешь на глазах.

Хмурюсь, показывая язык.

— Как я хочу поцеловать тебя в губы, моя виконтесса.

Изображаю тошноту. Артистка еще та.

— У нас будут очень красивые дети, — выдает с умилением.

Ах ты ж скотина…

Замок вросший в скалу появился на рассвете какого — то энного дня пути. До него было еще далеко. Но я почему — то была рада хоть одной цивилизованной постройке. Добирались до него весь день. А к вечеру Юджин неожиданно объявил, что пришли в его дом! А я — то думала…

Замок на скале, к которому на кривой козе не подъедешь, узкие тропки с обрывами по тридцать метров, ветер шквальный. Кто меня тут спасет?! А если сама побегу, сорвусь где — нибудь по дороге или рыжие кошки разорвут.

Я так посчитала, тысяча метров над уровнем моря, если не больше сейчас. С бала обратно на корабль.

Улыбнулась ему снисходительно, а следом и кокетливо. Юджин, скотинка ты моя, верни мне голос. Мне всего — то два слова сказать…