Хранительница времени. Выбор - Алена Федотовская

Его высочество замолчал, словно пытался подобрать нужные слова.

– Но гоблины не зря были мстительной расой. Уходя из Лирдианы, они выжгли и уничтожили все земли, принадлежащие им. Ты видела Темное плато, раньше это была гоблинская земля. Короли поделили Татаон на пять равных частей, только вот богатством новоприобретенной земли пользоваться нельзя из-за наложенного заклятия. Обосновавшись в другом мире, гоблины научились открывать порталы на Лирдиану, и особенно достается Кантариону. Именно Теринатаниэля гоблины считают инициатором Великой Битвы и их изгнания из Лирдианы.

Скрестив руки на груди, Тин со злостью продолжил:

– Это была ошибка короля эльфов, и мне жаль, что остальные правители поддержали его. – Я удивленно посмотрела на принца, но промолчала. – Теринатаниэль зря не послушался Вестника и начал войну. После изгнания гоблинов Лирдиана изменилась, исчезновение одной из рас нанесло урон магии нашего мира. Именно поэтому теперь мы живем меньше, у нас все реже рождаются дети, и мы постоянно теряем лучших людей в стычках с гоблинами, чье проникновение на Лирдиану происходит все чаще.

Тин накрыл мою руку, все еще лежащую на его локте, своей ладонью. Я посмотрела ему в глаза, увидев плескавшуюся в них грусть.

– Но это дела давно минувших дней, которые никто не в силах изменить. Меня очень беспокоит явление Вестника. Зачем он выгнал тебя из спальни, причем минуя обычную дверь? Что ждало тебя, если бы ты вышла в коридор или не послушалась его?

Я не знала ответов на эти вопросы, о чем ему честно и сказала.

– Пожалуй, неплохо было бы пойти и взглянуть, что происходит, но я боюсь оставлять тебя одну. Да и потом, если кто-то хотел причинить тебе вред, то твое отсутствие уже обнаружено, и они, скорее всего, ушли. Пожалуй, лучшим в данной ситуации будет, если ты переночуешь здесь, а завтра мы постараемся разобраться в этой во многом странной и тревожной ситуации.

– Тин, я не могу у тебя ночевать, – запротестовала я. – Если, как ты говоришь, они уже ушли, то не будет ли лучше вернуться к себе?

– Даже не думай, – отрезал принц. – Это всего лишь предположение, да и что мешает им проверить твою спальню еще раз? Конечно, можно устроить засаду в твоих покоях, но, вспоминая мою историю, я не стал бы так рисковать. Спящие мы будем сильно уязвимы, а я не уверен, что смогу без сна досидеть до утра – дар моей матери намного слабее, нежели магия земли, и сегодняшнее открытие порталов немного истощило мой магический резерв.

Я нахмурилась.

– Но это неприлично, я не могу спать рядом с тобой!

Принц хмыкнул:

– Ну извини, дорогая, еще одной кровати у меня нет. Да и потом, она широкая, ты даже не почувствуешь, что я рядом.

Это он так пошутил, да?!

– Тин, я…

– Алина, – устало произнес принц. – Я тебя не отпущу, и это не обсуждается. Поверь, здесь тебе безопаснее, нежели в любом другом месте дворца. Но я, кажется, подозреваю, чего ты боишься.

Его высочество снова обхватил меня руками и притянул к себе. Я испуганно дернулась, а он ухмыльнулся.

– Значит, я угадал, – прошептал он мне на ухо, и его дыхание обожгло кожу. – Не буду лукавить, я бы действительно хотел, – он коснулся нежным поцелуем моей шеи, от чего сердце забилось, как сумасшедшее, а в горле резко пересохло. – Но ты зря считаешь, что я буду тебя соблазнять или, того хуже, способен на насилие.

Я недоверчиво посмотрела на него, а он продолжил со вздохом:

– Твои подозрения ранят меня. Я не стану домогаться тебя, поверь. Какая же ты глупенькая. – Его губы спустились чуть ниже, и я замерла. – Надеюсь, тебе говорили о том, кем должны оставаться Сопровождающие?

Я напрягала память, стараясь вспомнить то, о чем вещала мне Эфри. Получалось плохо.

– О, богини! – рассмеялся Тин. – Ты должна быть девственницей, чтобы передать свой дар Хранительнице. Я не собираюсь становиться причиной того, что у Артаниэль будет меньше выбора, и уж тем более того, что тебя вернут на Землю.

Черт! Черт! Черт! А ведь Эфри действительно упоминала об этом, а я и внимания не обратила. Получается, что все поползновения эльфа оказались не более чем… чем же?

Губы принца спустились еще ниже, и я ощутила прикосновение языка на ключице. Мурашки, давно табунами носящиеся по моему телу, сменились все нарастающим жаром в груди, отдающим в низ живота.

– Тогда зачем ты меня целуешь? – стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, я едва не пропустила ответ.

– Но целовать ведь не запрещено, – сверкнул глазами Тин. – К тому же, мне это очень нравится.

Эльф опирался на локоть, а другая его рука беспрепятственно скользила по моему телу, и я понимала, что не в силах пошевелиться и скинуть ее. Его пальцы очертили мое плечо и спустились вниз, слегка коснувшись груди. Я замерла. Накрыв ладонью мою грудь, он легко сжал ее, а я не смогла сдержать стон.

– Тин, пожалуйста, – прошептала я, опустив ресницы, чтобы не видеть ультрамарина, заполняющего его радужки.

– Все, что захочешь…

Хриплый шепот принца едва коснулся моего сознания. Я почти перестала воспринимать окружающий мир, сосредоточившись на ощущениях тела. Рука Тинатриэля на мгновение оставила меня, вызвав умоляющий вздох, но тут же вернулась обратно, проникая под сорочку и скользя вверх. Почувствовала нежный шелк, собравшийся у моего подбородка, и тихо охнула, когда губы принца коснулись моей груди.

– Тин!

Но принц молчал, а его рука, нежно скользнув по талии, спустилась вниз, едва касаясь живота и останавливаясь перед шелковой преградой белья. Помедлив лишь мгновение, она ослабила тесемки, удерживающие шортики, и продолжила свой путь вниз. Он касался медленно и нежно, очерчивая каждый миллиметр самого сокровенного, а я выгибалась ему навстречу, не в силах сдержать стоны. Так не бывает! Это невозможно! Жаркие, немыслимые ощущения накрывали меня с головой, и в какое-то мгновение я перестала себя сдерживать и полностью отдалась во власть захлестнувших ощущений. Мир взорвался тысячами осколков, а звезды в моих глазах стали безумно яркими и горячими. Я закричала.

– Тихо, маленькая, – шепнул принц, накрывая своими губами мои.

Руки и ноги покалывало, я не могла пошевелиться, а перед глазами стоял туман. Судорожно выдохнув, я несколько раз взмахнула ресницами, прогоняя его, и тут же увидела перед собой темно-синие, почти черные, глаза Тинатриэля. Он тяжело дышал, стараясь не смотреть на мое полуобнаженное тело, и его губы подрагивали.

– Тин, – прошептала я, понимая, что обратно ничего не вернешь. Да и не собиралась я ничего возвращать, наоборот, очень хотелось продолжения.

– Не волнуйся, – хриплым голосом пробормотал он, – я пока еще умею держать себя в руках. Хотя это невероятно сложно. Ты действительно сводишь меня с ума.

Эльф осторожно приподнялся, накрывая меня сползшим на пол одеялом.