Зимний излом. Том 2. Яд Минувшего. Часть 1 - Вера Камша

— Давайте. — Комната больше не отплясывала, но затылок ныл зверски, а запястье горело, словно рану натерли перцем.

— Альмейда у Хёксберг наголову разбил дриксенский флот. — Никола привык начинать с самого дальнего. — В порт… простите, Монсеньор, все время забываю дриксенские названия… вернулся единственный корабль, на котором находился один из адмиралов.

— Ему будет трудно жить, — посочувствовал неведомому дриксенцу Робер. — Откуда, кстати, это известно?

Левий не на кошке скачет. Насколько его прознатчики обогнали прочих? Самое малое на неделю. Его Высокопреосвященство молодец, надо к нему сходить, возблагодарить Создателя за чудесное спасение и выпить шадди.

— Третьего дня по городу поползли слухи, — наморщил нос коротышка, — потом посол кесарии все подтвердил. Готфрид объявил четырехдневный траур. По словам посла, причиной поражения стал небывалый шторм.

— А причиной поражений в Фельпе, надо полагать, был штиль. — Эпинэ незаметно передвинул руку, лучше не стало.

— Монсеньор, — Карваль все еще был в Хёксберг, — мне думается, кесарь отложит военную кампанию против фок Варзов.

— Если не дурак, — уточнил Робер, не испытывая по поводу дриксенских неудач ни малейшего сожаления.

— Победа Альмейды была принята обывателями с воодушевлением. — Никола значительно сдвинул брови. — Горожане не сомневаются, что верные Олларам войска разобьют неприятеля и повернут на столицу.

Именно это они и сделают, и Лионель должен опередить фок Варзов. Робер облизнул сухие губы:

— В любом случае они подойдут не раньше весны, а настроения, о которых вы говорите, меня не удивляют. Мы принесли людям мало хорошего.

— Не мы, — взвился Карваль, — а Ракан и его отребье.

Неделю назад Никола сказал бы «северяне», но Дора примирила маленького генерала со «спрутами». С одной стороны, это было хорошо, с другой — очень плохо. В Доре лиловые стрелки пришлись более чем кстати, но в авантюре с Савиньяком они — помеха. Придды слишком много задолжали Олларам, а Валентин не из тех, кто забывает.

— Граф Гонт уже вступил в командование гвардией?

— Нет, Монсеньор. — Глаза Карваля как-то странно мигнули. — Я должен вам сообщить, что Медузой оказался Удо Борн.

— Удо? — не понял Иноходец. — Чушь какая! А почему не Темплтон, не Мевен, не ты, наконец?

— Борна застали за составлением очередного манифеста. — Карваль прямо-таки сочился неодобрением. — Он не запер дверь… Ему следовало быть осторожней.

Осторожность осторожности рознь. Если ты — Суза-Муза и пишешь гадости про Его Величество, следует запираться, но, запираясь, ты привлечешь внимание. Удо понадеялся на судьбу, а та повернулась задом и лягнула.

— Он арестован?

— Был. — Маленький генерал нахмурился еще больше. — Ракан лишил Борна привилегий и выслал за пределы Великой Талигойи. Я послал Курше вдогонку, предположив, что Борн захочет передать что-то вам или Темплтону.

— Вы поступили совершенно правильно. — Значит, Удо… Сдержанный, спокойный, унимавший рвущегося с привязи Темплтона. Жаль, они не поняли друг друга. — Где письмо?

— Сожалею, Монсеньор. Догнать Борна не удалось. Герцог Окделл вывез его поздней ночью под охраной. Клод не счел разумным вступить в разговор. В Барсине Борна отпустят, Курше послал туда Форестье. Если они разминутся, напишем в Ло.

У Карваля на Эпинэ свет клином сошелся, а Борну на юге делать нечего, он поедет или к брату, или все к тому же Лионелю.

— Монсеньор. — Сэц-Ариж вновь торчал на пороге, правда, без лекаря.

— Жильбер, я же просил…

— Монсеньор, теньент Грейндж просит об аудиенции.

Грейндж? Ах да, офицер, который помешал сговориться с разбойниками. У бедняги талант являться невовремя, но прогонять его неразумно. Во всех отношениях.

— Пусть войдет.

Грейндж был одет по-походному и выбрит до синевы. Куда это он наладился?

— Господин Первый маршал, — отчеканил визитер, — я счастлив видеть вас в добром здравии. Я имел смелость просить об аудиенции, потому что не удовлетворен тем, как ведется дело о нападении на вас.

И хорошо, что не удовлетворен. Марианна должна остаться вне подозрений, по крайней мере, до разговора начистоту.

— Вы куда-то собираетесь, теньент? — Надо его выпроводить, прежде чем Карваль почует след. — Куда?

— По приказу Его Величества я переведен в Марипоз вторым комендантом. Отбываю немедленно.

— Теньент Грейндж, — вылез Сэц-Ариж, — дважды в день справлялся о здоровье Монсеньора.

Сговор! Сговор возомнивших себя ищейками щенков, один из которых смышленей, чем хотелось.

— Разбойники по части цивильников, — отмахнулся Робер. — Пусть раз в жизни делом займутся.

— У меня есть серьезные опасения, — насупился Грейндж. — Прошу меня простить еще раз, но я не поверил тому, что рассказал камердинер герцога Окделла.

— Джереми? — насторожился Иноходец, не терпевший пригретых Диконом приспешников Люра. — Он имеет какое-то отношение к нападению?

— Не думаю, но один из разбойников узнал в нем человека, два года назад нанявшего во Дворе Висельников убийц. Жертвой должен был стать герцог Окделл. Слуга признался, что деньги некому Выдре он действительно заплатил и при этом по поручению генерала Люра сорвал покушение. Прошу меня простить, монсеньор, я ему не верю.

А вот это прекрасно, это просто великолепно! Камердинер отвлечет Никола от Марианны, да и Дикону сплошная польза.

— В следующий раз, когда кому-то не поверите, можете не извиняться. Джереми займется генерал Карваль. Что-то еще?

— Да. Я взял на себя смелость повторно допросить служанку баронессы Капуль-Гизайль. Она утверждает, что пропавший истопник обсуждал с графом Салиганом похищение баронессы. Женщина настаивает на своих словах, но это ложь!

— Почему вы так решили? — Салиган собрался похитить Марианну?! Такое даже спьяну не придумаешь.

Про Салигана служанка врет, Клементу ясно, но почему? Покрывает госпожу или мстит неряхе-маркизу?

— Эта Ваннина ведет себя в точности как моя кормилица. — На этот раз Грейндж обошелся без извинения. — А Мари — отъявленная лгунья, к тому же ревнивая и мстительная.

— Ерунда, — отмахнулся Эпинэ. — Отправляйтесь в Марипоз и ни о чем не волнуйтесь. Или нет, постойте. Жильбер, угостите теньента на дорогу, а я напишу ему рекомендательное письмо. Не помешает.

Парочка скрылась за дверью, Эпинэ прикрыл глаза:

— Никола, мне нужно поговорить с этим «спасителем», но так, чтоб об этом никто не знал и в первую очередь Окделл.

— Я хотел предложить то же самое. — Карваль был доволен, чтобы не сказать счастлив. — Герцог Окделл почти все время проводит с Раканом, камердинера он с собой не берет.