Семь чудес и проклятие царя богов - Питер Леранжис

– Поздоровался, – ответил Торквин. – Спросил, не хочет он поехать со мной. Он сказал, что нет. Был расстроен. Когда он ушел в ванную, Торквин спросил, можно одолжить его телефон. Взял телефон. И машину.

У меня ушло мгновение, чтобы все это уложить в голове.

– То есть все эти сообщения от папы… были от тебя?

Торквин кивнул.

Я понизил голос до шепота.

– Он не сказал тебе, что мы хотим, чтобы нас похитили?

– Э-эм… – промычал Торквин.

– Где ты был, Торквин? – вмешалась Эли. – Ты просто взял и исчез в Нью-Йорке!

– А тебя правда зовут Виктор Рафаэль Квинонес? – подхватил Касс.

Торквин глубоко вздохнул. И рыгнул.

– Это так отвратительно, – простонала Эли.

– Случается, когда Торквин взволнован, – пояснил Торквин. – Ненавижу имя Виктор.

Касс засмеялся.

– Я тоже ненавижу полное имя Кассиус!

– Шекспир, – кивнул Торквин. – Из «Юлия Цезаря». «Постный и голодный взгляд».

– Поверить не могу, что ты это знаешь, – восхитился Касс.

– Торквин теперь с Омфалосом, главой Караи, – продолжил Торквин. – Омфалос дал Торквину самолет. Шустрик – хороший самолет. – Он указал на кожаную сумку, что лежала на земле. – При встрече с Масса должен был воспользоваться препаратами… инъекциями. Пфу! Монтировкой проще.

– Погоди, то есть ты приехал сюда за братом Димитриосом? – уточнила Эли.

– Нет! – ответил Торквин. – Приказали вернуть вас. Препараты были на всякий случай.

– Вернуть нас куда? – спросил Касс. – Где сейчас ИК?

– Не могу сказать.

– Кто такой Омфалос?

– Не знаю, – сказал Торквин.

Я потянул Торквина в сторону, туда, где бы нас точно не смогли услышать ребята из Масса, и объяснил в подробностях наше нынешнее положение – приступ Эли, уменьшающийся осколок, план нашего похищения. Он внимательно слушал, бурча и хмурясь, точно решал в уме сложнейшие уравнения.

В конце он бросил задумчивый взгляд на массаринов.

– Торквин совершил большую ошибку…

– Они очнутся, – возразила Эли, – и мы сможем вернуться к нашему плану.

– Профессор Бегад рассердился бы на Торквина. – Здоровяк ударил кулаком по раскрытой ладони. – Не хватает Профессора Бегада. Очень и очень н-н-не…

Касс пораженно смотрел на него.

– Ты же не собираешься плакать, нет? Может, ты перечитал Шекспира?

– Нам всем его не хватает, Торквин, – сказала Эли. – Но прежде чем ты окончательно расстроишься, давайте придумаем, как нам быть.

– Пусть остается с нами, – предложил Касс.

– Он только что вскопал Димитриосом землю, – напомнила Эли.

Касс пожал плечами.

– А нельзя засунуть его в багаж? Или пусть летит за нами на Шустрике?

– Нельзя, чтобы наш план провалился, – заявил я.

– Нет. Ваши жизни – это самое важное. – Торквин, не отрывая взгляда от лежащих без чувств массаринов, почесал бровь. После чего набрал полную грудь воздуха и с шумом выдохнул, словно бык. Повторив вдох-выдох, он закрыл глаза и поднял над головой монтировку. – Делайте.

Мы обменялись непонимающими взглядами.

– Э-э, что делать? – спросил я.

По краям густой бороды Торквина заблестели капельки пота.

– Прежде чем Масса очнутся, – сказал он, – вы вырубите Торквина.