Царь из будущего. Жизнь за «попаданца» - Борис Орлов

– С этим понятно, а что вы скажете относительно русского флота? – резкий голос стал еще резче.

– А что я могу сказать? – одышливый голос на секунду запнулся. – Итогами проведенных два месяца назад больших морских маневров убедительно доказано – три-четыре миноносца гарантированно, вы понимаете, гарантированно, пускают на дно броненосец![47]Ну, конечно же, если броненосцев будет несколько и они будут соблюдать строй и метко стрелять… Кхм… Но в составе русских минных сил – около ста пятидесяти минных кораблей. Для которых наши транспорты с войсками – самая желанная добыча. А еще не следует забывать про крепостные минные поля и форты Кронштадта. Этот орешек, если помните, тридцать лет назад оказался нам не по зубам. И с тех пор он не стал слабее![48]

– Прошу прощения, милорд! – сиплый голос, напоминающий скрежет железа по граниту. – Прошу прощения. Возможно, вы не в курсе, что, хотя в составе русских минных сил действительно около ста пятидесяти минных кораблей, самодвижущимися минами Уайтхеда среди них вооружено не более десятка, остальные несут на вооружении метательные, буксируемые и шестовые мины. Оставшиеся на Балтике после ухода генерал-адмирала артиллерийские корабли – это старый барбетный броненосец, более напоминающий монитор, несколько низкобортных паровых фрегатов весьма почтенного возраста и совсем уж старинные плавучие броневые батареи…

– И все же, и все же…

– О да, конечно, – в сиплом голосе зазвучала ирония, – лезть с флотом в Финский залив – задача не из простых. Но как я понял, нам предлагаются гарантии невмешательства фортов Кронштадта? Это в корне меняет дело!

– Я помню, сэр, что «царь Владимир» гарантирует нам свободный проход, но выполнит ли он свое обещание? Я добрый христианин, и самоубийство мне претит!

– Генерал-адмирал увел с Балтики крейсера, – вмешался лающий баритон. – Собственно, крейсерам во время войны на Балтике делать нечего. Крейсера должны быть на коммуникациях в океане. Наших коммуникациях. И сейчас, по сути, русские под видом карательного похода в Японию полностью закончили развертывание крейсерских сил. Русский флот находится в наивысшей стадии готовности к войне. Да и, скорее всего, нас уже ждут – думаю, что русские могли спрогнозировать некоторые… кхм… неприятности с нашей стороны.

– Позвольте полюбопытствовать, сэр! – снова скрежет стали по камню. – Даже если они нас ждут – что конкретно нам грозит?

– Минные позиции! – лающий ответ.

– Уточните, сэр, это те самые позиции, схемы расположения которых добыты нашей разведкой полгода тому назад, или мы с вами говорим о разных минных позициях? – в скрежещущем голосе чувствуется откровенная издевка.

– Спокойнее, джентльмены, спокойнее! – вмешался резкий голос хозяина дома. – Давайте поумерим эмоции! Скажите лучше, где сейчас находятся русские крейсера?

– По последним данным – прошли Коломбо. Следующая бункеровка и пополнение запаса питьевой воды запланированы в Сингапуре, – обстоятельно, с полным правом знатока, отвечает скрежещущий голос. – Вы, сэр, полагаете что?..

– Да, я думаю, что первым делом мы должны были бы попросить этого милого великого князя Владимира остановить свои крейсера, – рассудительно говорит хозяин дома. – Но он сам догадался предложить это…

– Просто остановить мало! Лучше – приказать им разоружиться, сдать замки орудий на наши корабли и под конвоем следовать назад, в Кронштадт! – подхватывает скрежещущий голос. – Запертые в Маркизовой луже, они будут неопасны. Тем более что мы можем и не возвращать замки!

– Хорошо, так и поступим… – согласился хозяин дома, его резкий голос словно бы немного смягчился. – Собственно, уже пора подвести итоги нашей беседы. Ну… Что я могу сказать – это будет не легкая прогулка, а серьезная война! Война, к сожалению, с неясными результатами. В общем-то я так и сказал сэру Рэндольфу, когда он первый раз пришел ко мне с предложениями этого русского князя…

Но после небольшой паузы резкий голос неожиданно добавил:

– Однако этому русскому нельзя отказать в умении играть в большую политику. Первое, что он сделал, – обратился напрямую к Ее Величеству. А как вы, вероятно, знаете, джентльмены, королева до сих пор не может простить мальчишке Николаю то, что он назвал ее старой шлюхой. Итак, джентльмены, карты сданы, и играть нам придется!