Восстание королевы - Ребекка Росс

Август 1566 года.

Альдерик Журден прибыл в Магналию жарким грозовым вечером, через две недели после того, как Вдова отправила письмо. Я осталась в комнате, смотрела на струи дождя, текшие по стеклу, даже услышав, как с грохотом открылись тяжелые двери внизу и Вдова поприветствовала его.

Она отослала всех слуг на несколько дней, оставив только верного Томаса. Хотела убедиться, что наша встреча с Журденом останется в тайне.

Ожидая, пока она позовет меня вниз, я подошла к письменному столу. На нем лежало последнее письмо Картье: открытое, придавленное коробочкой от кулона – его почерк вился в свете свечей.

С тех пор как мы с Вдовой договорились насчет Альдерика Журдена, я стала постепенно сокращать свои письма к Картье, готовясь к мигу, когда тихо исчезну. Он это почувствовал – мою отстраненность, скрытность, желание говорить только о Науке, а не о жизни.

Ты беспокоишься из-за покровителя? Поговори со мной, Бриенна. Скажи, что тебя гнетет…

Так он писал мне, и его слова углями жгли сердце. Больно было думать о том, что он не получит должного ответа, ведь последнее письмо я отправила несколько дней назад. В нем я убеждала его, что все в порядке.

Тихо постучали в дверь.

Я пересекла комнату, расправила платье избранной, убрала волосы за уши. За дверью стоял Томас, держа свечу, чтобы разогнать вечерние тени.

– Мадам ждет тебя, Бриенна.

– Спасибо, уже иду. – Я подождала, пока он растворится в сумрачном коридоре, и стала спускаться по лестнице, держась рукой за перила.

Вдова ничего не рассказывала мне об Альдерике Журдене. Я не знала, чем он занимается, сколько ему лет, откуда он. Дрожа от предчувствий, я шла на свет, лившийся из кабинета Вдовы.

Остановившись перед дверью, местом, не раз искушавшим мое любопытство, я прислушалась к его тембру: густому баритону, скользившему по гласным. Он говорил слишком тихо, чтобы я могла понять, о чем речь, но по звуку голоса я решила, что это хорошо образованный мужчина, лет за пятьдесят. Возможно, он тоже господин страсти.

Я шагнула на свет свечей.

Он сидел ко мне спиной, но понял, что я в комнате, по тому, как смягчилось лицо Вдовы, когда ее глаза обратились ко мне.

– Вот и она. Бриенна, это мсье Альдерик Журден.

Он тотчас встал и повернулся ко мне. Я встретилась с ним взглядом, отдавая должное его росту и крепкому телосложению, медным волосам, посеребренным сединой. Он был чисто выбрит и хорош собой, даже несмотря на кривой нос и то, что его челюсть с правой стороны пересекал жуткий шрам, темный в тусклом освещении. Невзирая на дорогу, на его одежде не было ни морщинки. От господина Журдена пахло дождем и незнакомой мне приправой. На нем не было плаща страсти.

– Польщен, – произнес он с легким кивком.

Я сделала реверанс и направилась к поставленному для меня креслу, рядом с его. Вдова, как обычно, сидела за столом.

– Бриенна, – обратился ко мне Журден, опускаясь в кресло с бокалом ликера в руке, – мадам только что поведала мне о твоих видениях. Расскажи о них подробнее.

Я взглянула на Вдову, не уверенная, что стоит делиться чем-то столь личным с совершенно незнакомым человеком. Она улыбнулась и кивнула, подбадривая меня.

Я рассказала ему то же, что и ей. Я ожидала, что он фыркнет, рассмеется, заявит, что я выдумываю, но Журден молча слушал, не отрывая взгляда от моего лица. Когда я замолчала, он с легким звоном опустил бокал на стол.

– Ты сможешь найти это дерево? – спросил он.

– Я… не знаю, мсье, – честно ответила я. – Я не видела никаких ориентиров. Лес был очень густой.

– Ты можешь вернуть воспоминания? Снова в них побывать?

– Не уверена. У меня было всего три видения, и я не могу ими управлять.

– Похоже, у Бриенны пробудились воспоминания ее предка, – вмешалась в наш разговор Вдова, – в ее душе.

– Гм, – Журден положил ногу на ногу, его палец скользнул по шраму на подбородке. – А имя предка – его ты хотя бы знаешь?

Мои глаза снова метнулись к Вдове:

– Его имя начинается на «Т», а фамилия… думаю, Аллена.

Журден замер. Он не смотрел на меня, но я чувствовала, какими холодными стали его глаза: он мог убить взглядом.

– Аллена. – Моя фамилия сорвалась с его языка как камень. – Ты происходишь из этого дома, Бриенна?

– Да. Мой отец – мэванец и их слуга.

– И кто же он?

– Мы не знаем его полного имени, – солгала Вдова. Она сделала это для меня, и я осела в кресле, не справившись с облегчением. Увидев презрение Журдена к дому Аллена, я не смогла совладать со своими эмоциями. – Бриенну вырастили в Валении. Она незнакома с семьей отца.

Журден глубже опустился в кресло и взял еще один бокал. Задумчиво взболтал розовую жидкость.

– Гм, – снова прогудел он: звук, означавший, что мысли его тревожны. Журден снова посмотрел на меня, и я увидела, что в его взгляде мелькнула настороженность, словно я оказалась не так невинна, как в миг, когда вошла в кабинет. Теперь он знал часть моего наследия.

– Думаешь, ты сумеешь найти Камень Сумерек, Бриенна? – спросил он после векового, как мне показалось, молчания.

– Я постараюсь, мсье, – прошептала я, но, вдумавшись в его требование, почувствовала, как неизвестность жерновом давит мне на плечи. Я никогда не видела Мэвану. Почти ничего не знала об Аллена, их землях и чащах. На старом дубе остались инициалы «Т. А.», но я не была уверена, что смогу исследовать весь лес и найти его.

– Я хочу, чтобы все было предельно ясно, – проронил Журден, сделав последний глоток ликера. – Если ты примешь мое предложение о покровительстве, оно будет отличаться от всего, что ты знала. Да, я буду чтить наши узы и относиться к тебе как к собственной дочери. Буду заботиться о тебе и защищать, как должно отцу. Но мое имя несет опасность, оно, словно щит, скрывает множество секретов, которые ты никогда не узнаешь, но должна будешь хранить как собственные. Это вопрос жизни и смерти.

Я взглянула ему в глаза и спросила:

– Кто вы, мсье?

– Для тебя? Просто Альдерик Журден. Это все, что тебе нужно знать.

По тому, как вздрогнула Вдова, я поняла, что ей известно больше. Она знала его настоящее имя и истинное лицо.

Он не открывал мне правды, беспокоясь за мою жизнь? Или потому, что не доверял отпрыску Аллена?

Как я могла принять покровителя, даже не зная, кто он?

– Вы Кавана? – осмелилась я спросить. Если я хотела найти Камень Сумерек, мне надо было знать, текла ли в венах моего покровителя древняя кровь драконов. Что-то встревожило меня, когда я подумала о том, что Камень послужит лишь возвращению его магии. Я не собиралась отбирать корону у Ланнона лишь затем, чтобы увенчать ею другого короля.