Хранительница времени. Выбор - Алена Федотовская

Я попыталась медленно осесть на землю, но сильные руки принца не позволили это сделать.

– Алина! – Тинатриэль заключил меня в объятья. – С тобой все в порядке?

– Угу, – буркнула я, все еще не желая приходить в себя после слов Тараона. Что значит, магия Эфри на гоблинов не действует?! Тогда почему он не зарезал меня? Или и не собирался? Просто хотел подарить мне кулон и все? Чудны дела твои, Лирдиана.

Стряхнув оцепенение, я оглядела всю честную компанию и сдавленно прошептала:

– Тин, отпусти меня немедленно, на нас все смотрят!

– Наплевать, – так же шепотом ответил принц, еще крепче сжимая меня. – Я испугался за тебя. Прости, что подверг твою жизнь опасности.

– Я сама виновата, – виновато признала я.

Тут отмерла застывшая в оцепенении Дашка и с визгом бросилась ко мне, буквально отпихнув его высочество. Я захихикала, увидев его обалдевший взгляд.

– Госпожа, как вы могли уйти, как вы могли так рисковать своей жизнью, – причитала она, рыдая у меня на плече. Одной рукой я гладила ее по волосам, а другой ободряюще похлопывала по плечу.

– Дашунь, успокойся, пожалуйста, все закончилось хорошо.

Селинатриэль неодобрительно покачал головой, но ничего не сказал. Я осторожно высвободилась из Дашиных объятий, чтобы в следующее мгновение оказаться на руках у принца. Крякнув от неожиданности, я попыталась было возразить, но принц покачал головой:

– Ты уже достаточно натворила, может, наконец-то послушаешься и сделаешь так, как скажу я?

Я вздохнула, признавая его правоту, и покорно разрешила оттащить свое уставшее тело в лагерь. Меня усадили у костра и немедленно впихнули в руки плошку с едой. Желудок победно заурчал, и я смутилась. Действительно, с самого утра я ничего не ела, может, еще и поэтому чувствовала себя, как выжатый лимон. Торопливо взявшись за ложку, опустошила плошку буквально за несколько минут. Дарья немедленно забрала ее и всунула в руки кружку с какой-то горячей жидкостью, от которой шел пар, и по запаху я узнала местный чай с какими-то травами. Осторожно глотая обжигающую жидкость, я наконец-то огляделась, а то до этого кроме мяса с овощами мои глаза ничего не желали видеть.

Солнце уже скрылось за горизонтом, а пламя костра только сгущало сумерки, погружая в темноту все, что находилось дальше трех метров. Похоже, придется ночевать в лагере, мелькнула в голове мысль, и Тин ее подтвердил.

– Переночуем здесь, а утром отправимся к порталу. Ехать в темноте небезопасно, к тому же мой резерв истощен. Запечатывать порталы очень непросто, – пояснил он.

– Даже не рассчитывала, что мы вернемся сегодня, – ободряюще улыбнувшись, заметила я. – Не думаю, что король послал бы тебя на легкий прорыв, который могут запечатать штатные мастера порталов. – Я внимательно посмотрела на принца и коснулась его руки: – Было очень сложно? Ты не пострадал?

Тин мотнул головой:

– У нас отличные боевые маги. Но закрывать портал было действительно трудно, только совместными усилиями мы смогли это сделать. – Он невидящим взглядом уставился на огонь. – Слишком много прорывов в последнее время. И обратный портал Тараона меня сильно обеспокоил, – признался он.

Я немедленно ухватилась за нужную тему.

– Тин, ты ведь с ним знаком? Давно его знаешь? И откуда?

Тинатриэль посмотрел на меня долгим внимательным взглядом, но ничего не ответил. Когда молчание затянулось, а я недовольно заерзала, он нехотя произнес:

– Несколько лет назад выяснилось, что, кроме отцовской магии земли, я владею магией настройки и создания порталов. Весьма неожиданно, потому что максимум, на что я мог рассчитывать, ведь моя мать не была принцессой – это бытовая магия. Ей я тоже владею, правда, в ограниченном виде, зато магия порталов оказалась мне доступна почти в полном объеме, исключая только порталы между государствами. Я не могу перенестись в соседние королевства по собственной воле, без открытия порталов там. Но внутри страны – легко, плюс я могу их создавать и настраивать, хотя это требует от меня намного больше сил, нежели от рожденных в королевском доме Аронии. С другой стороны, может, оно и к лучшему, порталы между странами легко отслеживаются. Впрочем, в самой Аронии они контролируют даже перемещения внутри страны, так что их дар связывает их самих. Там рождаются действительно очень сильные маги, – заметил Тин с досадой.

Он поднял травинку с земли и покрутил ее в пальцах, явно собираясь с мыслями.

– Так вот, что касается Тараона, – продолжил принц. – Два года назад я принимал участие в закрытии портала из нового мира гоблинов. Можно сказать, это был мой дебют как мага, умеющего запечатывать порталы. С наследным принцем мы столкнулись случайно, и дело дошло до вполне ожидаемой схватки, при этом честной. Сопровождающие меня стражники не вмешивались, и его гоблины тоже. Мы нанесли друг другу всего пару ран, несерьезных, и тут вмешался мой отец. – Тин поморщился. – Он напал неожиданно, без предупреждения, хотя наша схватка подразумевала невмешательство третьих лиц. Тараона выкинуло обратно через портал, а отец высказал мне, что я не имею права подвергать свою жизнь опасности, так как являюсь наследником.

Тинатриэль сжал кулаки, и желваки заиграли на его скулах.

– Я понимаю недовольство Тараона, хотя он и является врагом Кантариона. Поступок отца был, мягко говоря, неправильным.

Я внимательно посмотрела на него.

– Тин, скажи, а вы никогда не думали о том, чтобы вернуть украденные земли гоблинам?

Тинатриэль заметно вздрогнул при слове «украденные», но быстро взял себя в руки.

– Мой отец – нет. Более того, он лелеет планы уничтожить гоблинов даже в их новом мире, – он грустно усмехнулся. – Я понимаю, что с ними поступили несправедливо, тем более от этого страдает все население Лирдианы, но, как сын своего народа, на который они так или иначе нападают, буду биться с ними до конца. Я ясно выразил свое отношение к ним?

Я вздохнула.

– Более чем. Очень жаль, что ты не являешься правителем Кантариона, ты бы действительно мог вернуть на Лирдиану и мир, и изначальную магию. – Я осторожно дотронулась до его плеча.

– Не надо меня переоценивать, – фыркнул Тинатриэль. – Мне всего лишь двадцать, ну почти двадцать один, по меркам нашего мира я еще младенец, – зло заметил он. – Наверняка я упускаю что-то серьезное. В конце концов, после изгнания гоблинов прошло несколько сотен лет. Я не могу быть умнее, чем многочисленные правители наших королевств.

– Зря ты так считаешь, – улыбнулась я. – Давно уже поняла, ум не зависит от возраста. Можно быть глупым двухсотлетним идиотом и не видеть дальше своего носа, а можно, как ты, понимать все проблемы изнутри и знать способы их решения.