Отражение. Зеркало надежды - Галина Гончарова

Сериалы Матильда поглядывала, примерный порядок заседания знала, язык у нее тоже был подвешен, авось отболтается?

Не осудят же ее на первом заседании?

Взять с собой имеющиеся бумаги, ксерокопии паспорта и регистрационного свидетельства, чтобы не словами едиными, благо в свое время ксероксов наделали с запасом, и сходить. Посмотреть, поговорить за жизнь…

Вот ведь твари!

Оригиналы занимали свое место в банке, ключик висел на шее у Матильды, копии лежали дома…

Сначала сходим, потом будем продумывать защиту или нападение, как получится. По крайней мере, она ничего не тратит, а то суды у нас – дорогое удовольствие.

За заявление плати, юристам плати, госпошлину плати… что-то там еще тоже платить надо. А она ответчик, то есть просто прийти и послушать. Пока…

– …Зря.

И что она прослушала, интересно?

Оставалось просто промолчать. Антон понял, что ничего от секретарши не услышит, и кивнул.

– Ладно. Иди. И договоры за май прошлого года мне принеси, хорошо?

Матильда упорхнула из кабинета.

Вот… как же не ко времени все эти мужчины! Они что, сами не понимают? Не до них девушке, проблемы у нее!

Проблемы!

Хорошо хоть у Малены все было мирно и спокойно. Она ехала в столицу, Ардонские буквально пылинки с нее сдували, с Астелой и Даранель Малена нашла общий язык, Динон пытался ухаживать, но без особого энтузиазма, а граф и графиня выполняли роль пастушьих собак при стаде невинных овечек.

И неплохо выполняли, надо заметить. Пресекали неподобающие разговоры, следили, чтобы девушки не отбивались от «стада», не настаивали на тесном общении Малены с Диноном, так, делали зарубку на будущее…

Одним словом – благолепие.

Жаль, у Матильды был слишком беспокойный характер, чтобы просто наслаждаться путешествием, об этом она и завела разговор с Маленой.

Ехать – хорошо, но мало. Рано или поздно они доедут. А что потом?

А потом столица, которая по определению болото с гадюками. Да такое, что нормальной змее там ловить нечего. Отравится в первые пять минут.

Об этом Матильда и заговорила с подругой.

– Малена, а что мы будем делать в Аланее?

– Эм-м-м…

– Вот мы приехали. Что дальше?

– Мы отправляем письмо в королевскую канцелярию, с просьбой об аудиенции.

– И долго эту просьбу удовлетворять будут?

– Я – Домбрийская…

– И? Это на что-то влияет?

– На скорость рассмотрения. Дней пять-шесть.

– Ага. Потом мы приходим к королю.

– Следует разговор, как я понимаю. По итогам которого его величество решает, вводить ли меня в права или предпринять что-то другое.

– К примеру?

– Выдать меня замуж. Передать титул моим детям – если я недостойна. Перевернуть герб и засыпать Донэр солью…

– Последнее – крайний вариант?

– Да.

Матильда вздохнула. Насколько она знала… ох, плохо зависеть от воли одного конкретного человека. Согласно закону подлости, он обязательно окажется сволочью. Вот.

– Что получаешь ты – понятно. А король? Какую выгоду поимеет с тебя – он?

Теперь пришла очередь Малены недоумевать.

– То есть?

– Я тебе вечером «Анжелику» поставлю. Там героиня могла получить многое, если ляжет с королем в постель.

– И получила?

– Нет. Она не смогла, у нее была большая и чистая любовь к мужу, для короля там щелочки не осталось.

Малена вздохнула.

– Не хотелось бы до этого доводить…

– А если поставят ультиматум?

– Не знаю. Не хочу знать…

– И все же? Каждый за себя, один Бог за всех… что получит для себя его величество?

– Крепкое герцогство?

– Это мы знаем, что ты в состоянии и взять его, и удержать. А он? На тебе не написано, что ты умница.

– И что тогда делать? Как я могу это доказать?

Как-как! Динамит изобрести, ясное дело. Но подруге Матильда этого говорить не стала, ни к чему. Просто многозначительно хмыкнула.

– Есть у меня одна идея. Как раз на этот случай…

– Расскажешь?

Матильда отрицательно покачала головой.

– Сейчас это не столь важно. Понадобится – расскажу.

– Хорошо…

Малене тоже не хотелось разговаривать о таких грустных вещах. И Матильда перевела тему.

– Если тебя решат выдать замуж… что мы будем делать?

– Только соглашаться. С королем не спорят.

– И ехать в Донэр?

– Ну… а что ты предлагаешь?

– Малечка, вот не знаю, как ты, а я бы не собиралась подчиняться супругу, о котором известно только то, что его король назначил. Не королю же с ним жить и спать?

– И?

– Во все времена были и дурочки, которые покорно ехали в деревню, и их противоположности. К примеру, Таис Афинская или Аспазия, но это из древности, а из современности – Нинон де Ланкло, Диана де Пуатье или Марта Зелле, к примеру…^[5]

– Это кто?

Историю Матильда знала неплохо, хотя и достаточно однобоко, но на Малену ее рассказ произвел впечатление. Особенно про Мату Хари. Но и про гетер тоже…

– И что я должна делать? Я же не смогу обнажаться…

– Не надо. Ни обнажаться, ни спать с кем попало… Ты должна стать уникальной.

– А как?

– Стихи, к примеру. Этого добра я достаточно знаю.

– Некрасиво выдавать чужое – за свое.

– А ты не выдаешь, это иначе называется.

– Как?

– Набери в поисковике «Баллада о любви», Высоцкого.

Мария-Элена послушалась. И через минуту внимала хрипловатому голосу, вслушивалась в стихи…

– Как красиво… Как невероятно красиво…

– Неужели ваш мир не заслуживает того, чтобы узнать их?

– Заслуживает. Но под его именем, иначе это нечестно и жестоко…

– Мы не сможем рассказать, откуда взялись прекрасные стихи. Но мы можем подарить их вашему миру. Разве этого мало?

– Очень много…

– Тогда стихи – первое. Музыкальный инструмент…

– Я умею играть на клавикордах.