Семь чудес и затерянные в Вавилоне - Питер Леранжис

Эли и Марко последовали за Кассом. Я встал замыкающим. Мы шли тихо, наши сандалии шуршали по утоптанной земле. Под колышущиеся язычки пламени наши тени танцевали по стенам.

– И-И-И-И-И!!!

Снаружи один из виззитов спрыгнул со склона прямо к открытой двери. Касс взмахнул в его сторону факелом, желая напугать.

Я выхватил факел, и мы с Марко с криками побежали к выходу:

– А-а-а-а-а!!!

Виззит отпрыгнул, и я ощутил, как земля под ногами задрожала. Из нее вырвался шип, пройдя в каких-то дюймах от моей стопы. Вскрикнув, я отскочил назад.

Прямо в руки Марко. Тот, обхватив за грудь, поднял меня над полом.

– Спасибо… – прохрипел я. – Не пугай меня так…

Он ничего не ответил. Его лицо окаменело. Я опустил взгляд. Шип оказался не один. Их было четыре. Три из них торчали, никого не задев. Но четвертый пронзил ногу Марко.

– Фухм… – Марко коротко выдохнул, больше он ничего не смог произнести.

Его хватка ослабла, и я скользнул на пол, выставив ноги так, чтобы избежать лезвий.

– Он ранен! – вскричала Эли, порываясь броситься к Марко.

– Стой на месте, Эли! – приказал Касс.

По полу расплывалась кровавая лужа. Опустив факел, я торопливо оторвал полоску ткани с туники и вытер кровь. Стопу Марко не задело.

– Он прошел между пальцами, – сообщил я.

– Повезло… – не разжимая челюстей, буркнул Марко. – Но он все равно… острый…

Шип имел четыре зубчатых кончика. Он прошел сквозь сандалию как нож сквозь масло, и хотя стопу он не задел, большой и второй палец сильно пострадали. Я расстегнул пряжку и, осторожно отодвинув пальцы Марко подальше от лезвий, вытащил всю ногу из сандалии. Затем вытянул ее с шипа и постарался очистить, как только смог.

– Прямо как новенькая, или что-то вроде того, – наконец возвестил я, опуская пропитавшуюся кровью сандалию на пол и поднимая факел.

– Спасибо… – прохрипел Марко, вдевая в нее ногу. – Думаю, придется переждать пару месяцев, прежде чем пробовать свои силы в марафоне. Ну что, идем?

Касс и Эли с приоткрытыми от ужаса ртами уставились на него. Очнувшись, Касс указал направо.

– К-кажется, нам сюда…

– Обещаю не уклоняться от пути ни на дюйм, – сказал Марко.

– Я тоже обещаю больше не забирать факел, – добавил я.

Касс медленно двинулся вперед. Намного медленнее, чем раньше. Звуки от наших шагов эхом отражались от задней стены, словно там шла еще одна группа людей. Я заметил, что начал дышать в такт жутковатой мелодии.

– И-И-И-И-И! – за новым криком виззита последовал металлический звон.

Я едва не подпрыгнул, но сумел сдержаться. Чудище пыталось ворваться в зал, но ударилось о прутья невидимой клетки. Теперь оно отползало прочь, истерически вереща.

Вскоре Касс замедлился до полной остановки, не так далеко от задней стены.

– Мы на месте, – объявил он.

– Где? – спросила Эли.

– Там, где я нарисовал звезду, – Касса била дрожь. Он прочертил ногой дугу, следуя какому-то кругу на полу.

– Так, оно невидимо, но похоже на платформу. Я ее чувствую. Она довольно высокая.

Я потянулся вперед, опустив руку где-то на высоту колена, и мои пальцы наткнулись на преграду. Холодная и неровная, она поднималась под углом, напоминая вулканический конус. Моя ладонь скользнула вверх, пока не достигла обода где-то футах в трех над полом. Медленно я провел пальцами вправо, затем влево.

– Какой-то круг, – сказал я. – Похоже на чашу.

Я ухватился за обод обеими руками, ноги вдруг перестали меня держать. Все тело сотрясали вибрации той странной музыки.

«Сосредоточься!»

Я сунул руку в глубь невидимой чаши. Темнота передо мной вдруг подернулась грязновато-серым оттенком. В них начали проявляться лица. Мне улыбнулась красивая женщина с рыжеватыми волосами.

Королева Калани. На ней было красивое платье с поясом на талии. На голове блестел драгоценностями золотой обод. Ее смех напоминал журчание воды по камням.

Но ее образ тут же рассыпался цветным конфетти, потухшим в серебристо-белой жидкости, полившейся из моей ладони.

На проявившуюся из ниоткуда сферу, пульсирующую белым светом.

Я улыбнулся. Меня разобрал смех. Тело словно стало невесомым, хотя мои ноги все еще касались земли. Теперь мы с Песней стали единым целым. Она превратилась в кровь, струящуюся по моим венам, разрядами электричества в мозгу. На мгновение все остальные звуки потеряли значение.

Пока чары не разрушил пронзительный крик.

– Джек! – то был голос Эли. – Джек, где ты?!