Убить нельзя научить - Ясмина Сапфир

Я высвободилась, и метнула в Вархара самый испепеляющий из своих взглядов. Кажется, проректор назвал его «не высосу всю кровь, так закусаю до икоты». Вархар приподнял бровь с родинками, с упорством скандра приблизился и обнял за талию. Словно ничего не понял.

Из нашей недавней беседы я четко уяснила — Вархар преотлично «ловит» намеки, получше многих. Ловит прямо на лету гораздо ловчее, чем прическа Лиции шальные камни-истребители. Преотлично понимает все мои вербальные и невербальные посылы. Но послать его туда, куда я посылала всеми этими способами очень сложно. Гораздо сложнее, чем заставить находчивых леплеров не притворяться погибшими во цвете лет без помощи Мастгури.

Но отступать и сдаваться на милость Вархара в мои планы никак не входило. Я отстранилась настолько, насколько позволяла крепкая хватка проректора. И со всей дури ущипнула его за бок. А потом, сразу, контрольным выстрелом, ткнула в ребра тремя пальцами.

Вархар аж подпрыгнул, и ослабил объятия. Я вырвалась из плена его рук, и краем глаза заметила, что Драгар беззвучно аплодирует.

— Хм… ты такая страстная! Аж дух захватывает… — воскликнул непробиваемый проректор. Обругать его не успела, Вархар опять очутился рядом. Замахнуться не успела, стиснул так, что я не то чтобы отстраниться, дышала и то через раз.

Обнаженное, горячее тело проректора было непривычно мужским, непривычно крепким, непривычно горячим. И мое, собственное тело в очередной раз сподличало. Вознамерилось предать, сдаться брутальному обаянию воинственного скандра. Отчасти я понимала его — в последний раз мужчина обнимал меня так много-много лет назад. Страшно подумать — как давно это случилось. Ноги подло ослабели, голова коварно закружилась. Я сомлела в руках Вархара, как какая-нибудь студентка в руках старшекурсника. Тело продолжало предавать меня, уже по-черному. Тепло собралось внизу живота, а взгляд отказывался отрываться от губ проректора. Чувственных, ярко-красных, приоткрытых.

Даже обещание, что предатель получит утроенную растяжку, удесятеренный холодный душ, и месяц просидит на кефире и йогуртах, не возымели эффекта.

По счастью, Вархар неожиданно отпустил, махнул рукой студентам, и с победоносным видом скрылся в «предбаннике» своего кабинета. Интересно, как отреагирует проректорская секретарша на то, что начальник разгуливает по вузу в одних плавках? В истинно-скандских плавках, как теперь выяснилось!

Но мои мысли мгновенно перетекли в другое русло.

Я заметила, что кафедральные преподы так и стоят шеренгой и невинно хлопают глазами велоцераптеров перед охотой. Суггурд, Мастгар и Лиция давно встроились на прежние места и делали вид, что там все время и оставались. Мастгар насвистывал в потолок, и лампы гудели в ответ.

— Заседание кафедры переносится на… — я запнулась, судорожно прикидывая — когда лучше собрать подчиненных вновь. Но за меня закончил фразу Вархар. Я думала, проректор уже давно в кабинете, распекает леплеров на все корки. Но его голова высунулась из зазора между дверью и косяком.

— На понедельник! — гаркнул начальник. — Завтра — выходной. Суббота как-никак. Какие уж тут заседания? В субботу у нас традиционные танцевальные вечера, — он хмыкнул на мой взгляд «Медузы Горгоны» и исчез из виду. Дверь кабинета с грохотом захлопнулась и слегка подребезжала от возмущения. От косяка отвалился кусок. И как Академия вообще простояла столько лет? При таких студентах, при таком проректоре и при таких преподах?

Ах да, преподы!

Шеренга «каменных троллей» как стояла так и продолжала стоять.

— Все как сказал проректор, — вздохнула я, сдаваясь на волю аргументов Вархара и с ужасом думая о завтрашнем танцевальном вечере.

Шеренга преподов даже не шевельнулась.

— Вре-мя-я! — приложив руки ко рту через весь зал «подсказал» мне Драгар. Не без труда подавила я желание провалиться в подпол и помыть там, увиливая от бродячего, вопреки законам физики, электричества. Закусила губу и заставила себя взглянуть в глаза страху. В глаза толпе «каменных троллей». Одни похрюкивали, другие скалились по-езенграсовски, третьи почти добились улыбки Мастгури.

Выручила бесценная инструкция Вархара.

— Ага, — с притворной рассеянностью произнесла я. — Простите, размышляла, кого лишить премии. Задумалась. Да-да, время то же!

Хрюканье стихло. Улыбки мгновенно стерлись с лиц преподов. А сами лица вытянулись, словно резиновые маски, поддернутые сверху и снизу.

— А-а-а? Ольга Искандеровна? Сегодня некоторые вам даже помогали, — выражение обиженного ребенка на лице розовощекого огра Мастгара производило неизгладимое впечатление. Для пущего эффекта он ковырял пол носком кованого сапога. С жалостным скрипом камень крошился, веером взметаясь в стороны. Да так удачно, что самые мелкие песчинки долетали до лиц преподов. Несколько расчихались. Другие усиленно затерли глаза, избавляясь от «подарочной» соринки. Третьи отплевывались, конечно же, попадая в соседей. Те взирали на смачные подарки на собственной одежде с таким удивлением, словно никак не ожидали такого поворота событий. И стреляли в «виновников торжества» горящими взглядами. Наверное, именно после таких Люция регулярно лишалась зубов. Мастгар обвел всех взглядом, преисполненным святой невинности и искреннего изумления. Сложил брови домиком, руки за спиной. И, пожав плечами, продолжил ковырять лаз на нижний этаж.

— Всем работать! — я снова вспомнила рекомендации Вархара и крикнула так, что шеренга синхронно подскочила. Преподы развернулись как солдаты — синхронно и даже в одну сторону и замаршировали на кафедру.