Мама для наследника - Юлия Журавлева

Когда после стука наш похититель зашел в комнату, тоже переодетый и свежевыбритый, я подхватила корзинку с сыном и сделала шаг навстречу.

— Оставь ребенка, — кивнул на корзинку Дэйс, — ему здесь ничего не угрожает. Если хочешь, можем прислать здешних женщин присмотреть за ним.

Я, ощетинившись, изо всех сил вцепилась в корзинку теперь уже двумя руками. Доверять здесь кому-либо единственно дорогое, что у меня осталось в этой жизни, я не намерена.

— Нет, — четко сказала я, — ребенка я возьму с собой.

— Как хочешь, — пожал плечами мужчина, открывая мне дверь и пропуская вперед.

Мы спустились на первый этаж и прошли в огромную трапезную, в которой навскидку сидело полторы сотни человек, большинство — мужчины, но и женщины присутствовали.

Стоило войти, как все разом повернулись к нам, и Дэйс, остановившийся чуть позади, крикнул: «Склонитесь перед будущим великим чародеем, избранным нами Новым богом, и его прекрасной матерью!»

Других слов не потребовалось. Все быстро и без колебаний встали из-за стола, опустились перед нами на колени и склонили головы, уперевшись руками в пол.

Я обескураженно обернулась, но Дэйс стоял на коленях в такой же позе, что и остальные. В голове пронеслась мысль, что найти здесь союзников или помощников будет нелегко.

— Приветствуем тебя, мать великого, и твоего сына, пусть еще слишком неразумного, дабы осознать свое величие, — пронесся раскатистый голос.

Да куда уж нам. Даже я, видимо, слишком неразумная, чтобы осознать величие сына и свое заодно.

Я встретилась взглядом с высоким мужчиной неопределенного возраста. Ему было за сорок, но точнее трудно было сказать. Густые темные вьющиеся волосы чуть выше плеч, кустистые, сросшиеся на переносице брови, короткая густая борода, крепкое телосложение. Суровый, даже брутальный образ. И что сказать ему в ответ, я совершенно не представляла.

— Не стесняйся, садись за любой стол. Для любого из нас станет честью разделить с тобой трапезу, — пригласил он. Наверное, на правах хозяина дома или как минимум главного чародея.

Я пошла вперед, выискивая лавочку, на которой нам с сыном было бы достаточно места. Нашлась такая ближе к концу. Стоило мне приблизиться и показать свое намерение сесть, как люди быстро встали с колен и начали судорожно отодвигать свои тарелки подальше к другому краю, освободив нам добрую половину лавочки. Нет, я, конечно, могу поесть и в гордом одиночестве, чего уж там, но в мои планы входило знакомство с местными обитателями, налаживание отношений и прощупывание почвы. Прощупать и наладить на расстоянии трех метров достаточно проблематично, и что-то подсказывало, что, если я придвинусь к ним поближе, люди, скорее всего, разбегутся, оставив тарелки, нежели пойдут на контакт.

Ладно, надо поесть, силы мне еще понадобятся. Где здесь раздача блюд?

Проблема с едой решилась неожиданно. Тот самый мужчина, первым приветствовавший нас, подошел с простым, грубо сделанным деревянным подносом, на котором разместились тарелка с супом, добрый ломоть ароматного хлеба, местная рыба и напиток в кособокой глиняной кружке.

— Чем богаты, — улыбнулся он.

— Спасибо, — поблагодарила я, подвигая к себе поднос.

— Могу я присесть? — Мужчина кивнул на противоположную лавочку, такую же полупустую, как и моя.

— Конечно. — Собственно, я и правда совсем не против, что хоть кто-то отнесся ко мне не как к полусвятой матери Нового бога, а как к обычной человеческой женщине.

— Я сначала представлюсь, мое имя — Ожён Дэву, я возглавляю сию скромную обитель чародеев.

В общем, как я и думала.

— Мое имя Даяна Эйзенфотская, я очень рада познакомиться с вами. И хочу заметить, что скромной эту обитель никак не назовешь. — А главное — ничуть не польстила.

— Поверь, Закатная крепость знавала и лучшие времена. Пусть само строение сохранилось в первозданном виде, ее обитатели мельчают с каждым годом. На фоне великой крепости мы смотримся жалкими букашками, — вздохнул чародей, а я призадумалась — искренни ли его слова? — Именно поэтому мы так ждали вас обоих. Ребенок — наша надежда. Шанс возродить целый мир или хотя бы дать толчок такому развитию.

— А вы не рассматривали вариант без ребенка, без кровопролития? — осторожно поинтересовалась я.

— Разве были какие-то кровопролития? Один корабль — капля в море, а людей на нем никто и не вспомнит. Наш же замысел грандиозен! Он пройдет через века, создаст новую эпоху. И без бога нам, к сожалению, никак не обойтись. — Ни капли сожаления на лице Ожёна я не заметила, поэтому о том, что все едва началось, а они уже убивают невинных женщин и топят корабли, предпочла умолчать.

— А почему не попробовать пойти путем естественного развития общества? Эволюции, если хотите. Можно открывать школы, чародеи грамотны и могли бы нести знания в народ, открывать больницы, вы способны к лечению. Помогать в подготовке лекарей, все это тоже сдвинуло бы мир в лучшую сторону. — Я в целом понимала бесполезность данного разговора, но стоило хотя бы попытаться.

— Знания, настоящие знания не нужны людям, — не согласился мой собеседник, — им нужны ложные идеалы и идолы. Люди слабы и всегда будут болеть и умирать, но вера способна их поддержать. В наших современниках не осталось веры, поэтому им нужно чудо. И тот, кто это чудо им даст. Представьте, целое озеро воды в засушливых районах, такая же крепость — в горах, храм, который он сможет воздвигнуть сам себе посреди городской площади!

Я с грустью посмотрела на остывшую еду. Есть и без того не очень хотелось, а сейчас, представив, как Владимир воздвигает на площади храм самому себе, и подавно. Но нужно взять себя в руки и действовать разумно. Злость и гнев плохие советчики и помощники. Сейчас надо просто поесть, чтобы было молоко и силы.

— Ты можешь не беспокоиться, — не хотел прекращать свою пафосную речь чародей, — мы достойно воспитаем твоего сына и готовы позаботиться и о тебе, если ты решишь остаться с нами. При правильном подходе и подаче твоя личность может вписаться в историю наравне с Новым богом.

— Спасибо за предложение, я подумаю, — пересилив желание запустить в него тарелкой, ответила я.

— И напоследок… — Я с надеждой взглянула на собеседника, уже жалея, что позволила ему завести разговор. — Дэйс сказал, что ты отказалась от помощи наших женщин. Я заверяю, никто из нашей общины не причинит Новому богу вреда. Этот ребенок наша надежда. Надежда всего мира. Поэтому не взваливай все на свои хрупкие плечи, поверь, от тебя никто не требует подобных подвигов и самоотверженности. Для любой женщины будет честь помогать в воспитании ребенка.

Я, если честно, уже сама начала менять отношение к поспешному отказу. В конце концов, почему бы не предоставить им честь стирать пеленки, к примеру? Этот подвиг я с удовольствием переложу со своих хрупких плеч на чьи-то более подготовленные и привычные. Так что отказываться не стоит.