Линия Грез - Сергей Лукьяненко

– Так говори.

Кей засмеялся. Долго и искренне. Потом произнёс:

– На что ты надеешься, чужой? Барт работал на вас, но былчеловеком. Сними капюшон!

Дарлоксианин поднял руки и медленно стянул с головы ткань.Открылось что-то, похожее на комок сизых щупалец, мелко подрагивающих,поводящих тонкими кончиками. Сквозь щупальца поблёскивали два круглыхнемигающих глаза.

– Кей, это я, – сказал дарлоксианин. Голос шёл из сплетениящупалец, из невидимого рта или того, что этот рот заменяло. – Самого главногоглазами не увидишь. Помнишь, ты рассказывал мне эту историю?

Альтос опустился на стул, и чужой последовал его примеру.Щупальца задёргались быстрее – часть из них тянулась в сторону человека, часть– к вазе. Чужой взял маленький плод, поднёс к щупальцам. Тонкие жала впились,подхватили фрукт, начавший на глазах усыхать.

– Это невозможно, – только и сказал Кей. – Барт былчеловеком…

– Истина окажется неприятнее твоих догадок, – ответилдарлоксианин. – Что заставит тебя поверить? Мы добывали дзот-кристаллы, иработать приходилось по ночам. Ты вытащил меня из-под обвала… я раскроил головутолстому Хему, когда тот решил прикончить тебя. Наши койки стояли рядом. Когдая валялся с горячкой, ты выносил мою парашу, хотя мог заразиться. Ты сидел запревышение прав телохранителя, и твой аТан не был оплачен…

– Ты был человеком! – сказал Кей.

– Эзсанти Кри Чесциафо был в теле Барта Паолини, – терпеливосказал чужой. – Что тебя удивляет? Я ушёл с оперативной работы. Мне не нуженбольше человеческий облик.

– Так вы переписываете сознание полностью?

– Можно сказать и так, – поколебавшись, ответил чужой. –Осколки прежней памяти остаются, но их мало. Тот, кто займёт твоё тело,немногое узнает о тебе. Поэтому я и пришёл – узнать.

– Только поэтому?

– В основном, Кей Альтос.

– Понятно. – Кей развёл руками. – Я дурак, Кри.

– Ты думал, что в твой разум вложат любовь к Дарлоку, дадутнаше имя и отправят обратно? Нет, Кей. Не так просто, – мягко сказал чужой.

– Помнишь, Кри, когда ты сказал мне, что работаешь наДарлок, ты обещал защиту.

– Ты знаешь слишком много правды, Кей.

– Ясно. – Альтос попытался улыбнуться. – А мой сын? Тыможешь спасти его? Он немногое видел и вряд ли что-то понял.

– Бери фрукты, Кей. Они съедобны для человеческого тела.

– Ясно, – повторил Альтос.

Человек и чужой сидели друг против друга. Эзсанти КриЧесциафо терпеливо ждал.

– Как это будет? – спросил Кей.

– Безболезненно. Вас лишат сознания перед процедурой.

– Я могу попросить не делать этого?

– Зачем?

– Любопытство, Кри.

– Тогда ты почувствуешь боль.

– Плевать.

– Это будет выглядеть крайне неприятно для человека.

– Догадываюсь.

– Я сделаю это для тебя, Кей.

– Спасибо и на этом. – Альтос зевнул. – Теперь вы тянуть нестанете?

– Всё свершится утром. Ты хочешь мне что-нибудь рассказать?

– Нет, не хочу.

– Я понимаю. Мне дано разрешение на пытки, но я невоспользуюсь ими, Кей. Ты слишком хорошо переносишь боль.

– Отведи меня обратно, Кри. Я хочу спать.

Дарлоксианин поднялся, но включать гипертуннель не спешил.

– Кей Альтос, почему ты просишь оставить сознание до конца?

Альтос выбрал из вазы самый большой фрукт. Подошёл к чужому,поднёс фрукт к месиву щупалец, задёргавшихся в ожидании пищи.

– Мне интересно увидеть подлинный облик дарлоксианина, Кри.

– Как ты понял? – Голос чужого впервые поднялся на тон выше.Альтос аккуратно вложил фрукт в щупальца, брезгливо вытер ладонь о брюки.

– Эти тела всегда казались мне слишком самостоятельными,слишком непосредственными. Разумные не имеют столько инстинктов. Если выпересаживаете сознание целиком, то вывод напрашивается сам.

– Ты знаешь слишком многое, Кей. – Существо, чьи щупальцавозбуждённо терзали неожиданную подачку, подняло руку, с усилием вырвало фрукт,бросило на пол. – Я сожалею, что твой разум погибнет, но представь, какпоступила бы Империя, узнав о нас истину?

– Она ещё так поступит, Кри. Нам не избежать второгообвинения в геноциде.

Дарлоксианин подошёл к Кею. Положил ему на плечо руку,Альтос не отстранился.

– Ты спасал мне жизнь, Кей, когда я был в теле человека. Намнедоступен аТан, и я благодарен тебе.

– Взаимно…

– Ты даёшь слово, что оставленный в сознании не будешьсопротивляться? Ты уже нанёс нам ущерб.

– Даю слово, до седьмого слоя истины, что не станусопротивляться, – глядя в лицо чужого, пообещал Кей.

– Иди.

Остаток ночи Кей Альтос проспал. Но сон не принёс ни отдыха,ни сил. Разбуженный включившимся светом, Кей умылся и сел у стены, глядя наАртура, который продолжал спать.

Кея немного утешала мысль, что он умрёт не один.