Обжигающий след - Анна Невер

Поняла, что парень говорит о часах.

— А может, она не вэйновская.

— Да будет вам, любой скажет, что вэйновская. Зачем шесть стрелок?

«Глазастый», — подумала Тиса.

— Они не ходят? — продолжал рассматривать часы новобранец. — Зачем же вы их носите?

Она забрала у него кисет.

— А это, молодой человек, вас не касается.

Двигаясь дальше к скалам, думала, как обрадуется лекарь, когда она покажет ему смолу.

— Кстати, — вспомнила вдруг, — я не упоминала, что мне нужно огниво. Как ты догадался? Только не говори, что вы в училище это проходили, — скептически добавила она.

— Мне друг рассказывал о смоле, — сказал шкалуш, — он увлекался траволечением.

Посчитав свой ответ исчерпывающим, замолчал. Но Тисе стало интересно.

— Друг? Он что, тоже из горцев?

— Нет, из равнинников.

— Где же он сейчас? — вот еще у кого можно спросить совета в отношении проблемы Зои.

— Я потерял с ним связь, — новобранец дернул плечом. — Уже давно.

«Жаль», — подумала Тиса и пригнула голову, чтобы проехать под ветвями вяза.

— А вы как долго занимаетесь лекарством? — спросил парнишка.

— Лет шесть. Агап Фомич долго не желал брать меня в помощницы. Но я бегала за ним хвостиком, пока старик не сдался.

Юноша улыбнулся.

— А интерес уже с детства проявлялся, — продолжила Тиса. — Когда ветрянкой болела, тихо выбиралась из палаты и рассматривала баночки со снадобьями в лекарской кухне. А мама меня ругала, что я встаю с кровати.

Шкалуш ждал продолжения, но его не последовало.

— Начнем поиски с того места, где закончили в прошлый раз, — Войнова пришпорила Ватрушку.

Оставив лошадей пастись на поляне, они пешком направились к скале. Заставив Трихона отвернуться, Тиса надела под юбку широкие солдатские штаны.

— Можешь поворачиваться, только не вздумай смеяться, — предупредила с угрозой.

— Ладно.

Парнишка повернулся. Рожа до уморы серьезная, а в глазах…

— Получишь! — пообещала Тиса.

— Ш-ш, — приставил он палец к губам, — в Теплых скалах кричать чревато.

Девушка с опаской посмотрела на гряду. Парень позволил себе улыбнуться.

Спустя два с половиной часа они обшарили все доступные места своего поискового участка. Переговаривались шепотом. Тису даже замутило под конец от вида камней. Надо отдать должное, Трихон оказался внимательным спутником: помогал ей взбираться там, где прохождение сопрягалось с опасностью, к тому же взвалил на себя и ее сумку. Сначала все больше молчали, потом разговор понемногу склеился. Войнова полюбопытствовала о быте и обычаях горского народа и узнала, что поселки у них выглядят как скалистое гнездовье гигантских стрижей, изрезанное множеством ступеней. Как только сын достигал совершеннолетия, вся родня участвовала в вырубке пещеры для молодого родственника. Стены изнутри вымазывали глиной, покрывали слюной лозгуна — гигантского пещерного моллюска, что придавало им прочность и стойкость к сырости. Интересным также показалось, что для добывания воды шкалуши вырубали в скале каналы, которые заполнялись во время дождей. По количеству запасов воды судили, богатая семья или нет. Вопрос, из какой семьи паренек, Тиса так и не задала, посчитав его бесцеремонным.

А каховичная жила так и не далась. Снова.

Они возвращались усталые и молчаливые. Миновав дом лесника, заметили впереди маленькую фигурку ребенка, хромавшего по дороге. За плечами Рича висел дерюжный мешок. Заслышав конский топот, мальчишка обернулся. Тиса ожидала увидеть страх на его лице, ведь шкалуш в военной форме, но тот только улыбнулся, сверкая белыми зубами на бронзовом от загара лице.

— Здравствуйте, Тиса Лазаревна! — крикнул он и помахал свободной рукой. — Трихон, привет!

К ее удивлению, новобранец кивнул ребенку.

— Что ты здесь делаешь?

Мальчишка хмыкнул:

— Гуляю.

— Так далеко? Ты разве не слышал, что Агап Фомич говорил?

— Слышал, — промямлил Рич.

— Не играй далеко от города.

— Хорошо, — подозрительно легко согласился он.

— Тиса Лазаровна права, — поддержал капитанскую дочь шкалуш. — Лес сейчас опасен, дальше опушки заходить не стоит.

— Ладно, не буду.

«Слова шкалуша он воспринял серьезнее», — с каплей ревности подумала Войнова.

— Давай довезем тебя. Сядешь ко мне в седло? — спросил Трихон.

Девушка не переставала удивляться: Рич с готовностью подступил к мерину. Новобранец наклонился, поднял ребенка и усадил перед собой. Костыль улегся поперек лошадиной холки. По дороге домой Тиса то и дело поглядывала на горца и мальчишку, покачивающихся в седле.