Демон-дракон - Михаил Ланцов

– Куда мы поедем? – раздалось из зала.

– Это конфиденциальная информация, которую вы узнаете после присяги.

– Почему мы тридцать лет не сможем иметь связи со своими родными?

– Из соображений секретности. Да и технически это будет очень непросто.

– Нам сказали, что в ходе экспедиции мы все будем на полном содержании компании, а наша зарплата будет выплачиваться тем, кому мы укажем. Это так?

– Безусловно. Кроме того, мы на весь этот срок застрахуем всех членов вашей семьи и будем оказывать им самую квалифицированную медицинскую помощь в полном объеме.

– Что будет, если мы там погибнем или умрем от естественных причин?

– Экспедиция сопряжена с риском не только для здоровья, но и для жизни. Поэтому мы предлагаем вам такой контракт, согласно которому, указанному вами лицу ваша зарплата будет выплачиваться вне зависимости от того, живы вы или нет, трудоспособны вы или нет. А в случае его гибели – следующему лицу из списка, в котором мы готовы учесть – супругу, детей, родителей. Для нас важно ваше душевное спокойствие. – На какое-то время наступила тишина, все переваривали услышанное.

– Что нам с собой брать?

– Ничего. Мы вас всем обеспечим.

– У меня сын инвалид. Насколько полно компания сможет обеспечить его медициной?

– В полном объеме. Его обследуют наши специалисты, и если это будет возможным – вылечат. У нас достаточно денег. Грубо говоря – деньги для нас не вопрос. Но нам нужен результат. И за него мы готовы платить столько, сколько нужно. Еще вопросы?

– Чем мы там будем заниматься?

– В основном по профилю своей деятельности. Но куда шире. – Василиса Николаевна выдержала паузу, обводя всех взглядом в ожидании вопроса. Но все молчали. Два часа на ознакомление с контрактом под бдительным контролем девушек-ассистенток многое прояснили и в сущности спрашивать было уже нечего. – Итак. Я понимаю, что вы все хотите остаться? Даю вам последний шанс – после принесения присяги пути назад не будет. – Новая пауза продлилась минуту. Никто снова даже не дернулся уйти. – Отлично. Тогда, девочки, раздайте мужчинам листки с присягой. Сразу предупреждаю – она не на русском языке. Это один из древних, ныне мертвых языков. Этакий небольшой кусочек мистики для проверки на готовность к неожиданностям. Каждый из вас встает по очереди и читает ее вслух, смотря мне прямо в глаза. Все поняли? Прекрасно. Тогда начнем с вас, – кивнула она сидящему с краю мужчине с седыми волосами и сухим, морщинистым лицом, уже получившему лист с текстом.

Он прочитал, совершенно ничего не чувствуя. Потом услышал от этой странной и жутко эффектной женщины краткий ответ на такой же тарабарщине и вдруг внутри у него что-то щелкнуло. Словно замкнулись наручники. Мужчина сел и минут десять прислушивался к своим ощущениям, не обращая внимания на происходящее рядом, пока не понял то, что переменилось в мире, – это было его восприятие Василисы Николаевны. До него дошла простая мысль, обильно переплетенная ужасом, которая заключалась в том, что он просто не может не подчиниться приказу этой женщины или предать ее. И еще… от нее шел такой странный приятный аромат… который, по всей видимости, и вызывал этот эффект.

Через час после начала церемонии присяги в конференц-зал зашла Людмила Прокофьевна – и Аристарх Петрович с удивлением понял, что от нее тоже шел этот странный запах. Мало того – она была старше по рангу Василисы Николаевны? Почему? Он не понимал. Просто чувствовал это.

– Удивлены? – произнесла Людмила Прокофьевна, видимо понявшая и этот взгляд, и это выражение лица.

– Да. Никогда бы не подумал, что простые слова могут вызвать такие галлюцинации… кстати, а как вы поняли?

– Это не простые слова, а магическая клятва верности нашему дому. Теперь вы не сможете нас предать. Даже если очень захотите. Или как-либо осознанно навредить. Кроме того – никакими пытками из вас не получится выбить сведения, которые не подлежат распространению.

– Магическая? – удивленно переспросил Аристарх Петрович. – Я вас правильно понял?

– Правильно. Мы очень могущественные маги. – Впрочем, мужчина все равно не поверил. Подумав, что над ним пытаются пошутить.

– Магия… да… дела. А чем тогда объясняется тот факт, что в моих галлюцинациях вы кажетесь старше Василисы Николаевны?

– Тем, что она моя дочь, – ласково улыбнувшись, ответила Людмила Прокофьевна.

– Дочь? Но… как? Вы же с ней как сестры? На вид – словно одногодки!

– Мы просто очень хорошо сохраняемся. Моей дочурке семьсот сорок два года, мне – две тысячи четыреста двадцать, – отметила она с невинным выражением лица и продемонстрировала желтые глаза с вертикальными зрачками. – Но обо всем этом болтать, конечно, не стоит.

– Боже! Кто вы?

– Василиса вам все расскажет.

– Я продал свою душу? Вы…

– Мы никак не связаны с твоими страхами. Просто тот мир обыденности, в котором ты жил раньше, закончился. Считай, что ты попал в сказку. Добрую сказку.